ФорумМир Кэйранда. МатчастьКарта мираКалендарьГалереяПоискПользователиГруппыРегистрацияВходPR-вход
Доброго времени суток, друзья.

Продолжая совершенствовать наш мир, и в помощь тем, кто путешествует, и интересуется расстоянием между какими-либо пунктами,
рад сообщить, что карта мира в матчасти обновлена. В нее добавлена масштабная сетка, шагом в 50 км (32 мили)
Смотреть тут
Если нужен просто рисунок карты, то смотреть: физическая карта мира и карта с границами областей

Напоминаю, если изменения в матчасти не отображаются, следует обновить страницу

Хроники Кэйранда  :: Скрипит перо, оплывает свеча... :: Легенды о былом
 

 24.10.1253. Кот в мешке. 

Предыдущая тема  Следующая тема  Перейти вниз 
Автор Сообщение
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 447
Очки : 559


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пт Окт 05 2018, 11:03
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
1


Покупая кота в мешке, деньги могут попасть коту под хвост.

Цитата :

Дата, время: 24 день месяца Листопада, 1253 год. Утро.

Место действия: герцогский замок Ардор.

Участники: Морин Вэлинт, Анджей Дарелл.

Суть темы: Инструкция о том, как произвести на даму плохое впечатление. Или как говорить с Дареллом о благотворительности.


___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 447
Очки : 559


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пт Окт 05 2018, 11:32
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
2

Анджей не трезвел третий день подряд. Разрешилась и улеглась шумиха вокруг суда над графом Айреллом, сбежала из Ардора Триша Рутланд, поселяя в лабиринте сердечных чувств Анджея особенную пустоту. Благо, он знал, что в вине не только истина, но и утешение, и настроение, и пусть временное и лживое, но все-таки счастье. Потому он пил. Пропадал в борделях. Укуривался до галлюцинаций и не считал пролетающие дни.

А тем временем в герцогском замке было много гостей. Не со всеми ими встречался и общался герцог, да и не хотел он никого из их числа видеть, все эти лица надоели ему, а сплетни и обсуждения за спиной, которых была огромная масса, вызывали презрение ко всем вокруг. Тем не менее, встречи с герцогом искали многие, он никого не принимал, даже собственную мать, не желая ни с кем о делах разговаривать. Одной из особо настойчивых желающих личного с Анджеем свидания была знакомая ему баронесса Вэлинт. С ней Дарелл был исключительно официально знаком и не имел о ней мнения ровным счетом никакого, потому когда его известили о просьбе встречи, был обескуражен - зачем это? Очередная девица, которая хочет плюнуть в него упреками? Элизабет, Триша, Марго, а теперь эта, как там ее имя, Морин?
- Кажется, с недавних пор баронесса занимается благотворительностью, - уточнил всезнающий Генрих.
- Благо... - Анджей поморщился так, будто сунул в рот дольку лимона. - Твор... Срань богов, Генри! Попрошайкам место у храма! - он был в подпитии, весел, смешлив и раздражителен одновременно. - Как думаешь, если я швырну в нее авером, ее это отвлечет, как кость собаку, и я успею сбежать? - смеялся он, подразумевая, разумеется, свой категорический отказ от беседы с баронессой.
Вэлинт говорили, что Анджей пребывает на Совете, затем занят делами в порту Ардвилла, следующим днем якобы в отъезде в Веридан. Правда, спустя пару часов после озвучивания последнего оправдания, они совершенно случайно пересеклись где-то в садах Ардора, издали увидев друг друга. Но герцогу было плевать, что там солгали Морин, как и что она подумает о сюзерене.
Но ей было нужно отдать должное - о леди Вэлинт Анджею напоминали ежедневно и не единожды, а значит попыток добиться личной встречи она не оставляла. На третий день это начало откровенно выбешивать и без того злого и несдержанного в ругани Дарелла.

Очередным утром (а Анджей не помнил, как вчера дошел до постели и уснул) он проснулся со звенящей головной болью и сухостью во рту. Со стоном потер болящие глаза. Почувствовал, что что-то мешается под боком, тут же обнаружил там спящую обнаженную девицу. Брезгливо отпихнул ее от себя. На другой стороне постели нашел вторую.
- Безумие Элины, - шептал он, закрывая ладонями лицо, - убирайтесь, - стенал, сгоняя их с кровати, проснулся окончательно сам, поднялся на ватные ноги, не стесняясь наготы, за локоть вывел из спальни одну девку, потом вторую, хрипло повторяя, - сгиньте... Сгиньте, ведьмы.
Нашел кувшин, налил себе в кубок. Выпил и закашлялся.
- Вода? - кашлял, хлопая себя по груди. - Где... Вашу мать... - громко прочистил горло, вдохнул поглубже и, с яростью швырнув кубок в стену, заорал диким голосом всем и никому. - Где вино, вашу мать?!!

Он умылся ледяной водой, ему помогли одеться, уложить растрепанные за ночь волосы. Герцог вновь стал выглядеть прилично для титула, но внутри по-прежнему чувствовал себя растерзанным на лоскуты.
Ему накрыли завтрак в небольшой гостиной. На одну персону, поскольку он не хотел никого видеть, и планировал поесть, выпить, выслушать новости от Генриха, а потом... Потом будет потом. После очередного кубка вина желания, цели и способы развлечений находились как-то сами.
Именно на пути к гостиной, который скорым шагом преодолевал Дарелл, они и столкнулись с леди Вэлинт за очередным поворотом замковых лабиринтов, наткнувшись друг на друга носом к носу, если можно так сказать, когда миниатюрная девушка едва не врезается лбом герцогу в грудь. Нецензурное ругательство застряло в горле Анджея, отпрянувшего, будто испугавшись этой встречи. А все потому, что от неожиданности острой болью кольнуло в висках, а голова по ощущениям вновь разбилась на осколки.
- Леди... - не смог договорить, только прикрыл глаза и помассировал пальцами виски, - Вэлинт...
И вот тут вариантов ответа была масса: "Прошу любезно простить, я тороплюсь", "Доброго утра и удачного дня вам", "Рад встрече, как жаль, не могу задержаться", "Пошла вон, под двери храма, где бросают прихожане милостыню таким же попрошайкам, как ты!".
- Ладно! - вместо всего этого примирительно поднял ладони Анджей, словно успокаивая сам себя. - Ладно... У меня есть для вас четверть часа и ни минутой больше.
Не уточняя, что надо идти за ним, он обошел Морин и продолжил свой путь, не сбавляя скорости, совершенно не заботясь о том, поспевает за ним леди или ей приходится бежать. А когда они вошли в гостиную, указал дланью на пустующий стул через угол от того места, где был накрыт завтрак.
- Принесите вторые приборы, - распорядился он, опускаясь на свое место после того, как дождался леди.
Он откинулся на спинку стула. Перед ним стояли нарезки из фруктов, но взял он единственное, что сейчас манило - кубок.
- Вина! - громко потребовал, отводя усыпанный драгоценными камнями герцогский серебряный кубок в сторону от себя.
Подбежал расторопный чашник и налил герцогу. Слуги выставили перед леди тарелки, приборы, кубок.
- Не хотите украсить это утро крепленым ардвиллским? - со всей присущей Дареллу харизмой ухмыльнулся он, игриво глядя на леди и дожидаясь, когда кубок наполнится до краев.
Разумеется, это была издевательская шутка, такие вина не то что не пились по утрам. Они вообще не предлагались женщинам.

___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Морин Вэлинт

avatar
Репутация : 36
Очки : 43


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пт Окт 05 2018, 16:13
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 3)
3

Герцог Беллонии был совершенно неуловим, но чем больше он под разными предлогами - временами благовидными, продуманными едва не до мелочей, иногда до смешного нелепыми, скрывался, тем крепло желание добиться этой встречи. Исключительно из упрямства. Первые, благие намерения, обдуманные еще задолго до суда, озвученные супругу лишь единожды, в порыве вдохновения, давно потерялись в длинных, узких коридорах герцогского замка, оставив за собой лишь желание добиться своего во что бы то ни стало.
После суда, который больше был похож на тщательно отрепетированное представление, в котором отчего-то Анджей Дарелл позабыл свою роль, изменив заключительную его часть (так велико было изумление и ужас всех, кто присутствовал там в качестве зрителей со стороны подсудимого), Морин хотела было и вовсе отказаться от своей затеи. Решение далось ей нелегко даже несмотря на вновь измененный последний акт сего действа- множество раз говорила она себе, что каким бы не был Его светлость другом, сколь бы ни был отвратителен его поступок, нуждающиеся не должны пострадать из-за суждений относительно моральных качеств того, кого называли Беллонийским Нарциссом. Сколь много их было, укутанных в лохмотья, с западающими щеками на изможденных лицах и как прекрасны были их глаза, когда телячий, полный усталой обреченности уготовленного на убой, взгляд их светлел.
О герцоге баронесса слышала много, и малому верила - он слыл прекрасным цветком, но ей казался терновником и все же дрогнула его рука в последний момент. Три дюжины плетей - подумать только. Морин помнила, как упало сердце в пятки после оглашения приговора. Как наяву видела и теперь, как занес герцог плеть. Тогда она не смогла смотреть, отвернулась, словно маленький ребенок льнула к груди супруга, вздрогнула под аккомпанемент брошенного орудия. Всё закончилось быстро - приговор так и не был приведен в исполнение, но все же сумел оставить полный противоречивых эмоций след в сердце баронессы.
Анджей Дарелл, герцог и сюзерен, друг и предатель - какая из этих масок была настоящей? Беллонийский Нарцисс был полон загадок и пусть не все из них было суждено разгадать, понимание неоднозначности его натуры вместе с надеждой на лучшее, что жило в сердце юной баронессы, дало толчок решимости - леди Вэлинт во что бы то ни стало желала дать герцогу шанс показать себя со стороны иной, ведь правитель в ее понимании должен был быть мудр и щедр, а в руках его помимо хлыста должен был присутствовать пряник, а если он о том не догадывался, то юная баронесса намерена была ему о том напомнить.
Все эти дни, долгие часы вынужденного безделья и вновь дающего надежду ожидания, Морин искала оправдания столь чудовищному поступку (а в его отвратительности несмотря на почти чудесное завершение сомневаться было сложно - о произошедшем до суда она знала со слов супруга). И не находила. Одно за другим они рассыпались, словно изъеденное молью кружево. “Так была ли дружба? Она ли остановила в последний миг длань карающую?” - спрашивала она себя снова и снова.
- Что Вы собираетесь делать, миледи? - восклицала с суеверным ужасом верная ее служанка, глядя в полное решимости лицо своей госпожи.
- Уже завтра мы возвращаемся домой, - с широкой улыбкой отвечала ей Морин, - мне непременно нужно поговорить с Его Светлостью.
- Но охрана же сказала, что герцог очень занят.
- Это уже третий раз, когда ему нездоровится с животом, Кейтлин. А вдруг Его светлость решил кто-то отравить? Не можем же мы быть столь невнимательны к своему герцогу? - Несмотря на кажущуюся наивность, баронесса Вэлинт в занятость герцога верила слабо - отговорки охраны с каждым разом становились все более поражающими воображение, а потом вовсе закончились и пошли по второму кругу. И если сначала Морин им верила, то с каждой новой мрачнее становилась ее решимость и принципиальнее желание.
Морин весело рассмеялась, оборачиваясь к притихшей служанке и в тот момент врезалась.
- Простите, я столь невнимательна, - проговорила она с еще не угасшим до конца весельем в голосе, поднимая взгляд, - Ваша светлость.
Обращение к герцогу было сказано уже совсем иным тоном. Подчиняясь правилам этикета, баронесса поспешила склониться в реверансе, пряча удивление и легкое смущение. Слышал ли милорд Дарелл ее слова?
Морин выпрямилась, приподнимая бровь - четверть часа. Беллонийский Нарцисс делал ей одолжение и ничуть не скрывал этого. Но если он надеялся, что она тут же развернется, убежит, обиженно поджав хвост, то глубоко заблуждался. Леди Вэлинт кивнула, лишь едва заметно дрогнули уголки растянутых в улыбке губ, и последовала за быстро удаляющимся герцогом. Служанка семенила следом.
Герцогский замок был скуп на украшения снаружи - эти величественные, сложенные из камня сооружения с узкими окнами предназначались для войны, а не для балов и приемов, но внутри замок Беллонийского герцога был гостеприимен настолько же, насколько и сам герцог, который с улыбкой и щедрым жестом предлагал ей крепленого вина. Всюду здесь ещё виделась суровая и скупая рука предыдущего хозяина, но тут и там, словно набросанные яркими мазками поверх недописанного этюда, восставали новые предметы интерьера. Миледи Вэлинт села, подчиняясь приглашению и отодвинула приборы.
- Боюсь, Ваша светлость, четверти часа слишком мало, чтобы насладиться и завтраком, и беседой, а мой папенька всегда учил меня, что дела должны идти прежде развлечений, - Морин тонко улыбнулась, пряча дрожащие от волнения ладони в складках платья, подняла взор на собеседника, - Я слышала, Вам нездоровилось, рада, что беда обошла Вас стороной, милорд, - добавила она, подчиняясь правилам этикета, с трудом удерживаясь от язвительного замечания относительно качества подаваемой пищи, от которой Его светлость изволил занемочь. В самом деле, она пришла говорить не об этом.
- Уверена, что Вы уже в курсе, Ваша светлость, для чего я хотела Вас видеть, но я бы хотела рассказать о своей инициативе более подробно. Я занимаюсь благотворительностью в рамках нашего баронства, но была бы счастлива вывести эти начинания на новый уровень, - в голосе Морин, поначалу по-деловому сухом, появились мечтательные нотки. Она заговорила чуть быстрее и речь ее стала живее, словно наполнилась красками, - Ваша светлость, я хотела бы привлечь Вас к этому занятию. О, нет, не подумайте, будто я пришла просить у Вас денег.
Миледи Вэлинт подняла ладонь вверх, звонко рассмеявшись, словно одна даже мысль о подобном ее забавляла, затем продолжила:
- Если Вы согласитесь, то всё будет проводиться исключительно под Вашими стягами, а я готова помочь с организацией. Можно проводить благотворительные ярмарки или же обеды, - Морин мечтательно прикрыла глаза, широко улыбаясь, как бывало всякий раз, стоило ее мыслям улететь высоко, затем, будто вспомнив, кто перед ней, едва заметно помрачнела и сложив руки на коленях, пытливо взглянула на герцога.

Посмотреть профиль
 
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 447
Очки : 559


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пт Окт 05 2018, 17:49
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 3)
4

А вот герцог не стал себя ограничивать ни в приеме пищи, ни в выпивке, потому, никак не отреагировав на отказ леди от приборов, сам сделал несколько глотков вина. Тем временем принесли горячее - запеченные фаршированные творогом с медом яблоки. Одно из них положили на блюдо перед герцогом. Не слишком церемонясь, он воткнул в него ложку и разрезал ножом.
Он вопросительно и коротко посмотрел на миледи, когда речь ее шла о болезни, но только поднял брови и повел плечом в ответ, тем самым отвечая невербально "вероятно, да, нездоровилось". Кто там и что ей наговорил, его никак не беспокоило.
Присутствие Морин и то, как она тараторила, никак не портили аппетит Дарелла к еде - кажется, он вчера совсем ничего не ел, зато слишком много выпил и выкурил. Он не смотрел на леди, слишком занятый едой, отправил в рот кусочек яблока. Вновь поднял брови и беззвучно ухмыльнулся, когда услышал уверение в том, что речь пойдет не о деньгах - ну о чем может речь идти еще! О людях? Провизии? Лошадях? Времени? Все перечисленное - деньги. Даже имя дома Дарелл - своеобразный знак качества, товар, который был слишком дорог, чтобы оставлять его на не слишком ценных клочках бумаги. Не о деньгах... Анджею даже стало забавно - что же еще скажет эта леди.
А дальше она говорила про герцогские стяги Дарелл. В тот момент Анджей сделал новый глоток вина, наконец чувствуя блаженное и долгожданное легкое опьянение, которое как рукой снимало все вчерашние последствия.
- О, да-а... - со вздохом облегчения громко прокомментировал он, а потом, сообразив, что сделал это вслух, облизнул губы и поторопился наспех оправдаться. - Это я не вам, миледи, продолжайте-продолжайте.
И вернулся к завтраку. А она все говорила, говорила. Замолчала. Зачем она замолчала?
Анджей, пережевывая очередной кусок яблока, поднял на леди взгляд. Прожевал, проглотил, все глядя на нее.
- И? Леди Вэлинт?.. Что конкретно вам от меня требуется и какая в этом моя выгода? - наводящие вопросы, раз без них она не подходит к ответам сама.

___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Морин Вэлинт

avatar
Репутация : 36
Очки : 43


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пт Окт 05 2018, 18:47
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 3)
5

Казалось, герцог ее и не слушал вовсе - он походил на избалованного ребенка, увлеченного своими удовольствиями - будь то вино или одурманивающе благоухающие яблоки с медом, выставляющие бесстыдно свои румяные бока на белом дорогой аспарской керамике. Она взглянула на него коротко, слегка недоуменно, затем вздохнула украдкой, склонила голову, улыбаясь мягко, продолжила говорить, словно перед ней и не герцог вовсе, но несмышленый мальчишка:
- Все очень просто, милорд, эти действия дадут Вам любовь народа, если даже богоугодные дела Вас не интересуют, - она взяла со стола отставленную ранее, не убранную еще слугами тарелку, провела тонким пальцем по золоченому краю, - Ваши тарелки прекрасны, Ваша светлость и Вы выбираете их даже несмотря на их высокую стоимость и даже невзирая на то, что и они, и простые глиняные миски служат для одного и того же, не так ли?
Морин сложила руки в замок на краю стола, вытягиваясь по направлению к собеседнику, всматриваясь не в черты лица, поразившие многих девиц, но в глаза - те, что зовутся зеркалом души.
- Ваши дела, Ваши действия подобны узору на этих тарелках, из которых Вы кормите свой народ. Здесь, - она обвела рукой помещение, - Вы не знаете голода, живете не в достатке, в роскоши, но видели ли Вы когда-нибудь, - Морин прикусила губу, пряча взгляд. Не далее, как несколько дней назад, по пути сюда, она была свидетельницей ужасной сцены - они останавливались на ночь на постоялом дворе, вынужденные дать отдых коням. За окнами хлестал дождь. Изможденная, усталая женщина, прижимая к груди посиневшее от холода иль голода тельце, просила хозяйку пустить ее на кухне, к печи. Добрая женщина сжалилась не сразу, но после пары монет, врученных ей баронессой, согласилась и даже принесла бедняжке теплой похлебки, а ребенку козьего молока, которое по капле отправляли его в рот, а он никак не мог проснуться, а когда очнулся, зашелся судорожным плачем, который прерывался надрывными, хриплыми вдохами.
Морин прикусила губу, чтобы не расплакаться здесь и сейчас, перед этим человеком с глумливым взглядом, затем подняла глаза и улыбнулась, но улыбка это отдавала горечью.
- Видели ли Вы когда-нибудь, милорд, детей, которые засыпают от холода? Видели ли женщин, чьи руки похожи на сухие ветви? Неужели Вы можете просто закрывать глаза на это, не делая ничего? Мне не нужны Ваши деньги. Ветошь и продукты, старые одежды - все это нужно не мне, это нужно им, - она встала, чувствуя невозможность усидеть на одном месте и сделала несколько шагов в направлении камина, - Вы можете заниматься благотворительностью через храмы, Ваша Светлость - они порой дают приют несчастным, если не хотите заниматься этим сами.
Посмотреть профиль
 
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 447
Очки : 559


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пн Окт 08 2018, 00:03
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 4)
6

Леди умела пылко говорить, вот только переигрывала. Дарелл даже на пару секунд замер, глядя на тарелку перед собой, впервые задумываясь, насколько она дорога и от чего же людей делает несчастными употребление еды из мисок, скажем, глиняных. У Вэлинт все же получилось отбить у Анджея аппетит, он бросил приборы на стол, отер губы хлопковой салфеткой и небрежно бросил туда же. Откинулся на спинку своего стула и вперился взглядом в баронессу, вскочившую из-за стола. Свел брови к переносице.
Манерная девица. Ей еще ни в чем не отказали, она уже смела обвинять Дарелла в безучастии и бесчувственности - своим тоном, выражениями, предложением обратиться к храмам. Это было попыткой манипуляции, которой владеют даже дети - когда мама не дает им сладкого, они дуют губы, встают в позу и заявляют - ой, ну и не надо, я у папы попрошу! Вот только они еще не знают о том, что вместо сладкого получат от отца по губам.
- Не держите меня за дурака так открыто, - парировал Дарелл, не сводя с леди взгляда.
С ним разговаривали, как с идиотом. Папенька, похоже, многому учил Морин, но не тому, что пригодилось бы в общении с герцогом. Как она представляла себе храмы - политическими марионетками, подвластными аристократии? Вот только Дарелл не был отцом Морин, не был даже ее мужем, чтобы просвящать об устройстве управления Кэйрандом. Анджей хмурился, думал обо всем этом, а потом до него вдруг дошло и он едва не закатил глаза - ах, да, женщины же ничего не понимают в политике!
Он глубоко вдохнул, смеживая на несколько секунд веки, мысленно призвал себя к терпению и все же коротко, медленно и выдерживая паузы поведал баронессе:
- Леди. Храмы - это единственное, что не принадлежит мне в Беллонии. Они принадлежат... Дюжине. Потому. Если вам нужна помощь храма, - он повел в сторону ладонью, обозначая направление, - ступайте в храм.
Иди, детка, проси пряничек у папы, иди.
Храм никоим образом не принадлежал аристократии и не обязан был выполнять указы господ, равно как и герцог не обязался поддерживать стремления храмовников. О прохладном отношении Анджея к духовенству было известно если не королевству, то хотя бы герцогству, где по распоряжениям Дарелла пресекались строительства новых пристанищ Дюжины. Не только потому что он был необратимо грешен, а потому что так диктовало его собственничество по отношению к своей земле.

Слова о несчастных нищих, мерзнущих детях и тощих оборванках не находили в черством сердце Дарелла ровно никакого отзыва. Это раздражало, как и Морин раздражало невнимание Анджея к ней. Она могла сама себе в этом не признаваться, но ее задевало, обижало его поведение, она считала это несправедливым - даже то, что он не смотрит на нее. Создавалось впечатление, что он не слушает, и она доверяла этим впечатлениям, как и сделанным выводам о личности Анджея до разговора с ним. Предвзятость. Морин стала предвзята к нему до того, как ступила за порог этой гостиной. Дарелл ни в чем не отказал ей, а она уже была уверена в его отказе просто потому что считала его дурным человеком.
- Только не говорите, что просите меня выбрать из гардеробной старые вещи и отдать объедки, - Анджей кивнул на недоеденное яблоко. - Если мои поношенные сапоги на ногах нищего осчастливят Беллонию, я готов отдать их прямо сейчас. Но, надеюсь, ваш отец научил вас и тому, что даже раздав бедным все до последней камизы, вы не сможете помочь всем.
Он вытянул ногу и, поддев носком сапога ножку стула, с которого вскочила миледи, подвинул его. Шумно шаркнув по полу, тяжелый стул сдвинулся, теперь выдвинутый из-за стола и повернутый к герцогу.
- Сядьте! - в приказной манере потребовал он, указав взглядом на стул перед собой.
Морин не нравилось то, что герцог уделял ей мало внимания. Интересно, понравится ли ей, когда он сделает это в полной мере.

___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Морин Вэлинт

avatar
Репутация : 36
Очки : 43


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пн Окт 08 2018, 12:13
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 3)
7

- Я вовсе не…- Морин вспыхнула и замолчала. Она не называла ни разу ни мысленно, ни шепотом Его Светлость дураком, но в ее представлении, он не понимал вещей элементарных, не видел того, что лежало на поверхности, спрашивал о выгодах, когда единственные вопросы, которые она ждала “как?” и “чем я могу помочь несчастным?”. Тот, кого называли Беллонийским Нарциссом был предметом множества обсуждений, вокруг его высокой персоны ходило множество слухов - его обвиняли в том, что он мало интересуется чем-либо кроме себя, ему приписывали любовь к наслаждениям разного рода - шепотом обсуждали пристрастие к мужеложству, в открытую говорили, что меняет он женщин, как перчатки, некоторые даже полагали, что не только женщин, но и убеждения, лишь в одном оставаясь верным самому себе - в страстной любви к собственной персоне со всеми вытекающими последствиями. Не всем из них ранее верила леди Вэлинт, но многие из них нашли подтверждение в недавнем инциденте с неудавшейся женитьбой графа Вудвилла, а часть из них нашла отражение в мыслях баронессы сейчас.
- Едва ли кто-то из дестуров отказал бы Его Светлости в помощи в столь благородном деле, - парировала баронесса, упрямо поджав губы. Морин решительно не понимала, отчего Его Светлость изволит сердиться, отчего отправляет ее к храмовникам, тогда как она лишь хотела исключить то малое препятствие, когда герцог не хотел заниматься этим вопросом самостоятельно или не желал пользоваться ее помощью.
Анджей Дарелл был совершенно невозможен - он выворачивал ее слова наизнанку, мял в холеных руках, чтобы бросить в лицо исковерканные ошмётки.
- Великое начинается с малого, Ваша Светлость. Если каждый, кто имеет такую возможность захочет принять участие, то все вместе мы сможем помочь многим. Пусть не в наших руках изменить весь мир, искоренить всю боль и страдание, милорд, но мы можем уменьшить их количество, - пылко проговорила баронесса, качнувшись на носочках. Будучи натурой деятельной, склонной к импульсивности, она с трудом удерживалась от того, чтобы начать ходить вокруг стола, меряя лёгкими, похожими более на танцевальные па, шагами периметр залы, сделав лишь несколько, она замерла под звон брошенных на стол приборов, но даже теперь не могла стоять статуей.
- Сядьте! - прогремело по помещению и миледи Вэлинт подчинилась, осторожно опустилась на край стула, испытывая смешанные чувства - с одной стороны, ей хотелось верить, что слова ее посеяли семена в сердце герцога и он хочет обсудить благие дела подробнее, с другой же - весь образ его: от хмуро сведенных бровей и мрачного взгляда до выбранного тона и звенящих в голосе металлических ноток, кричал о недовольстве. И леди Морин с бледной, тающей с каждым мгновением улыбкой на лице взирала на герцога с надеждой на сотрудничество и готовностью к тому, что ее сейчас станут отчитывать, вспоминая, наверняка, что женщинам недостаточно разумения для того, чтобы задумываться о вопросах, выходящих за рамки ведения хозяйства.
Посмотреть профиль
 
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 447
Очки : 559


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Ср Окт 17 2018, 11:23
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 3)
8

Морин не стала препираться и оправдываться.
"Хорошо," - подумал Дарелл, впервые ее за что-то хваля, хоть и мысленно.
Дождался, когда она опустится на край своего стула напротив. Неотрывно смотрел на нее, беззастенчиво задерживая взгляд на деталях, будь то беспокойные женские пальцы, украшения на леди, ее обувь и платье, открывающаяся в декольте ложбинка груди, выпирающие под тонкой кожей ключицы и ямка меж ними. И уголки губ, все еще сохраняющие тающую вежливую полуулыбку. Дарелл смотрел на нее и размышлял о том, насколько могут быть отличны друг от друга миры, в которых живут земляки. Дышат одним воздухом, ходят под одним солнцем и по одной земле, а живут в разных, совсем не похожих друг на друга мирах.
Ан выдержал паузу, затем плавно поднялся со своего места, сделал шаг к леди и сел на край стола прямо перед ней. Облокотился на бедро, нависнул над Морин сверху, полюбовался тем, как поднимаются веера пышных ресниц, чтобы дать женскому взору посмотреть герцогу в глаза, теперь снизу вверх.
- Леди Вэлинт, - все же начал он после сдержанного медленного вздоха, - давайте поиграем в игру.
Дарелл тоже умел говорить с людьми, как с детьми, и любил играть людьми. Вот только предложение поиграть из его уст никогда не предвещало ничего хорошего.
- Я вам расскажу о том, как устроен мир. Мир, о существовании которого вы даже не догадывались; мир совершенно новый для вас. А вы постараетесь хотя бы на пару минут представить, что живете в нем. В этом мире живут люди: такие герцоги, как я, такие леди, как вы, и те бедные, что нуждаются в ветоши. Но ни одна тварь, - он выделил слово интонацией, речь его стала громче и эмоциональнее, - разумная или нет, богатая или нищая, летает она, ползает или ходит на двух ногах; не думает ни о ком, кроме себя. В этом мире не существует любви, нет понятий справедливости и чести. Боги - выдумки, а их слова - вранье. Миром правит корысть. Грешник купается в деньгах и удовольствиях, а молящийся на коленях весь в грязи и крови. Все они умрут одинаково, но не попадут в Бездну. Потому что Бездна, миледи, здесь. И каждый на своем кругу испытаний. И каждый из них, - он вскинул руку и показал на окно, обозначая мир вне стен замка, - каждый нищий и богатый что-то от меня хочет!
Анджей увлекся, говорил пылко и быстро, гневно жестикулировал. Он не заметил сам, как перешел от описания теоретического мира к миру собственному, в котором жил, уже неприкрыто заявляя тем самым, что с самого начала описывал именно свое мировоззрение, миропонимание и мироощущение.
- Каждая тварь, дай ей волю, с утра до вечера примется перечислять все то, что жаждет безвозмездно получить. От графа, герцога, короля, богов! Им всем что-то надо, надо бесплатно, просто потому что так диктует мнимая "справедливость". Скажи им, что они станут герцогом по праву завоевания, и каждый второй, как животное, ринется в попытке разорвать мне глотку руками и зубами. Убьют без тени сомнений и совести. Ради себя. И никто из них, ни один, не задумается даже на мгновение, а на каком кругу Бездны его сюзерен и чем, возможно, нужно было помочь ему самому, - он стих под конец своего монолога, снова напуская на себя сдержанное хладнокровие, запирая в клетках души разъяренных псов ненависти, ярости и отчаяния; и вновь посмотрел на Морин сверху вниз, в глаза.
- Хотите рассказать мне о том, как несчастны нищие, миледи? - продолжил уже тише, почти мечтательно. - Я скажу вам, что завидую каждому из них. Завидую каждому, кого могут осчастливить деньги.

Он смотрел на леди и видел перед собой человека из числа описанных им. Она требовала встречу с ним. Добивалась ее, считая, что он обязан уделить ей время. Наверняка во многом осуждала, думала, что знает лучше него, как управлять герцогством в каких-то вопросах. Любой подзаборный мальчишка был уверен, что знает это лучше Дарелла. Любой пропитый конюх брался критиковать и осуждать правление Анджея. Каждый чего-то хотел. От него. Лично. Безвозмездно. Вот и она. Просила, осуждала, гневалась, недополучая чего-то. Совершенно равнодушная к герцогу, забывая, что он тоже человек. Он был для нее лишь объектом требований. Морин была ведома лишь желанием самоутверждения за счет благотворительности. Этим она занимала свое безделье. Ей (им всем!) было плевать, что чувствовал Дарелл, в чем причины его злости к миру и людям. Но это не мешало ей (и всем им) просить, требовать, ждать и осуждать за отказы.

- Представили? - он приподнял брови, неотрывно глядя в ее зрачки и переводя взгляд с одного на другой. - А теперь скажите мне вновь, зная новые законы мира, почему и зачем я должен кому-то помогать?

___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Морин Вэлинт

avatar
Репутация : 36
Очки : 43


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Ср Окт 17 2018, 20:22
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
9

Под взглядом герцога, безразличным, изучающим, словно приценивающимся, Морин чувствовала себя неуютно - хотелось прикрыть ключицы и шею, но она лишь зябко повела плечами, нашла руками седалище стула, ухватилась за него, сжимая крепко до побелевших пальцев, словно приказывая сидеть себе, не шелохнувшись - и что он тогда будет делать с этой насмешливостью, что сквозила в его тоне и взгляде? Всё было неверно, неправильно - разве не должен герцог быть справедлив, проявлять участие, выслушать ее, наконец?
Словно в ответ на это, милорд Дарелл подошёл ещё ближе, сел прямо на стол, попирая все нормы приличий, вытирая ноги об этикет, нависая коршуном.
- Его Светлость слишком ослепительны, чтобы находиться столь близко, - Морин вскинула взгляд, прищуриваясь, отодвинулась к самой спинке стула, чувствуя лопатками каждый завиток его резной спинки. В словах ее сквозило раздражение - миледи Вэлинт такое обращение было непривычным и щеки пылали от смущения и стыда.
- И чем же нужно помочь Вам, Ваша Светлость? - за всей тирадой, пропитанной злостью и гневом, за всеми жестами и словами она видела обиженного ребенка, нарцисса, вокруг которого вращался мир, но он хотел больше, при этом не делая для этого ничего, - Мир вовсе не таков - взгляните же вокруг! Вы говорите, что любви не существует, оттого ли Вы просили право первой ночи у своего друга, что этот мир вокруг Вас создан Вами же?
Баронесса злилась, распаляясь все больше, говоря о том, о чем следовало хранить молчание, о чем молвить не планировала. Вздохнула украдкой, сцепляя пальцы в замок, прикрывая на мгновение веки, пытаясь успокоиться, взывала к тому, зачем она здесь, апеллировала к виденному недавно, напоминала себе, что каждый имеет право ошибаться. И вновь вспоминала взгляд, и злилась еще больше. Он не хотел быть праведником, но желал быть грешником, купающимся в деньгах и удовольствиях.
- Вы спрашиваете, почему? Потому что можете. Разве это столь сложно - протянуть руку помощи? Даже если это сделает счастливыми нескольких человек, разве не окупится это сполна их благодарными взглядами и добрыми молвами о благородстве и щедрости герцога Беллонии? Вы спрашиваете, почему, апеллируете к тому, что никто не поинтересовался, чего же желает милорд Дарелл, но Вам достаточно лишь приказать. Вы вольны выбирать, что Вам подавать на завтрак, а они вынуждены принимать решения, кому из детей отдать последнее яблоко.
Она вытянулась, сжимая руки в кулачки, взирая упрямо, отстаивая свою правду и свой мир, не желая даже касаться того, что черными мазками написал перед ней герцог.
Посмотреть профиль
 
Спонсируемый контент

Сообщение  
10

 
 
24.10.1253. Кот в мешке.
Предыдущая тема Следующая тема  Вернуться к началу 
Страница 1 из 1

Хроники Кэйранда  :: Скрипит перо, оплывает свеча... :: Легенды о былом +
Перейти:  

LYL Зефир, помощь ролевым White PR photoshop: Renaissance


ВЕДЬМАК: Тень Предназначения Рейнс: Новая империя. Политика, войны, загадки прошлого РИ 1812: противостояние В шаге от трона. Псевдоитория, интриги, магия
Borgia .:XVII siecle:. Игра Престолов. С самого начала Francophonie Айлей Киндрэт
DREAMS OF CROWN Разлом Supernatural Бесконечное путешествие

Мы ВКонтакте

LYL