ФорумМир Кэйранда. МатчастьКарта мираКалендарьГалереяПоискПользователиГруппыРегистрацияВходPR-вход

Хроники Кэйранда  :: Башня летописца :: Хроники былых времен
 

 14.11.1253. От любви до ненависти. 

Предыдущая тема  Следующая тема  Перейти вниз 
Автор Сообщение
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 393
Очки : 487


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Чт Мар 01 2018, 15:45
1

Дата, время: 1253 год, 14 число месяца Туманов.
Место действия: Храм Дюжины в Оршире.
Участники: Триша Рутланд, Анджей Дарелл.
Суть: Встреча после расставания. Сжигание прошлого ради будущего.
Предыстория: 13.11.1253. Так близко и так далеко.



___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Триша Рутланд
Сбежавшая невеста
avatar
Репутация : 458
Очки : 596


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Сб Мар 03 2018, 09:52
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
2

В комнате, где жила теперь Триша, стояло несколько кроватей. Куда больше по количеству, чем проживающих здесь женщин, поэтому некоторые пустовали. Помимо Триши в комнате проводили ночи еще две женщины, решившие посвятить себя служению Дюжине и проходящие обучение при этом храме. После завтрака, который Триша пропустила, чтобы написать герцогу письмо, женщины вернулись в комнату. Так что грустила в одиночестве Рутланд совсем не долго.
Следом за ними вошла и сестра Алрея. Эта пожилая, тучного телосложения деста, с низким тембром голоса и грубоватой манерой общения наставляла будущих дест и многим казалась ворчливой и недовольной жизнью. Но это было не так. Отец Эадред считал, что она просто говорит все прямо в лицо, не задумываясь обидит она собеседника своими словами или нет.
Каждое утро сестра Алрея распределяла обязанности между женщинами, поэтому ее визит никого не удивил.
А вот появление в комнате отца Эадреда стало неожиданностью не только для девушек, но и для десты. Обменявшись несколькими словами с сестрой Алреей, дестур попросил выйти из комнаты всех, кроме самой Триши.
- Отец Эадред, - поприветствовала Рурланд дестура уже наедине, взяв его правую руку и поднеся ее к своей щеке тыльной стороной ладони.
- Хорошо, что я застал тебя здесь, девочка, - он не противился такому проявлению ее чувств. Отец Эадред прекрасно понимал, что эта девочка относится к нему, как к родному дяде или дедушке.
- Брат Филмор рассказал, что я искала вас? – спросила она. Возможно, именно по этой причине дестур и пришел, ведь обычно они разговаривают в храме или скриптории.. – Он сказал, что вы не будете против, и я уже написала письмо.
- Письмо? - переспросил ее отец Эадред. По выражению лица старика было видно, что он не понимает, о чем девушка ему говорит. – Этим утром я еще не видел брата Филмора.
- Тогда зачем вы пришли? – спросила растерянно, отпуская руку дестура и делая шаг назад.
- Сперва объясни мне, девочка, о каком письме ты говоришь?
Триша охотно рассказала ему о том, как сильно этой ночью ей захотелось написать ответ лорду Дареллу и о своем утреннем разговоре с братом Филмором. Взяла в руки само письмо, не зная, попросит ли отец Эадред прочитать его. Но дестур категорически отказался, объяснив, что все написанное в этом письме – личное дело герцога и самой Триши.
- Вооот как, - протянул дестур задумчиво, когда девушка закончила, и недолго помолчал, размышляя о чем-то своем. Ожидая его ответа, Рутланд, конечно же, беспокоилась, что отец Эадред сомневается и может отказать ей.
Но дестур все же согласился:
- В храме сейчас находится человек, который может очень быстро доставить твое письмо герцогу. Я прошу тебя встретиться с ним. А потом решишь сама: отдавать ему послание или нет.
- Конечно, – без лишних раздумий ответила Триша, - где он?
- Хорошо. Я приглашу его сюда, - он развернулся и направился к двери.
Дестур покинул комнату, и Триша ненадолго осталась в полном одиночестве. Она стояла, все еще сжимая пергамент с написанными ею словами в руке, и не знала, чего именно ей ожидать от предстоящей встречи. Слова отца Эадреда о неизвестном ей пока что человеке, как и сам визит дестура казались очень странными. Триша подумала, что отец Эадред, возможно, имел в виду гостей, приехавших сегодня ночью в храм. Потом они могли отправиться в Беллонию, тогда становилось ясно, зачем ей передавать им свое письмо.
Когда дверь вновь отворилась, Триша окончательно осознала, почему следовало передать письмо именно тому, о ком говорил ей отец Эадред. Но вот как реагировать на появление лорда Дарелла она не понимала...
Перед ней стоял именно он – Анджей Дарелл. Не эфемерная фантазия из ее снов, нет. Напротив был мужчина из плоти и крови, к которому можно было прикоснуться, обнять, прижаться щекой к его груди. Даже получив письмо и поняв, что герцог знает о ее местонахождении, Триша не верила в возможность его приезда в храм.
Триша продолжала стоять, оторопев от удивления. Стояла, позабыв о том, что человека с таким титулом следует приветствовать преклонением колена. На какое-то время, забывая даже дышать. И только когда грудь сдавило от нехватки воздуха, девушка шумно выдохнула.
- Зачем вы здесь? – сумела спросить единственное, что сейчас волновало ее. Хриплым, дрожащим от волнения голосом.  
Она была счастлива видеть Анджея. Но ощущение радости от встречи, о которой она мечтала не далее, как этой ночью смешивалось с другими чувствами. И то, что творилось сейчас в ее голове, приводило Тришу в замешательство.
Видя Анджея перед собой, она чувствовала себя еще более потерянной, чем до приезда в этот храм, потому что теперь намного отчетливее понимала, насколько грустно и одиноко ей было находиться здесь. Ее каждый день окружали другие люди, но их жизнь казалась девушке такой безрадостной. А лорд Дарелл одним своим появлением заставил ее мир на мгновение вновь вспыхнуть яркими красками, хоть девушка и не могла поверить, что герцог приехал сюда только ради встречи с ней.
Она уже чувствовала в груди щемящее чувство тоски по прошлой жизни. И по Анджею, который, конечно же, покинет храм. Подняла руку, чтобы прижать ее к своей груди, надеясь этим избавиться от неприятного ощущения, но совсем забыла, что держит в руках письмо - свернутый пополам и уже изрядно измявшийся в ее руках лист выскользнул. Инстинктивно попытавшись схватить его, Триша сделала руками несколько неловких, нелепых движений в воздухе. Поймала.
Теперь до нее дошел смысл слов дестура о выборе: отдавать письмо или нет, ведь она могла сказать Анджею все лично. Не так давно Триша даже думала об этом, но теперь не могла заставить себя связать больше пары слов.
Лучше уж он прочтет о ее мыслях сам, а Триша в это время сможет немного успокоиться.
- Это вам, - она сделала шаг вперед, вытянула перед собой руку и протянула Анджею письмо. Да, она хотела, чтобы Анджей скорее прочел его, хоть и боялась, что ему не понравится сделанный ею выбор.
Посмотреть профиль
 
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 393
Очки : 487


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пн Мар 05 2018, 09:39
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
3

А она изменилась. Кажется, осунулась, побледнела. Зато взгляд, конечно, вспыхнул при виде Анджея - от испуга или от другой эмоции - Дарелл не знал, по какой именно причине блестели тришины глаза, но радовался, что не видел в них презрения. Это уже была его маленькая победа, его шаг навстречу желаемому.
Короткая пауза, повисшая после приветствия герцога для обоих была настоящей пыткой. Анджей думал, что будет светиться от счастья, глядя на любимую. Думал, не сможет себя сдержать, порывисто обнимет и поцелует. И боялся этого - нельзя было давать волю эмоциям и чувствам, он должен был поступать рассудительно и вдумчиво. Но случилось все не так, как он представлял.
Анджей взглянул на Тришу вопросительно, затем на бумагу в ее руках. Как странно, ведь она не знала, что это утро подарит ей встречу с герцогом, откуда у нее было что-то для него? Или это такое невероятное совпадение - просто так сошлись в этот день звезды?
Любопытство заблестело в черных глазах герцога нескрываемым интересом. Он протянул руку, взял осторожно пальцами пергамент и дождался, когда Триша сама отпустит его, не вытягивая из ее пальцев самостоятельно. Потом с той же внимательностью и неспешностью поднял, развернул послание.

Ваша светлость, двенадцать благословений вам.
Это письмо было написано ею и адресовано Анджею! Получается, она хотела отправить его гонцом. Но не успела...
Анджей вскинул на Тришу взгляд горящих глаз, подарил короткий заинтересованный взгляд, не скрывая того, как сбилось его дыхание от удивления. Затем быстро вернул взгляд на строчки - письмо было большим, хотелось прочесть его немедленно, не теряя ни секунды.

Я получила письмо, написанное вашей рукой, а это значит, что о моем местонахождении в Храме недалеко от замка Грейвей, принадлежащего когда-то моей семье, вам известно. Простите, что не рассказала всей правды о моем намерении покинуть службу при принцессе Вивиан, сбежать от всех проблем, отношений, от выбора и долга. Отправиться на свою родину, в этот храм. Но разве узнав о моем решении, вы бы его поддержали, мой господин!
Анджей поджал губы и положительно кивнул, словно соглашаясь с написанными строчками, но сохранил безмолвие, продолжая читать.

Я покидала Ардор в большой спешке и вновь смиренно молю вас о прощении. Решение уехать, не дождавшись окончания суда, пришло ко мне внезапно и спутало все мысли. Смею надеяться, что узнав о причинах моего побега, вы не станете держать обиды. В зале суда мне стало очень страшно. Не за лорда Айрелла, ведь я верила, что вы не будете к нему суровы. Страшно за саму себя, как бы низко и эгоистично это не звучало. Я боялась реакции графа на мое решение. Но больше всего боялась, глядя ему в глаза, рассказать о неуверенности в искренности своих чувств к нему.
Некоторые строчки приходилось перечитывать дважды, чтобы вникнуть в каждое слово и сделать выводы. Оказывается, Триша не то что не видела вынесение приговора, но и даже не была осведомлена, чем вся эта история завершилась, хотя сплетни по всему Кэйранду разнеслись очень быстро.

Я испугалась и сбежала от необходимости признаваться ему, надеясь, что успею вернуться в Ал-Антар, решить вопрос со службой и отправиться в Ланс раньше, чем граф Айрелл приедет в столицу. Если бы он пожелал отправиться за мною следом.
Я виновата перед вами обоими, но тогда мне не хватило смелости и сил, чтобы поступить иначе. Если рука палача, который наносил удары плетью, была не слишком тяжела – это утешит меня.
Приехав сюда, я хотела исчезнуть из жизни окружающих меня людей. Постараться забыть о всех принятых мной решениях и потерянных мечтах. Но вы разыскали меня…  Ваше письмо было такой неожиданностью. И ваше признание тоже. Я не могу поверить в правдивость этих слов, мой господин.

Триша не знала, какую именно часть письма читает герцог перед ней, но прочтя именно эти строчки, Анджей вновь поднял на Рутланд взгляд. На этот раз в его взгляде не было нежности - один только немой вопрос "Да что же еще тебе нужно, женщина?!". Боги, как все-таки оказалось сложно с дамами, особенно для контраста зная легкость и верность мужской любви... Она не может поверить... Что ей нужно - обручальные кольца, вуаль? Серенады под окном? Белый конь и рыцарский плащ? Поверженный дракон под герцогским сапогом и Анджей - герой - с мечом в руках и выгнутой колесом грудью? Самое плохое было совершенно не в том, что Триша не верила. Самое плохое было в том, что никто в этом проклятом мире не знал, что нужно этой женщине, чтобы поверить! Даже она, боги милостивые, сама! Вот угораздило же Анджея полюбить такую бестолковую девицу! Он смотрел на нее и злился! Шумно и резко выдохнул воздух из легких через нос, сдерживая гнев в себе. Нужно было для начала дочитать письмо, а потом уже реагировать на него как-то. Ведь вдруг в завершении послания все будет иначе...

Но если ваши чувства искренни, я сожалею о всей душевной боли, которую вам пришлось испытать по моей вине.
Двенадцать бездн в раскате грома! Она еще смеет считать во всем повинной себя! Себя, о Торн, ты видишь это?
Анджей прикрыл глаза, облизнул губы и отвернулся от письма, повернув голову в сторону, чтобы дать себе время свыкнуться и с этой новостью. Да, воистину будет колоссальным трудом объяснить Трише Рутланд, убежденной в своей вине, истинное положение дел.
Несколько секунд Дарелл стоял неподвижно. Потом, так и не взглянув на леди, продолжил читать. Оставалось меньше половины.

Я провела в храме совсем немного времени. Это место вызывает во мне смешанные ощущения. Оно тяготит уединенной и упорядоченной жизнью ее обитателей, но воодушевляет к самопознанию и принятию своих ошибок и грехов. Я не уверена в том, что действительно хочу стать дестой. Зато точно знаю, что не желаю больше убегать от своей судьбы. Возможно, именно к этому решению вели меня Боги в последние годы, каждым событием в моей жизни приближая к желанию обратить свой взор именно на них. На Дюжину.
Но ваше письмо вновь заставило меня сомневаться. Я не желаю этих сомнений для себя, потому что не понимаю эмоций, которые вы во мне пробудили своим признанием. Мне кажется, что теперь я не понимаю само слово “любовь”. Я верила, что любила лорда Айрелла, но это оказалось ложью. Так как мне теперь понять, что чувства к вам тоже не лживы? Я не знаю. Но перестать думать о вас не могу.

А вот теперь Анджей понял, почему она сомневалась... И устыдился того, что был виной тому. Что не смог объясниться ей в чувствах, что не смог уверить в истинности своего к ней отношения. Да и просто... Сглупил. Упустил время и возможности. Повел себя, как кретин, а расплачивалась за его ошибки эта девушка - милая, немного наивная, простая, невинная... Девушка.
Ан поднял на ее уже извиняющийся взгляд исподлобья, вздохнул, чуть кусая поджатые губы. Затем вернул внимание пергаменту.

Возможно, вам покажется это глупым, но я не раз видела вас во сне. Вы пели мне. Только мне одной. Тихо, мягко, убаюкивающее.
Я буду беречь память о вас, но когда-нибудь мне нужно будет попрощаться и с этим немногим, чтобы посвятить все свои помыслы служению Дюжине.

Наконец он улыбнулся строчкам - умиленно, счастливо. Она думала о нем и видела во снах, а не выбросила из головы, чтобы больше не страдать. И даже написала ему о своих снах. А значит, у него есть шанс!

Не стоит писать мне, мой господин, ведь следующего ответа я посылать не стану. Этим письмом я хочу попрощаться с вами.
Улыбка Анджея стала грустной.

Не держите чувства ко мне в своем сердце, чтобы дать место для любви другой - искренней, преданной и настоящей. Прошу, берегите себя.
Триша Р.

Анджей вздохнул, дочитав и глядя теперь на письмо немного растеряно. Затем опустил руку с пергаментом, поднял извиняющийся взгляд на Тришу.
Как же много ей пришлось вынести и выстрадать...

Дарелл не знал, как себя вести. И что говорить. И как поступать. Он стоял, молчал, не двигался - просто смотрел на Тришу, сочувствуя ей и бесконечно виноватый, осуждающий сам себя и свою недальновидность. Что сказать ей? Ведь с чего-то нужно начать. Она начала письмом, а у него не было времени, чтобы свой ответ обдумать и написать с той же пристальностью.
Он сделал к Трише шаг, приближаясь. Развел руки в стороны, еще шаг, подходя вплотную, затем положил ладони на ее спину: одну на поясницу, вторую на лопатки, прижимая к ее платью пергамент с посланием; и мягко потянул к себе, осторожно, бережно обнимая. Прикрыл глаза, медленно опустил голову к женскому уху, глубоко вдохнул носом аромат волос и тела Триши, такой теплый и знакомый, - она могла заметить, как высоко поднимается вдохом мужская грудь под черной коттой цветах дома Дарелл, к которой она могла теперь прильнуть, если пожелает. Ан вновь ненарочно улыбнулся, осчастливленный этой близостью. И негромко, мягко, едва слышно проговорил то простое, банальное и очевидное, пусть и немного неуместное сейчас:
- Я соскучился...
И мягко погладил любимую в объятиях.

___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Триша Рутланд
Сбежавшая невеста
avatar
Репутация : 458
Очки : 596


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Вс Мар 11 2018, 15:57
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
4

Если боги действительно существовали в этом мире, то теперь они решили не просто дать Трише Рутланд знак, о котором она просила Элину прошлым днем, а показали ясный ответ, развернули девушку к нему лицом и разве что не подтолкнули на встречу к Анджею Дареллу. Но после всего, что Триша пережила за последние пару месяцев, поверить в возможность такого простого и прозрачного ответа на ее мольбы она не решалась. И даже не задумывалась пока об этом, все еще находясь в растерянности от появления герцога Дарелла в Оршире.
В храме.
В ее комнате.
Она молча наблюдала за тем, как меняются эмоции на лице Анджея пока он читает ее письмо. Триша не видела среди этих эмоций гнева или обиды на нее - это было очень важно для девушки, ведь рассердить Анджея своим письмом она не желала.
В какой-то момент, следя за мужчиной, Триша поймала себя на мысли, что герцог выглядит как-то иначе. Теперь не осталось и капли того страха, что вызывал он в ней в Ардоре. Там Анджей казался Трише более решительным, властным и вальяжным. Слишком самоуверенным. А теперь словно остерегался чего-то, подобно самой Трише, и был сосредоточен на каких-то своих мыслях. Сформулировать четко свои ощущения Рутланд не могла. Возможно, герцог просто устал после долгой дороги до Грейвея, а Триша пыталась найти скрытый смысл там, где его искать не было нужды.
- Почему вы приехали? – очень тихо переспросила она еще раз, когда Анджей закончил читать и опустил письмо. В первый раз, задав этот вопрос, Триша не получила ответа, но этот ответ был ей необходим.
Препятствовать Дареллу или убирать его руки, когда он приблизился к ней, Триша не стала. Позволила обнять себя, но и ответить Анджею на этот жест нежности сразу она не решилась. Лишь через несколько секунд Триша сумела справиться с волнением и сомнениями, подалась немного вперед и невесомо прислонилась щекой к его груди. Почувствовав прикосновение мужских рук, ощутив тепло, исходящее от тела Анджея, услышав, как часто бьется его сердце, возможно, тоже от волнения, на глазах у Триши навернулись слезы. Пришлось с силой зажмуриться, чтобы не дать себе расплакаться.
Ответом на ее вопрос, заданный уже дважды, стало короткое: “Я соскучился”. О ее месторасположении не знал почти никто. Неужели Анджей разыскал ее здесь, потому что просто соскучился? Такое не укладывалось в ее голове...
Трише захотелось попросить Анджея забрать ее из храма. Увезти прямо сейчас. Неважно куда, главное уехать отсюда вместе. С ним. Но она не решалась этого делать.
- Вам не следовало приезжать, - заставила себя прошептать, чувствуя, как от этих слов сердце в груди защемило от тоски, словно сдавленная с усилием пружина. – Уезжайте…Пожалуйста…
Ощущение было настолько неприятным, что Триша неосознанно сжалась и ссутулилась в объятиях Анджея, пытаясь унять боль – реальную, телесную боль.
Она не должна отступаться от своего решения остаться в храме - Рутланд дала себе обещание и сообщила об этом Анджею в своем письме. Будет сложно уважать себя после очередного нарушенного обещания данного самой себе. От ее самоуважения и без того ничего не осталось.  
Несмотря на все старания, справиться со слезами Трише не удавалось - девушка все же начала беззвучно плакать. Чтобы Анджей не увидел этого, Рутланд сильнее прижалась к мужчине, повернула голову и уткнулась лицом ему в грудь.
Все душевные силы, что помогали ей до этого идти вперед, не отчаиваться и принимать решения (пускай иногда очень глупые), теперь просто испарились. В объятиях Анджея Триша почувствовала, как же сильно она устала. Не столько физически от долгих путешествий и той работы, которую приходилось выполнять последние дни в храме, сколько внутренне – от своей жизни. Триша устала считать себя одинокой.
- Я не хотела, чтобы все вышло именно так, - произнесла она вслух свои мысли, хоть эти слова и могли показаться Анджею непонятными.
Посмотреть профиль
 
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 393
Очки : 487


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пн Мар 12 2018, 13:27
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
5

Иногда нужно было так мало, чтобы обрести счастье. И еще меньше, чтобы поверить в чудо. Одна только близость дорогого человека - а больше и не нужно после того, как ты уже его потерял и не питал надежды не то что обнять, а даже увидеть! Однако обойдя все препятствия судьбы, Триша Рутланд снова оказалась в объятиях Анджея. Снова прильнула к его груди, подаваясь навстречу. Снова герцог Дарелл опустил к ней голову, зарываясь носом в ее кудрявые волосы и глубоко вдыхая их аромат... Ее аромат. И если бы она в тот момент могла увидеть его лицо, то убедилась бы в абсолютном счастье человека перед ней - широко улыбающегося с прикрытыми от удовольствия глазами.
Но миледи дрогнула. Анджей внезапно перестал улыбаться, поднял голову, распахнул глаза, пугаясь этой реакции и взволнованно глядя на Тришу, которая прятала от него лицо. Затем совсем слабым голосом попросила его уехать. Тогда зачем позволяла обнимать? Ее слова снова разнились с ее поступками. Дарелл даже растерялся, бешено соображая, что теперь-то он мог сделать не так!
- Чщ-чщ-чщ... - он, испуганный, крепко сжал в объятиях плачущую Тришу, когда в том, что она заплакала, не осталось никаких сомнений.
Впрочем, причины ее слез были непостижимой для Анджея тайной. Ему казалось, она выплакала за дни, проведенные в Ардоре и после, все, что было только можно. Но ошибся.
- Так. Не плакать, - вдруг приказным тоном твердо произнес герцог, затем взял в обе свои ладони лицо Триши, поднял на себя и размазал дорожки ее слез по щекам большими пальцами, при этом глядя в ее влажные глаза пристально и строго. - Не смейте больше плакать! Хватит! Поверьте мне, леди Рутланд, в этом мире никто ни в чем не винит вас, кроме вас самой. Зачем я приехал? За вами, - последовательно и по-прежнему жестко отвечал он. - И без вас не уеду. Вы хотите остаться при храме? Пожалуйста! - Анджей махнул рукой в сторону, словно обозначая направление. - В Ардвилле есть великолепный храм Дюжины, при нем служит дестур Родриг - он достойный человек.
- Генрих! - вдруг, не дожидаясь ответа, воскликнул Анджей громко и обернулся к двери в спальню, а когда она распахнулась и в ней появился его телохранитель, герцог протянул к нему руку. - Дай мне, я сам.
Генри засомневался, глядя на Тришу. Приказной и властный тон Анджея, явно растерянная леди с влажными глазами рядом с ним - все ли здесь было в порядке?
Но на размышления не осталось времени, когда Анджей нетерпеливо зашагал к охраннику сам, Генрих успел сделать лишь шаг вперед и повиновался его воле, отдавая приготовленный загодя небольшой холщовый мешок с завязками. А затем, еще раз взволнованно посмотрев на леди Рутланд, снова скрылся за дверью, прикрыв ее за собой, чтобы не мешать им.
- Вы мне пишете о чувствах, миледи. О том, что хотели бы в них разобраться, - говорил Анджей быстро и твердо, возвращаясь к Трише. - Но как вы хотите сделать это, будучи далеко? Надеетесь на ответы от богов? - он отрицательно покачал головой. - Боюсь, они совсем не говорят на кэрском.
Ан подошел к постели, которая принадлежала Трише, судя по тому, что рядом с ней она стояла, словно боясь отходить от мнимого места защиты. Опустился на колено перед прикроватной тумбой, служащей единственным местом хранения скромных личных вещей служителей храма. Отворил дверцу, раскрыл мешок и положил его на постель. Взял из тумбы верхнюю часть сложенной стопки вещей и белья, уложил в мешок. Затем еще часть, под которой обнаружил (надо же!) кусок сложенной бумаги с разломанной восковой печатью дома Дарелл - то самое письмо, что писал он Трише и послал с ним гонца вслед. Разумеется, Анджей обратил внимание на письмо и на долю секунды замер, глядя на него. А после как ни в чем не бывало положил его в мешок, а сверху часть оставшихся вещей, словно ничего такого вовсе не заметил. Поднялся на ноги, взял с тумбы гребень для волос.
- Это ваше? - невинно уточнил он у Триши, повернув к ней голову. Гребень вполне мог принадлежать ее соседке по кровати.

___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Триша Рутланд
Сбежавшая невеста
avatar
Репутация : 458
Очки : 596


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пн Мар 12 2018, 21:42
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 3)
6

Как бы Триша не старалась, чтобы ее слезы остались незамеченными, но герцог, находясь в такой близости, просто не мог почувствовать, что девушка в его объятиях плачет. И дальнейшая реакция Анджея и его действия стали для Триши настолько неожиданными, что она вмиг забыла про эти свои слезы...
Анджей не сюсюкался с ней, не уговаривал и не просил. Он приказывал! Герцог Дарелл приказывал Трише успокоиться и отправиться вместе с ним. Такая резкая смена поведения действительно возымела эффект и подействовала на Рутланд, как ведро студеной воды – реветь ей больше не хотелось и, более того, она наконец осознала смысл происходящего.
Анджей Дарелл писал ей о своей любви и в подтверждение своих слов приехал в этот храм. Разыскал ее в Грейвее несмотря ни на что. И теперь собирался увезти с собой. В Ардвилл.
Прекратив плакать, как и говорил ей Анджей, Триша некоторое время стояла и молча наблюдала, как герцог достает из прикроватной тумбы вещи и складывает их в дорожный мешок. Большинство из этих вещей даже не принадлежало девушке. Скромные платья ей дала сестра Алрея, а сундуки с нарядами самой Триши она убрала. Анджей вряд ли мог знать и о том, что свои украшения Рутланд уже успела пожертвовать храму Дюжины, хотя отец Эадред не спешил отдать указание, чтобы пожертвование Триши внесли в архив и даже не говорил об этом никому из обитателей храма. Только сама Триша об этом не догадывалась и была уверена, что отдала свое имущество на благое дело. В общем, имеющиеся в тумбе вещи без усилий должны были уместиться в заготовленном Анджеем мешке…
Наблюдая за сборами, Триша мысленно боролась с собой. Она действительно хотела поддаться Анджею и уехать, но что-то не позволяло ей так просто решиться на этот шаг…
- Мой, - тихо ответила Рутланд на последний вопрос герцога, когда стало ясно, что ее задумчивое молчание затянулось. Триша подошла к кровати и взяла из рук Анджея свой гребень. - Но он останется здесь. И эти вещи.
Откуда-то появилась уверенность, что если она покинет храм, то расстанется с последней добродетелью, которая, возможно, еще сохранилась в ее душе. Анджей обмолвился, что Триша винит себя и был абсолютно прав в этом – девушка обвиняла себя в обмане, предательстве и всей той боли, которую причинила и Деррику, и Анджею. Да и себе самой.
- И я тоже останусь здесь, - держась не небольшом расстоянии от герцога, не желая больше прикасаться к нему, ведь это мешало ее размышлениям, Триша потянулась вперед и уложила гребень на кровать рядом с холщовым мешком. Затем выпрямилась и сделала пару шагов назад, в сторону от Анджея.
- Я не могу уехать из Грейвея, - сказала чуть громче.
Возможно, следовало бы сказать «я не хочу уезжать», чтобы показать герцогу уверенность в своем намерении, но Триша не смогла пересилить себя. Ведь она пыталась убедить в своем нежелании покидать храм не столько Анджея, но, в первую очередь, саму себя… Получалось очень плохо и от этого Триша начинала злиться.
- Я должна остаться здесь, - продолжала она уговоры, произнося слова все громче и громче.  
Личная вина и злоба подпитывали внутреннюю обиду: на себя, на Деррика, на Анджея, на весь мир! Глупое, нелепое чувство, сродни обиде детской, когда маленький человек готов долгое время сидеть в своей комнате, отказываясь от еды, сам наказывая себя и считая, что так он добьется своей цели. Но какой именно цели хотела достичь Триша, отвергая Анджея, она сама не до конца понимала.
- Вы не должны были приезжать! Зачем?! Зачем снова путаете мою жизнь? – спрашивала она, уже срываясь на крик.  
В храме все было понятно и предсказуемо – за нее решали, указывали, что делать, а она исполняла. И каждый день был похож один на другой. Да, было тяжело. Но физическая усталость помогала заглушить боль от душевных ран и обид. А теперь ей опять нужно было выбирать: остаться стоять на месте или шагнуть вперед и еще раз изменить судьбу, надеясь, что в этот раз ее выбор не повлечет за собой печальных последствий.
- Я сбежала от вас! – неосознанная попытка обидеть Анджея и заставить его самого решить покинуть Грейвей. – Я сбежала из Ардора! Сбежала из Ардвилла! А вы хотите вернуть меня туда? Ко всем воспоминаниям? – продолжала кричать, противореча всем своим предыдущим словам и выдавая собственные сомнения. – Зачем, по вашему мнению, я должна туда возвращаться?
Посмотреть профиль
 
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 393
Очки : 487


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Вт Мар 13 2018, 10:37
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
7

- Зачем? - переспрашивал Анджей, мгновенно заражаясь от Триши той злостью и раздражением, что видел в ней и слышал в ее словах.
Он рывком поднялся на ноги и всплеснул руками, с сарказмом продолжая:
- Например, чтобы не сгнить под храмом Ланса!
Она стремилась обидеть Анджея, и она обидела. Теперь он тоже кричал, отвечая на агрессию взаимностью. Стоило только ей повысить голос, Дарелл характерно себе тут же вспыхнул, психанул.
- Или в этой проклятой комнате, на этой кровати! - кричал он, наплевав, что кто-то может услышать, жестикулировал, указывая на комнату вокруг, на постель Триши. - Ты этого хочешь?! Извести себя, чтобы умереть тут, да?! - снова тыкал он ей, сверля ее зрачки своим пронзительным, полным злости взглядом. - Подарить свою жизнь богам, чтобы они простили твои грехи! Этого ты хочешь! Только скажи мне, Триша, кому так будет лучше? Всем? Тебе, бездарно умершей! Деррику, который знать не будет, где ты и что с тобой! Мне?! Триша, боги эгоистичны! Они не станут богаче от твоих жертв и не ответят тебе благодарностью!
Излившись и выкричав, наконец, все накопившееся, Анджей внезапно понял, что не должен был повышать голос, но было поздно. Он отвернулся от Триши, которой только что кричал в лицо, прошелся по комнате. Глубоко дыша, поднял к потолку лицо, закрыл его руками, затем провел ими по волосам, приглаживая. Взял себя в руки. Вновь посадил в клетку всех своих внутренних зверей, которые все еще рычали и бесновались, но было не время давать им волю. Анджей был властен над ними, а не наоборот, хотя и мог иногда им поддаться.
Он дал себе минуту или две, чтобы помолчать, собраться с мыслями и успокоиться. Спустя это время он точно знал, что должен делать и что говорить.
К Трише он вернулся уверенной, твердой походкой, остановился в двух шагах от нее, все также пристально глядя в глаза. Он понимал, что снова напугал ее и она теперь боится. Все правильно. Пусть боится.
- Леди Рутланд, - твердо начал он, вновь возвращаясь в формальному обращению на "вы".
Дарелл сцепил руки за спиной, смотрел Трише в глаза, говорил спокойно, не громко и не тихо. В меру быстро, делая короткие паузы между предложениями. Всем своим видом и тембром голоса давал понять, что он уверен в том, что говорит, что это обдумано и решено бесповоротно, и это совсем не та вспыльчивость, которой он был ведом только что.
- Сейчас вы соберете свои вещи и поедете со мной в Мейнстон, где ждет повозка. Затем мы с вами вернемся в Беллонию, в Ардор. Вы станете моей супругой, Триша Рутланд, примете титул и права герцогини беллонийской. Вы станете матерью моих детей. Нашего наследника будут звать Рутланд, он будет наследовать вашу и мою кровь. Однажды Рутланд Дарелл взойдет на престол Беллонии, провозглашая, что дом Рутланд жив и процветает в доме Дарелл. Вы нужны мне, Триша, вы нужны Беллонии. Если я - голова герцогства, вы будете ее шеей. Вы нужны нашему королевству, вы нужны Кэйранду, - тут его сдержанность и хладнокровие дали сбой, взгляд метнулся вниз, делать признания для Анджея всегда было сложнее всего, но он тут же вновь заглянул в глаза избранницы и продолжил недрогнувшим голосом. - Потому что искреннее, преданнее и честнее женщины я не встречал.
Он замолчал, но не опустил взгляд.
Возможно, она что-то ответит. Если нет, Анджей даст ей время подумать.

___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Триша Рутланд
Сбежавшая невеста
avatar
Репутация : 458
Очки : 596


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Чт Мар 15 2018, 14:03
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
8

Подобно огню, который разгорается сильнее, если в него подбрасывать сухие ветки, рос и гнев. Триша сама зажгла искру, которая после передалась Анджею, и теперь вновь вернулась к своей хозяйке уже большим кострищем. Правду говорят, что злоба и ярость заразительны. Они с сжигали Анджеем вместе себя в этом пламени. Кто-то обязан был остановиться первым и, наверное, именно Трише следовало успокоить и себя, и мужчину, ведь это она училась терпению и смирению, живя в Храме Дюжины. Но она не могла. Хотелось кричать, обвинять Анджея, ведь это из-за него, в конечном счете, Триша оказалась здесь; говорить о собственном желании остаться в храме и «сгнить» тут, если на то будет воля Богов. И сейчас было совершенно не важно, что Анджей прав в своих упреках, а Триша вовсе не хотела оставаться здесь.
Все, на что хватало сил девушки - это молчать и сверлить Дарелла тяжёлым взглядом, лелея свой гнев, словно он мог ей помочь на какое-то время испытать облегчение после ухода герцога. Да, в эти минуты Триша надеялась, что он сам уйдет, а она сможет продолжить страдать и терзать себя в стенах храма, наказывая за ошибки, прошлые и новые.
Когда герцог обернулся к ней после долгого молчания, Триша подумала, что сейчас всё именно так и произойдет. За те пару мгновений, которые потребовались Анджею, чтобы подойти к ней вновь, Триша успела позабыть о своей злости и заволноваться, что Анджей и впрямь сейчас попрощается и уедет.
За это утро ее чувства метались в чудовищном беспорядке от печали к надежде, от ненависти к страху, от радости к смятению. Но Анджей несколькими фразами сумел заставить Тришу испытать сразу все эти чувства. Хорошо, что Рутланд стояла рядом с кроватью и смогла присесть на ее край – падать в обморок она не собиралась, но и в своей способности удержаться на ногах засомневалась.
Не каждая девушка за свою жизнь удостаивается одного предложения «руки и сердца». Триша же оказалась той, кому эта честь была оказана дважды. Разными мужчинами. Но если в первый раз Рутланд испытала удивление и радость, как, наверное, любая девушка, получившая предложение от небезразличного ей мужчины, то во второй раз Триша испугалась. Причин было много: необходимость вновь принимать судьбоносное решение, снова проходить тот путь, на котором Триша уже оступилась, и неуверенность в том, что не оступиться снова.
В своем письме она поведала Анджею о своих переживаниях, но он предлагал ещё раз проверить искренность ее чувств. Сейчас девушка не думала о том, какую честь оказывает ей герцог Беллонии. Не обращала она внимание на учащенное биение своего сердца, которое явно противилось глупости его хозяйки.
- Я чуть не отдала вам свою невинность, хотя была связана обещаниями с другим мужчиной, а вы называете меня преданной? - Триша осуждающе покачала головой и опустила взгляд. Осуждала она саму себя, а не Анджея, хоть ему могло казаться иначе.
- Я лгала, глядя вам в глаза, уже там, в Ардоре зная, что отправлюсь в этот храм. И после этого я честная и искренняя? - закрыв на несколько секунд глаза, Триша сделала пару глубоких вдохов и выдохов. Нашла себе силы подняться с кровати и отойти к окну, отворачиваясь от Анджея. Девушка боялась, что не справится с эмоциями и разрыдается. Теперь это было непозволительно делать при нем.
- Вы убиваете меня своими поступками и словами, - прошептала она, не оборачиваясь. - Начали убивать с первого своего взгляда на меня и продолжаете до сих пор. Пожалуйста, оставьте меня одну.
Посмотреть профиль
 
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 393
Очки : 487


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Вт Мар 20 2018, 09:58
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
9

Анджей услышал Тришу. Он не знал, намеревалась ли она задеть его гордость, но у нее получилось. Герцог пристально смотрел на нее, отвернувшуюся, сжимал челюсти, чувствуя, как вскипает ненависть внутри, нарастает едкий, ядовитый ком агрессии. Она совершала ошибку за ошибкой: оскорбила, отвергла, плюнула в открытую душу. Анджей все мог стерпеть. Но не смог вынести того, что не заслуживал даже ее взгляда. Триша снова отворачивалась от него, от своих проблем, от своих ошибок. Вместо того, чтобы заглянуть им в глаза и победить! Тактика проигравшего - отворачиваться от меча, потому что оппонент не побрезгует вонзить его в спину.
Что ж. Раз она не понимала сама, ее следовало повернуть насильно. Анджей скорее свернет ей шею, чем будет разговаривать с затылком.

Все те дикие псы, которые с трудом Дарелл сдерживал на цепях и в клетках, вырвались и рванули вперед, желая убивать всех и уничтожать все на своем пути.
Герцог жестко взял леди Рутланд за локоть, дернул на себя, разворачивая, схватил за шею и крепко приложил затылком к стене. Второй взял за подбородок, поднял ее лицо на себя, испепеляя взглядом.
- Смотри мне в глаза! - приказал, крича.
Она что, считает, ее зовет замуж нищий трактирщик?! Что можно отвернуться, когда герцог Дарелл говорит с ней?! Думает, что вот так вот может швырнуть герцогу отказ? А не пожалеет ли, не станет ли кусать локти?
- Перед тобой герцог Дарелл, а не мальчик на побегушках! - вопила в нем гордость, самолюбие и ненависть к этой женщине. - Я не так плох, чтобы от меня воротили нос!
Он стоял, по-прежнему сжимая ее шею одной рукой, подбородок второй. Нависал сверху. И зашипел на выдохе через крепко сжатые зубы, скалясь. Вместо того, чтобы назвать Тришу дурой; вместо того, чтобы ударить по лицу. Так чесался язык, так хотела рука залепить ей пощечину, выбить из Рутланд слезы. Не те слезы горя и отчаяния, которые лила она перед ним, а слезы боли. Ядовитые, прожигающие, но такие вкусные, упоительные.
И чтобы не дать себе волю, Анджей отпрянул от Триши, пока не сделал ей больно, хотя чувствовал, что готов убить. Он оттолкнул ее от себя, порывисто отступая сам, резко развернулся и быстрым шагом вышел из спальни с громким хлопком закрывая дверь за собой.

Без заминок Анджей вышел прочь на улицу из этого дома. На ходу натягивал на руки свои вышитые золотом перчатки. Он мог казаться со стороны спокойным, но не для Генриха, который лучше всех остальных знал своего господина и видел, как напрягаются жвалки на скулах Анджея, как пылает его суровый, полный гнева взгляд. Поторопился следом за ним, не зная, стоит ли зайти к Трише Рутланд.
Ан коротко поговорил с дестуром, Генри подошел в тот момент, когда они прощались.
Не отвечая на вопросы, герцог отправился к своей лошади, скинул со столбика повод, вставил сапог в стремя, поднялся в седло.
- Мой лорд! - окликал его Генри, что-то спрашивал, Анджей ровно никак не реагировал.
Дарелл дернул поводья, Оникс моментально заразился от своего хозяина раздражением и гневом, дернул головой, встрепенулся, резко разворачиваясь. Подогнанный пришпориванием, рванул, куда направляли. И вновь остановился из-за натянутого повода, раздраженно заржав. Ударил землю копытами, готовый нестись прямо сейчас во весь опор. Анджей удерживал его, переминающегося с ноги на ногу, а сам смотрел в окно, за которым была спальня Триши Рутланд, искал ее глазами, глядя сурово и пристально. Затем резко отвернулся, громким:
- Йа! - подогнал своего коня, пуская его гнать прочь.
Оникс быстро перешел в галоп и, поднимая копытами влажную землю дороги, умчал своего господина.

___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Триша Рутланд
Сбежавшая невеста
avatar
Репутация : 458
Очки : 596


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пт Мар 23 2018, 16:02
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
10

Возможно, Трише следовало испугаться, ведь в глазах Дарелла читалась такая откровенная ненависть к ней, что в спокойном состоянии у девушки бы затряслись коленки. Но сейчас она не чувствовала страха. Ровно как не понимала, насколько близко подвела она Анджея к самому краю. Если бы Триша узнала о его мыслях в тот момент, когда он яростно кричал на нее и вжимал пальцы в ее шею, то не поверила, что он способен на подобные мысли. И уж тем более на подобные действия. Она совершенно не знала мужчину, стоящего перед ней… И не узнавала саму себя, способную довести этого мужчину до подобного состояния; продолжающую отводить взгляд, несмотря на все попытки Анджея заставить ее смотреть на него. Триша просто не могла смотреть ему в глаза. Она была не достойной даже его взгляда, ведь ее страхи и неуверенность оказались сильнее. Так она думала в тот момент. А потом…
Анджей разжал пальцы, отпустил ее шею и ушел.
Рутланд не повернула голову к двери, когда он уходил. Захлопнулась дверь, но и тогда Триша не обернулась, продолжая стоять у стены и смотреть перед собой затуманенным от слёз взглядом.
Лишь спустя пару минут она шумно выдохнула, сползла по стене на пол и вытерла рукой слёзы, которые теперь можно было не сдерживать.
Ей не стало легче от ухода герцога, наоборот, Триша почувствовала себя совсем разбитой физически и еще более несчастной. Глупо было полагать, что она сможет справиться со своими чувствами к Анджею. Все дни, проведенные в Оршире, Анджей Дарелл не покидал ее мысли и сны.
Все, сказанное сегодня герцогом, было правдой. И он имел право гневаться, ведь Триша повела себя глупо. Анджей ошибался лишь в одном – боги не всегда безмолвствуют. Вот только люди порой делают вид, что не слышат их ответов, потому что боятся пойти по указанному пути.
Триша получила ясный ответ на свои мольбы и воззвания к Элине, но предпочла страдания возможному счастью. Счастью, дорога к которому не будет лёгкой, ведь идя по ней Трише придется встретиться лицом к лицу со своими страхами: объясниться с Дерриком и доказать больше себе самой, чем Анджею, что она – девушка без земель, замка и политических выгод, оправдает оказанное ей доверие и станет достойной герцогиней Дарелл, женой и матерью.

За окном раздался короткий стук лошадиных копыт, громкое возмущенное ржание, и снова тишина.
Триша не смотрела в окно и не знала, что Анджей остановил своего коня и смотрит в этот момент на нее. Не была она уверена и в том, что сумеет преодолеть свои страхи. Единственное, что сейчас Триша знала точно - увидев Анджея вновь, оскорбив его чувства и собственноручно прогнав, она словно приставила к своему горлу кинжал и теперь не могла дышать.
Она помышляла о смерти и эти мысли ужасали. Что бы ни случилось потом, сейчас она не сможет без Анджея.
- Дура! – сдавленно простонала Триша. Ударила ладонью по полу, сильно, чтобы почувствовать боль, отдающуюся в костяшки пальцев. Резко поднялась на ноги и бросилась к двери. Едва не сбила с ног одну из женщин, которая именно в этот момент решила вернуться и распахнула перед Тришей дверь.
- Триша? Что с тобой? – с тревогой крикнула она вслед леди Рутланд, но та не ответила. Триша уже бежала по коридору к выходу и ее ничего более не волновало. Только он.
«Пусть Анджей еще будет там, - эта мысль звучала в ее голове настолько оглушительно, что отдавалась пульсирующей болью в висках. – Пожалуйста, пускай не успеет уехать».
Девушка была готова молить герцога о прощении, если это потребуется. Она попытается объяснить ему своё поведение, если только успеет.
Оказавшись у выхода, Триша с усилием распахнула двери.
- Анджей! - слишком громко для приличной леди позвала она, выбегая во двор и ища взглядом Дарелла.
– АНДЖЕЙ! - повторила ещё громче, на сколько хватило сил в лёгких, глядя, как герцог на своем коне выезжает за ворота.
Она опоздала.
Триша все ещё не замечала никого вокруг. Ее разум пытался найти способ всё исправить, но тщетно. Седлать коня и стараться догнать Анджея было бесполезно - Тришина лошадь не угонится за быстрым конем герцога, да и время на подготовку лошади уйдет немало. И Анджей не говорил, куда собирается отправиться.
Всё кончено.
Молить богов вернуть его не было нужды. Вряд ли они захотят помогать Трише после того, как она отмахнулась от их послания.
- Я люблю вас, - шепнула Триша тихо, не в голос, одними губами. Шепнула самой себе, признавая уже очевидное. Но слишком поздно признала.
- Леди Рутланд, - сперва Триша не поверила, что правда слышит знакомый голос. Посчитала, что это разум играет с ней, давая ложную надежду. Но это было не так - её надежда на прощение в лице Генриха стояла рядом и вопросительно смотрела прямо на девушку.*
- Он не простит меня, - все так же тихо, проглатывая слёзы, произнесла она, оборачиваясь к Генриху. И после недолгого молчания добавила:
- Пожалуйста, передайте ему мои слова: вы полюбили самую бестолковую и трусливую девушку во всём Кэйранде. Она оскорбила вас и молит простить ее. Хотя бы простить. Но уже поздно, - поздняя фраза предназначалась уже не Генриху. Триша вновь смотрела на дорогу, на которой теперь не было видно никого и ничего кроме оседающей на землю пыли.  

*:
 
Посмотреть профиль
 
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 393
Очки : 487


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Пн Апр 09 2018, 08:53
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
11

На самом деле автор немного слукавил, утаив от читателя разговор Анджея с дестуром.
- Отец Эадред, - Анджей говорил сдержанно, быстро, уверенно, со стальными нотками в голосе от раздражения и злости - так звучала в нем кровоточащее чувство задетой гордости, - разговор не сложился, леди Рутланд пожелала остаться одна, я исполню ее волю. Но я вернусь завтра, - он взял руку дестура в обе своим и мягко пожал на прощание, - и буду возвращаться столько раз, сколько потребуется, чтобы образумить ее.
Подошел к тому времени Генрих, что-то спросил у герцога, Анджей обернулся на него, отвлекаясь от монолога, не ответил, снова повернулся лицом к старику.
- Только не говорите об этом Трише. А пока вынужден попрощаться.
И направился к лошади. Хотелось скорее покинуть это место, чтобы не показать, как взбешен и расстроен случившимся.

Он не бесновался и не ругался, когда уехал. Даже когда нагнал своего господина верный телохранитель Генрих и их спутник Алди, Дарелл не сорвался и на них. Анджей всегда по природе своей, слишком, черезчур растерзанный чувствами и эмоциями, молчал, заживо варясь в собственных кипящих мыслях. Он был слишком зол и огорчен. Он не хотел никого видеть и слышать, ему нужно было побыть одному, чтобы остыть.
- Мой лорд, - очень осторожно начал Генри, который понимал состояние Анджея, но он ведь пообещал миледи передать ее слова. Герцог не реагировал, хотя слышал. Они неспешно вели коней к ближайшему поселению. - Я видел леди Рутланд, она...
- Я не хочу ничего знать, - коротко и строго отрезал Анджей.
Генрих помолчал какое-то время.
- Она выбежала, чтобы окликнуть вас...
- Я ничего не хочу слышать о ней! - Ан вскинул руку, жестом приказывая замолчать, и прервал на середине фразы.
- Она просила передать...
- Эта женщина за день дюжину раз сменит свое мнение! - перебивал Анджей, вдруг взорвавшись и начиная жестикулировать. - И каждый раз будет убеждена в его правильности! Я не желаю знать, что она хотела мне передать, Генри! Не сейчас! Пусть подумает хоть раз перед тем, как что-то сказать!
Генрих опять помолчал. Анджей медленно остывал, вновь пряча своих демонов и злость.
- Так мы… - снова начал вопрос охранник, но не договорил, герцог в своей манере ответил сам на очевидно возникающие уточнения.
- Мы вернемся в храм завтра, - раздраженно и зло, - надо найти, где переночевать, в этой богами забытой дыре есть приличный бордель?! Меня воротит от ланских кислых вин, надо найти аспарское. Придется возвращаться в город?
- Мы можем вернуться в храм сейчас, мой гер...
- Я сказал, мы вернемся завтра! И послезаватра, если это понадобится, ты понял меня? - он вопросительно посмотрел на своего стражника, тот положительно кивнул, невербально отвечая, герцог удовлетворенно хмыкнул, отвернулся и подогнал Оникса, ускоряя.

Анджей вернулся в храм, как и обещал, следующим утром, когда солнце уже несколько часов как встало. Утро было в разгаре.
Как начинать разговор с Тришей как и то, где ее искать, Анджей не знал, но был убежден, что слова найдутся, когда они окажутся рядом.
За ночь он успел остыть, зализать раны оскорбленного чувства собственного достоинства, и снова был способен сдерживать негативные эмоции. Во-всяком случае, пока что. Если он вновь услышит от Триши Рутланд слова о неприязни и просьбы убраться с глаз, костер ярости вспыхнет с новой силой, Анджей понимал это и готов был рискнуть.
Дарелл искал взглядом Тришу среди людей на улице, но не находил. Он был с теми же спутниками. Подвел Оникса к тем столбикам, где оставляли они лошадей прошлым днем, спешился.

___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Триша Рутланд
Сбежавшая невеста
avatar
Репутация : 458
Очки : 596


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Сб Сен 01 2018, 05:33
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 3)
12

Еще долго стояла Триша, глядя на дорогу. Уже уехал и Генрих, сперва пообещав передать слова Триши своему господину, но Рутланд всё никак не могла заставить себя вернуться. Ей казалось, что как только она войдет в храм или даже просто отвернется от дороги, то потеряет даже надежду на возвращение Анджея. Хоть это было глупо, но она действительно надеялась, что Анджей сейчас вернется. Хотела этого всем сердцем и корила себя за глупый поступок. В очередной раз.
Только когда за спиной девушки раздался голос сестры Алреи, Трише все же пришлось смириться и вернуться к реальности. Реальности, которую она сама для себя избрала, хотя и желала совсем иного.
Сестра Алрея гневалась. По ее словам, девушка повела себя не подобающе своему статусу и тем более не позволительно в стенах храма богов, внося “нечеловеческими” криками в души его обитателей смятение. Рутланд молча кивала головой, не спорила и не оправдывалась. Но и не извинялась. За попытку вернуть Анджея она извиняться не станет.
Триша решила не выходить к обеду и ужину, всё это время проведя в работе. Люди говорили правду – тяжелый труд хоть и не помогал очистить мысли, но отвлечься и «убить» время помогал прекрасно. Возможно, голод и работа были попытками Триши истязать и наказать себя, но, в первую очередь, ей просто необходимо было побыть в одиночестве.
После вечерней службы ее позвал отец Эадред, желая убедиться, что с его воспитанницей всё в порядке. Он пытался поговорить с ней, расспросить о случившемся, но девушка не отвечала. Всё произошедшее сегодня было лишь её делом. Её и Анджея Дарелла. Впрочем, дестур не сильно и настаивал.
Эта ночь оказалась тяжелой и бессонной. Триша понимала, что не сможет вечно мучиться переживаниями, но пока не могла отстраниться от мыслей о прошедшем дне. Ей не было себя жалко – сама виновата в случившемся. Зато было время подумать и окончательно в своих чувствах. Рутланд приняла решение: она пробудет в храме на правах гостьи до праздника начала года, а после либо покинет этот храм, либо останется здесь навсегда и станет дестой. Она обязательно сделает выбор, но сперва попытается исправить ошибку, совершенную сегодня. Если через пару-тройку дней от Анджея или Генриха не будет никаких вестей, то она напишет и отправит в Ардор письмо. Одно, два, пять, дюжину - сколько потребуется, лишь бы добиться от герцога прощения. Помышлять о чем-то большем, чем просто слова прощения, она себе не позволяла.
Следующий день начался точно так же, как и все предыдущие - с утренней службы. Правда сегодня на нее пришло несколько семей из деревни, что случалось не каждое утро. Когда брат Филмор закончил двенадцатую молитву, и служба подошла к концу, люди стали покидать главный зал храма. Триша не спешила уходить, она направилась к статуе Элины, постояла подле нее несколько минут, но так и не решилась озвучить богине своё желание – не верила, что она пожелает помогать ей теперь.
Больше всего на свете Триша хотела увидеть Анджея еще раз…
Когда девушка обернулась и направилась к выходу, стены храма уже опустели, а вот во дворе еще было людно. Именно поэтому Рутланд не сразу обратила внимание на всадников. Но когда ее взгляд встретился с одним из них, Триша замерла, решив, что это наваждение. Девушка моргнула, резко тряхнула головой, но наваждение не пропадало. О том, что Анджей Дарелл вернулся свидетельство наличие свиты - фантазия Триши вряд ли бы стала рисовать герцогу еще и спутников.
Рутланд потребовалось несколько секунд, чтобы справиться с удивлением и охватившим ее желание бегом броситься к герцогу. Медленно выдохнув, Триша прошла через двор и остановилась в нескольких шагах от Анджея.
- Ваша светлость, - у нее не получилось придумать что-то еще для начала разговора кроме слов приветствия и поклона. Волнение и нетерпение девушки выдавал разве что торопливый, дрожащий голос. Анджей не прогнал ее сразу же и это вселяло надежду.
- Мы можем поговорить с вами в стенах храма? – оставаться на улице Рутланд не хотела. Приезд незнакомца вызывал интерес у деревенских и они, не скрывая любопытства, смотрели в сторону Триши и Анджея.  
Герцог утвердительно кивнул и это было еще одной маленькой победой для Рутланд. Коротко взглянув на телохранителя, Триша благодарно кивнула ему. Она была уверена, что Генрих передал ее слова и это помогло Анджею решиться приехать вновь.
Вернувшись с герцогом в храм, Триша направилась всё к той же статуе богини, у которой стояла лишь несколькими минутами ранее, к Элине. Остановилась подле нее.
- Два дня назад я молила Элину помочь мне, - Трише нужно было подобрать слова, чтобы объяснить Анджею свое поведение и начать издалека оказалось проще. - С того момента, как я покинула Ардор, не было и дня, чтобы я не думала о вас. Я просила Элину дань знак, который поможет разобраться в моих чувствах к вам. А спустя день приехали вы.
Несмотря на радость от возвращения герцога, девушке было трудно найти в себе силы смотреть на него, но сегодня она не собиралась повторять своих ошибок. Триша повернулась к Дареллу и заглянула ему в глаза.
- Совпадение это или божественное провидение - я не знаю. Но сейчас я уверена в том чувстве, что не давало мне спокойно жить все эти дни. Я люблю вас, Анджей Дарелл, - на него было стыдно, но Триша старательно не отводила взгляда. - Вы приехали. Сюда. Ко мне. Вчера вы оказали мне большую честь, слишком большую, чтобы в нее вообще можно было поверить. Я знаю, что вы были искренни в своих словах и это пугает меня еще больше, - только скрывать свой стыд она не могла - ее предложения становились все короче, паузы между ними все больше, а голос тише. - Я оскорбила вас. И молю простить меня.
Теперь девушка вновь позволила себе опустить взгляд, потому что и сама начала опускаться перед Анджеем, желая преклонить колено.
- За глупость. И трусость.
Посмотреть профиль
 
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 393
Очки : 487


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Сб Сен 01 2018, 06:23
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
13

Триша подошла к герцогу сама. Это уже было большим шагом навстречу друг другу - то, что Анджей приехал, засунув подальше свое чрезмерное чувство собственной важности; и то, что Триша подошла сама, заговорила с ним первой.
- Миледи, - лаконично поприветствовал и он ее, глядя немного удивленно на нее, не плачущую, спокойную; поклонился; подумал о том, что, вероятно, очень правильным выбором было дать ей время обо всем подумать и остыть. - Конечно, пойдемте.
Анджей дланью указал направление к храму. Ему по большому счету было все равно, где поговорить, лишь бы их не услышали лишние уши. То, что происходило между Аном и Тришей, было исключительно между ними двумя.
Он не предложил леди руку, не взял ее кисть сам, поскольку не намеревался торопиться ни в чем. Вел себя сдержанно и молчаливо, не перебивал.

Он выразил эмоции лишь единожды - когда, глядя в глаза Трише перед изваянием Элины, услышал от нее слова о любви. Он с удивлением поднял брови, моргнул. А уверена ли она? Потому что Анджей уже ей не верил. Сомневался, во всяком случае, в том, не передумает ли она вновь. Но это могло показать только время. Как и искренность чувств их обоих.
- Нет, - отрезал Анджей строго, когда увидел, что Триша намеревается опуститься. Он взял ее за подбородок, поднял ее лицо, не давая встать на колено.
- Я никогда, - герцог выделил интонацией это слово, - не прощу себе, если моя женщина унизится перед кем-то посторонним.
Он показательно обернулся, посмотрел на людей, которые пусть и стояли поодаль, но могли их увидеть.
В такой политике был воспитан Анджей, для него было постулатом то, что достойная женщина, рожденная в семье аристократов, может показать слабость и прогнуться только перед членами своей семьи, но любое отражение слабоволия и подвластности на людях - непоправимый проступок, порочащий репутацию имени их дома. Триша должна понимать, что она теперь своим поведением отражает не только честь и репутацию последней из Рутланд, а еще и является избранницей герцога Беллонии, а значит может и должна нести на себе камень ответственности за этот выбор. И Анджею, разумеется, хотелось, чтобы она его выбору достойно соответствовала и не делала таких глупостей, как преклоняться перед тем, кто не является ее сюзереном.
Они поговорят об этом. Потом, в дороге, если она состоится, когда у них будет на это много времени.

А пока…
Пока это было маловажно.
- Это даже излишне, - смягчившись и отпустив подбородок Триши, Анджей прикрыл глаза и отрицательно покачал головой. - Вы наговариваете на себя.
Как было в свое время излишним графу Айреллу вставать на колени, так было излишним и Трише сейчас склоняться. Ан уже услышал слова извинения, их было более, чем достаточно - миссия выполнена, его чувство собственного достоинства было поглажено и счастливо урчало вместо того, чтобы скалить зубки.
- Я не услышал главного, леди Рутланд, - спокойно и терпеливо говорил герцог. - Вы согласны?
Все гораздо проще высоких слов и витиеватых признаний.

___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Анджей Дарелл
Беллонийский Нарцисс
avatar
Репутация : 393
Очки : 487


Здоровье:
80/80  (80/80)
Сообщение  Чт Сен 06 2018, 10:27
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
14

Совместно
Если бы герцог поведал Трише о своем недоверии, то сегодня она бы согласилась с его мыслями. Рутланд сама еще не до конца доверяла себе; боясь вновь совершить те же ошибки, а еще так и не простила себя ни за вчерашний день, ни за события предшествующих двух месяцев. Но Триша все же решилась попытаться обрести ту жизнь, которая, как казалось девушке, была эталоном счастья: дом, семья и мужчина рядом - любящий и любимый.
Боги дали ей второй шанс. Анджей дал ей этот шанс.
- Да, - кивнула Триша в ответ, не сдержав при этом радостной улыбки. Не было необходимости затягивать с ответом – Анджей предоставил ей достаточно времени, чтобы подумать. Тем более, что она и не рассчитывала на повторное предложение от Дарелла. Надеялась, но не верила в эту возможность.
Триша соглашалась не потому, что Анджей был герцогом или обещал продлить в истории имя ее семьи - все это было очень важно, но не первостепенно. Важнее этого было то, что Триша сама хотела быть с ним. Она возвращалась к себе прежней - счастливой, способной преодолевать трудности, любящей жизнь и видящей чудесное в самом обыденном для других людей событии. Она понимала, что возвращение пройдет не быстро, но начало ему было положено.
- Да, я согласна, - повторила она свой ответ, расслабляясь и расправляя плечи, не забывая о своем стыде, но более не скованная им. И позволила себе больше:
- Я хочу быть с вами, Анджей, - назвать герцога по имени, как называла в последние два дня, проведенных с ним наедине в Ардоре. Потому что хотела ласково и с любовью произносить его имя - сегодня и каждый последующий день своей жизни. - Стать вашей супругой.
Триша уже принадлежала ему. Будь это не так, она бы сумела изгнать этого мужчину из своих мыслей и сердца, но он овладел ими полностью.
- Надеюсь, вы найдете во мне свое счастье. А я - в вас.

Оказалось, было так мало нужно, чтобы герцог Дарелл заменил все свое напряжение и злость счастьем и радостью. Одна только улыбка. Он так давно не видел эту улыбку, так соскучился по ней, так мучительно долго ее ждал и наконец заработал! Улыбка на устах Триши Рутланд. Она была невозможно красивой, когда вот так улыбалась. Анджей видел, как сильно она устала, как была измотана своими душевными порывами и терзаниями. Но улыбка преображала ее даже в такой момент в ярчайшую из красавиц.
Хотелось кричать о том, как он сильно ее любит, чтобы каждая моль даже в позабытых богами уголках Кэйранда знала, кого выбрал Анджей Дарелл и кого добился.
Он ответил Трише и своей улыбкой, совершенно не сдерживаясь, не скрывая эмоций. Опустил на секунду глаза, шумно выдохнул через рот, широко улыбаясь, вновь поднял взгляд на Тришу, теперь переполненный обожания и нежности.
В бездну отправились в тот момент все приличия и формальности. Если Триша думала, что стены храма будут каким-то образом сдерживать порывы похоти Анджея, то она сильно ошибалась.
Он взял ее красивое личико в обе руки, поднял на себя, припал к ее губам в целомудренном поцелуе, прикрыв глаза. Этого моментально стало мало, он поцеловал ее глубже, держа за затылок, обхватив за талию второй рукой. Не преминул ею скользнуть вдоль позвоночника вниз, чтобы сжать аппетитную форму манящих женских бедер, плавно переходящих в ягодицы. Нет, Анджей не забыл, где находился. Двенадцать каменных изваяний с божественными ликами смотрели сейчас на них. И пусть смотрят! В конце концов, они из камня и даже не зальются краской!
Кто-то рядом вдруг деликатно покашлял. Анджей разорвал поцелуй, посмотрел на какую-то женщину, осудительно смотрящую на пару. Но он был слишком счастлив, чтобы злится на незнакомку, прервавшую их удовольствие, потому только улыбнулся, скользнул рукой обратно на талию своей леди, чтобы никого не смущать; повернулся к Трише, уткнувшись лбом в ее лоб и снова широко улыбаясь.
- Вы уже собрали свои вещи? - тихо спросил, тесня ее в своих объятиях.

Их уговаривали остаться на ужин, Анджей категорически отказывался, уверяя, что лучше им поторопиться. Но перекусили перед дорогой, поговорили с дестуром и дестами за столом. Герцог дал Трише для прощаний столько времени, сколько ей было необходимо. Сам горячо попрощался с отцом Эадредом, пообещав, что обязательно заедет, если окажется в Лансе. Очень много, бесконечно его за все благодарил.
Анджей поднялся в седло Оникса первым. Генрих, подхватив леди Рутланд, словно та ничего не весила, усадил ее боком перед всадником, Анджей заключил ее в свои надежные объятия, показал, как нужно держаться.
- Еще раз. Благодарю вас за все от души, отец Эадред, - герцог, уже будучи в седле, отвесил дестуру очередной прощальный поклон.
- Да освещает ваш путь свет Дюжины, дети мои, - он сложил руки в священном знамении.
Дарелл неспешно повел своего коня вперед, а когда они удалились настолько, что уже не было никого за спиной видно и махать рукой Трише было уже некому, поцеловал ее в щеку, обращая ее внимание на себя, и обнял одной рукой теснее, во второй держа повод уздечки.
- Ну, вот и все, - вот так просто подытожил он. - Постарайтесь отдохнуть, впереди часа четыре пути, - быстро ехать с дамой в одном седле он не мог, - а силы еще пригодятся. Не смотря на то, что мне пришлось делать предложение о браке вам лично, Триша, а не вашим опекунам, я нахожу правильным считать вашим домом этот храм в Оршире. И хочу принести ему дары по случаю сватовства. Мои первые дары, Триша, я никогда еще подобного не преподносил, - тут он легко, счастливо засмеялся и снова поцеловал ее, красивую, теплую и нежную, в уголок губ. - Вот только я хочу, чтобы это был не кошель с монетами. Чтобы не казалось, будто я свою леди… купил, это ведь не так, - снова поцелуй, в другой уголок губ. - Хочу попросить вас помочь. Расскажите мне, как жили в храме, чем занимались. А заодно посоветуйте, расскажите, какие дары будут более полезны. Понимаю, что жемчуг в быту ни к чему! Ткани? Лошади? Вина?

Счастье – вот то чувство, которое испытывала Триша в эти минуты. Пока еще робкое, тихое, не способное завладеть своей хозяйкой в полной мере, но все же это было именно счастье.
Происходящее с Рутланд вовсе не казалось ей сном. Триша отдавала себе отчет, что все сказанное ею и Анджеем было произнесено наяву, и что происходит все здесь и сейчас. Слишком уж выстрадано было это счастье, чтобы теперь отказываться в него верить и принимать за волшебный сон. Бояться очнуться и снова всё потерять. Так что Триша не просто верила в происходящее, она наслаждалась им. Тем, что Анджей не отвернулся от нее; что поверил в Рутланд. Наслаждалась его прикосновениями и поцелуями, такими знакомыми, словно он последний раз касался ее губ не месяц назад, а лишь вчера. Смущалась от этих прикосновений и того, что они с Анджеем позволяют себе так много в священном месте, но не желала прерывать их.
К тому же, в храме и без Триши было достаточно взывающих к совести и стыду. Сестра Алрея появилась рядом и Анджею пришлось остановиться. Странно, что деста не схватилась за палку и не прогнала герцога и Тришу на улицу, ведь именно такой реакции Рутланд ожидала от женщины. Но сестра Алрея лишь осудительно покачала головой и недовольно уставилась на пару.
- Сборы не займут много времени, - прошептала Триша в ответ Дареллу, улыбаясь.
Сдерживать улыбку казалось просто невозможно и это было прекрасным ощущением.

Анджей не торопил, и Триша успела попрощаться не только со служителями храма, но и с несколькими деревенскими, которых она помнила еще со времен своей жизни в Грейвее и которые тепло относились к Рутланд.
С отцом Эадредом Триша поговорила наедине, перед тем, как все собрались, чтобы проводить их с герцогом. Она пообещала, что не будет забывать писать ему и дала согласие, чтобы брат Филмор читал дестуру ее письма, а также записывал ответы своей рукой. В этом прощальном разговоре отец Эадред произнес странные слова:
- Лишь боги вправе судить людей за их поступки, а мы только служим богам. Я бы велел тебе остаться, девочка, но я не могу управлять твоей жизнью. Я лишь пожелаю тебе быть осторожной и никогда не забывать Дюжину и Заповеди. И будь счастлива.
- Спасибо, отец Эадред, - отвечала она, ласково обнимая дестура. Тогда Триша не знала, что ошибочно принимает слова о поступках и осуждении на свой счет.
Зато именно в тот день она узнала, что дестур не собирался принимать ее украшения в качестве дара храму. Сундучок с ними приготовили к отправлению в Беллонию, как и сундук с нарядами и вещами девушки.

Ехать пришлось медленно и долго, но за разговорами время летело куда быстрее. Герцог крепко прижимал к себе Тришу, чтобы совместить центр тяжести двух наездников и облегчить лошади ее путь. Рутланд чувствовала тепло его тела, грелась в его ласковых словах и поцелуях, наслаждаясь каждой минутой этого времени.
Анджей спрашивал ее о жизни в храме и Триша рассказывала все, как есть. О том, как исполняла работу, которой раньше бы испугалась и даже оскорбилась. Она не считала постыдным то, что мыла в храме стены и полы, стирала вещи, штопала и готовила. Работа пошла на пользу и мозоли на руках были не таким уж страшным последствием.
- Лошадям брат Филмор будет очень рад. Только нужны крепкие и выносливые тягловые лошадки, чтобы возить повозку в соседние деревеньки. Лошади при храме уже совсем старые, - рассказывала она то, о чем успела узнать.
- Кроме овощей они выращивают и лекарственные травы. Отец Эадред говорит, что молитвами лечится душа, а тело не всегда поддается исцелению лишь одной молитвой, - она говорила, а Анджей слушал. Слушал, кивал, делал выводы и планировал покупки. Сама Триша не готова была тратить деньги (хоть и на доброе дело), которые ей не принадлежали.
Самым удивительным во всей этой поездке было то, что за разговорами с Анджеем, окутанная его вниманием и нежностью, Триша совершенно позабыла о своих переживаниях. Словно у нее и не было поводов для переживаний.

Они проговорили всю дорогу, как два ребенка, которые любят играть вместе, но их разлучили на целое лето, они встретились и теперь торопились все-все друг другу рассказать (Анджей умалчивал лишь о событиях в борделе, чтобы Тришу не пугать). Заодно вместе рассуждали о том, что пригодилось бы в храме.
По приезду в Мейнстон они прямиком отправились на открытые еще рынки. С широты герцогского плеча Анджей позволил Трише выбрать в дар храму все, что ей заблагорассудится. А для того, чтобы она слишком уж не скромничала, принимал активное участие в выборе сам.
Так они очень скоро собрали целую повозку, где были тюки с тканями, посуда, новые садовые инструменты, несколько книг для библиотеки, бочки с вином, клетки с дюжиной живых кроликов. Слишком усердствовать с домашним скотом не стали - Анджей очень скептически осмотрел лошадей на продажу в конюшнях и настоял на том, чтобы лучше они снарядили по случаю помолвки в Оршир новую повозку из Беллонии, куда щедрее и богаче, чем сейчас отдавали предпочтение дарам, которыми герцог был недостаточно доволен.
А пока вместе с Алди отправили в храм то, что выбрали. Затем, наконец, оставшимся составом отправились в свой путь в противоположном направлении.
Путь в Беллонию.

~ Эпизод завершен ~

___________________________________________________
Посмотреть профиль
 
Спонсируемый контент

Сообщение  
15

 
 
14.11.1253. От любви до ненависти.
Предыдущая тема Следующая тема  Вернуться к началу 
Страница 1 из 1

Хроники Кэйранда  :: Башня летописца :: Хроники былых времен +
Перейти:  

LYL Зефир, помощь ролевым White PR photoshop: Renaissance


ВЕДЬМАК: Тень Предназначения Рейнс: Новая империя. Политика, войны, загадки прошлого РИ 1812: противостояние
Borgia .:XVII siecle:. Игра Престолов. С самого начала Francophonie Айлей
Разлом Supernatural Бесконечное путешествие

Мы ВКонтакте

LYL