ФорумМир Кэйранда. МатчастьСобытияКарта мираКалендарьГалереяПоискПользователиГруппыРегистрацияВходPR-вход

Хроники Кэйранда  :: Скрипит перо, оплывает свеча... :: Шаги истории
 

 25.12.1253. Взовьется янтарный стяг, и воспарит к небесам черный ястреб Ланса. 

Предыдущая тема  Следующая тема  Перейти вниз 
Автор Сообщение
Генрих Бьято
герцог Ланс
avatar
Репутация : 245
Очки : 249


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
1




Дата/время: 25 день месяца Ветров, три часа пополудни.
Место действия:Хайстрен
Участники:Изабель Бьято, Логард Оферхост, Говард Осгард, Генрих Бьято, при желании - Брианд Стиллборн и остальные.
Предыстория/суть темы:
10.12.1253. Сталь и огонь. Ланс. Часть 1 - Средь шумного пира
11.12.1253. Сталь и огонь. Ланс. Часть 2 - деревня Синий Хвост.
18.12.1253. Сталь и огонь. Ланс. Часть 3 - деревня Осина.
23.12.1253. Сталь и огонь. Ланс. Часть 4 - форт Аар
Посмотреть профиль
Сообщение  Сб Июн 10 2017, 14:57
Генрих Бьято
герцог Ланс
avatar
Репутация : 245
Очки : 249


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 4)
2


В большом зале Хайстрена, огромном, способном вместить до пятисот человек, среди покрытых затейливой резьбой, словно бы кружевных каменных колонн, поддерживавших сводчатый ажурный потолок толпилось множество людей, однако было непривычно тихо. С того самого вечера, как здесь прозвучало угрожающее известие о первом нападении - во владениях герцога Бьято принимали погорельцев со всех деревень, благо огромный замок был способен вместить целую армию, и такая небывалая честь оказываемая сюзереном своим подданным затмевала все, что те только могли ожидать. Герцог, взявший на себя обязательство щедро возместить рыбакам все их убытки, содержал их за свой счет, и его казначей с подручными скрупулезно записывая количество погорельцев, их семей и статус, определяли размер вознаграждения, который будет им выплачен, а кроме того, к распорядителям герцога потянулись все подрядчики на заготовку леса из Оршира и камня из Леррана, поскольку тот обявил, что вместо сожженных и разграбленных выстроит для погорельцев новые деревни. И, как ни странно, строительство первой из них, несмотря на зиму, сырость, холод, ветра и опасность повторного нападения, уже началось, буквально спустя десять дней после пожара, и бывшие жители Синего Хвоста, отправленные поначалу в Хайстрен, по большей части вернулись обратно, и поселились в палатках, наблюдая за тем, расчищается пепелище и как возводится заново их деревня.
В зале же, ежедневно кормили всех остальных пострадавших, а герцог выслушивал все новые донесения поступавшие с берегов.
Сведения были неутешительными. Несколько деревень были сожжены дотла, и лишь по милости богов практически никто из жителей не пострадал. Зато при нападении на форты норкинги не щадили никого, и раз за разом, сопутствуя докладу очередного гонца, в зале поднимался все более и более различимый глухой ропот недовольства. И нашедшие себе здесь приют погорельцы, и знать, и именитые горожане, и представители ремесленных гильдий Ланса, ежедневно являвшиеся за новостями проявляли все большее и большее недовольство. Очевидно было, что королевская армия не в состоянии обеспечить безопасность побережья, несмотря на все предпринимаемые усилия. Норкинги нападали так быстро, точно, и в с таким численным перевесом, тщательно, словно заранее зная место, время и наилучший способ, что форты побережья пылали один за другим. И если население видело и все больше ценило, какие усилия предпринимает герцог, чтобы защитить берега и помочь своему народу, компенсируя ущерб, то молчание короны и оказавшаяся бесполезность фортов вызывало растущее недовольство.
Герцог осунулся, похудел, словно бы высох, глаза его запали, дышал он часто и поверхностно, часто кашлял, прижимая к губам платок из черного льна, но глаза его все больше обретали выражение сосредоточенности и мрачной решимости, хотя никаких действий кроме усилий по защите берегов и максимально возможной помощи населению он не предпринимал. Словно держа руку на пульсе своей земли и народа, он выжидал, когда недовольство достигнет пика, и выслушивал донесения прилюдно, в большом зале, где всегда толпилось множество людей, и любое сказанное вслух слово - подхватывалось, обсуждалось, и передавалось из уст в уста, распространяясь из Хайстрена по всему Лансу со скоростью лесного пожара.
Вот и этим вечером, когда ужин был закончен, но люди еще не собирались расходиться, в зал вошло один за другим несколько гонцов.
Первый явился в сопровождении сорока восьми мужчин, женщин и детей. Черные паруса с красными драконами видели напротив деревни Листры и те, прихватив из домов что попало сразу же кинулись бежать, и минуя баронов отправились прямиком к герцогу. И сейчас, припав на колени, взвывая от страха и неизвестности умоляли о милости, защите и безопасности. Распоряжение отданное спокойным тоном - накормить, устроить на ночь и снабдить всем необходимым на первое время, вызвало благодарные рыдания перепуганных женщин и не менее выразительные поклоны и исполненные преданности и благодарности взгляды мужчин.
Второй гонец, запыхавшийся, явно прискакавший издалека, отрапортовал о том, что герцогское ополчение, собранное дюжину дней назад, растянулось лагерями вдоль внутренней границы, на случай если драккары норкингов войдут в проток Лассе и попытаются напасть на Ланс с северной границы. Герцог выслушал его сосредоточенно, не упустив из виду и облегченный вздох большинства присутствующих, опасавшихся нападений и с этой стороны, но отметил, что этого мало, и для достижения полной безопасности следует иметь больше людей, чтобы совместно с королевскими фортами охранять и южный берег. Слова были встречены с энтузиазмом, и немедленно продиктованное распоряжение о дополнительном наборе в армию, сопровождалось одобрительными возгласами.
Третьим же пропустив в перед к герцогу, сидевшему в своем высоком кресле, пропустили кряжистого, высокого, длиннорукого, словно бы выдубленного всеми ветрами старика.
Генрих сощурился. Главной заслугой правителя он считал хорошо знать тех, кто ему служит, тех, кто хоть раз в чем-то отличился. Правителя, который замечает твои заслуги, ценит и уважает тебя, помнит тебя как личность, а не как некую песчинку в безликих рядах армии - уважают больше, он это знал. И с малых лет, будучи наследным принцем, взращивал в себе эту привычку королей и главнокомандующих, тренируя память и стараясь запоминать как можно больше людей, и при случае непременно давать им понять, что помнит их.
И этого старика он тоже помнил. Помнил по неудавшейся попытки отбить крепость Наар, и это выдубленное, цвета красного дерева лицо, с которого смотрели светлые, как пасмурное небо глаза, он видел именно там.
- Сэр Логард. - произнес лорд Бьято, еще до того, как тот успел открыть рот, или его успели представить. Голос его был усталым но твердым, а каким еще он мог бы быть в такой ситуации. Старый рыцарь пожаловал явно не с добрыми вестями, и выглядел, словно недавно побывал в очень тяжелой переделке. Но вежливости все равно никто не отменял - Рад видеть вас в добром здравии.
Посмотреть профиль
Сообщение  Ср Июн 14 2017, 03:00
Логард Оферхост

avatar

Репутация : 12
Очки : 22


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 3)
3


- Мой господин! – Логард тяжело опустился на колено, склонив голову, рыцарь слышал, что герцог помнит многих своих вассалов, но чтоб по имени,
- Я принес дурные вести, господин. Да простит Ваша Светлость меня за это. – чтоб подняться, старику понадобилась помощь Рода, который стоял позади и пришел на помощь сразу. Опершись о руку юноши, старый рыцарь выпрямился и взглянул в изможденное лицо герцога. Ему показалось, будто сюзерен вместе с ним плыл в ледяной воде, борясь с набегающими бурунами, норовящими погрести под вспененными гривами незадачливого пловца, так скверно выглядел Генрих Бьято, гордый правитель Ланса.
- Форта Аар, больше нет милорд. Я и эти двое, все что осталось от его защитников. – Логард кивнул головой на стоящих подле него мальчишек, разувших рты и крутивших головами во все стороны, словно филины в ночном лесу, дивясь великолепию убранства парадной залы Хайстрена.
- Господин, бой был не равный, варвары приплыли на двух больших дракррах с черными парусами, под королевским штандартом, некоторые северяне были переодеты в армейские доспехи и плащи. Но самое важное, что они действовали вовсе не так, как действуют норкинги в набегах, нет. – Рыцарь облизнул пересохшие губы, собираясь с мыслями, и озираясь по сторонам. Кругом толпилось полным-полно какого-то непонятного люда, мелкопоместные дворяне, рыцари, солдаты, рыбаки, женщины, даже голопузая детвора, и все они время от времени кидали взгляды на старого воина и прислушивались к его словам. Это немного смущало его, разве не стоило герцогу принять его в присутствии лишь своих военачальников и советников? Незачем ведь простому люду, которые еще как горазд до сплетен, да пересудов, слышать неутешительные и пугающие вести. Но кто он такой? Он всего лишь старый воин, которому давно пора было отправиться на свидание с безликой Нит, да вот только она не желала брать его, заставляя оживать вновь и вновь, наблюдая гибель всех кто ему был дорог. Не ему решать как поступать властителю, его дело лишь повиноваться.
- Милорд, варвары действовали как вышколенные гвардейцы, безупречная тактика и железная дисциплина. Они совершили отвлекающий маневр, выждали момент, грамотно провели штурм. Они не мародерствовали, не дрались между собой за добычу, как обычно бывает при их набегах. Они планомерно уничтожили гарнизон форта, пленных не брали, убивали даже тех, кто сдавался, добивали раненных. Собрали оружие и доспехи, затем сожгли форт. Руководил ими человек в шлеме с черным гребнем, он оставался у кораблей, в атаку не лез, как обычно поступают вожаки северных псов. – Логард прищурился, вспоминая подробности, губы его исказила злая, хищная улыбка, больше похожая на оскал,
- Не удалось им добычу забрать, все на берегу бросили ублюдки. Я их лодчонку подпалить умудрился, а мальчишки мои того с гребнем то, подстрелили. Не северянин он был, нет… Не знаю уж кэрец или еще кто, но не северянин. И что он варварам пообещал, одному Торну известно, раз ведут себя, как пришибленные, не смеют даже свою сущность после боя явить. – Логард, снова поднял свои светлые глаза, вглядываясь в непроницаемое лицо герцога.
- Не нравиться мне все это. Ваша Светлость, ох как не нравиться.
Посмотреть профиль
Сообщение  Ср Июн 21 2017, 20:12
Изабель Бьято
Дама пик
avatar
Репутация : 93
Очки : 129


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 3)
4


Присутствие в замке такого огромного количества простолюдинов не просто не нравилось герцогине, а было ей глубоко омерзительно. Люди приходили в Хайстрен по несколько дюжин за раз, и Генрих с гостеприимством давал им кров и размещал в большом зале. В том месте, где Изабель хотела видеть лишь пиры, веселье и танцы, слушать музыку и вкушать терпкость лучших вин, теперь обитали несколько сотен уставших и перепуганных крестьян с прибрежных деревень Вето. Но герцогиня терпела их присутствие, прекрасно понимая, насколько верно поступает Генрих, принимая в стенах зама этих обездоленных. Как минимум это еще раз доказывало благородство и расположение их сюзерена к нуждам каждого из своих вассалов в независимости от сословия и достатка. Так что Изабель старалась не выдавать своего недовольства ни Генриху, ни гостям Хайстрена. Когда-нибудь все эти неугодные ей люди покинут ее замок. А пока…
Пока леди Бьято мирилась со своим чувством омерзения и даже заставляла себя иногда спускаться в большой зал. Присутствие герцогини и ее общение с людьми должно было лишь подкрепить и даже усилить любовь народа к герцогу Бьято и его семье. Изабель разговаривала с женщинами, успокаивала и утешала их. Гости замка не голодали, но ее свита каждый раз приносила с кухни сладости для ребятишек. В эти моменты Изабель выглядела воплощением милосердия и сострадания, выслушивая рассказы несчастных вдов, утешая обездоленных, обнимая детей, гладя по волосам и обнимая оставшихся без отцов детей, обещая позаботиться о них. Только очень внимательные люди, могли подметить, как неторопливо она подает свою аккуратную ладонь с золотыми перстнями на пальцах тем, тем, кто протягивает свои руки к ней, чтобы прикоснуться; как на короткое мгновение меняется ее лицо, принимая выражение безразличия, когда она отворачивается от очередного несчастного…
Она не испытывала глубокой скорби по погибшим родственникам или по хозяйству, что потеряли все эти люди. И более того, с удовольствием поскорее разогнала бы их всех восвояси. Единственное, что было для нее действительно важно, чтобы гости Хайстрена и, в первую очередь ее супруг, думали, что герцогиня глубоко переживает за утраты и потери каждого вонючего, грязного, противного простолюдина.
Да, Изабель терпела и на людях играла роль заботливой супруги внимательного сюзерена, но при этом она все чаще выходила из себя, находясь наедине с приближенными к ней женщинами. Зимние прогулки по садам Хайстрена не приносили не только удовольствия, но и пользы – Изабель верила, что холодный и слишком влажный воздух вреден для ее кожи. Все, что оставалось – проводить бОльшую часть времени в своих комнатах, зачастую, в одиночестве, прогоняя свою свиту, служанок и даже Тизу с Эммой. Присутствие последней стало угнетать герцогиню сильнее всего. Лишь несколько месяцев назад Бьято приблизила к себе эту девочку, одаривала ее красивыми нарядами, украшениями, заставляла учиться манерам и грамоте. Но теперь Эмма начала ее раздражать: своим улыбчивым лицом, звонким смехом, молодостью. Девчонка становилась все милее, а через пару лет должна была оформиться в привлекательную девушку. В то время, как холодный зимний воздух, пережитые волнения последних месяцев и, хоть Изаель отказывалась это признавать, - возраст, все отчетливее давали герцогине повод для еще больших переживаний.
Знай Изабель способ продлить свою красоту и молодость, то, не задумываясь, воспользовалась бы им. Даже если бы понадобилось для этого принести в жертву пять сотен крестьян, находящихся теперь в замке. Но такого способа не было. И, хоть глядя в серебряное зеркало, она все еще видела перед собой красивую женщину, паника охватывала ее все больше, усиливаясь, при виде супруга, который за эти месяцы, терзаемый недугом и тяжелыми мыслями, заметно изменился внешне.

Сегодня вечером Изабель так же решилась покинуть свои комнаты и спуститься вниз. Тиза доложила, что герцог принимает гонцов в большом зале.
Как обычно, Селиса, Дебора и Эмма принесли с кухни медовые коврижки, которые специально готовили по распоряжению герцогини, и задержались в дальней части зала, раздавая их налетевшим детям. Изабель же прошла между рядами, на этот раз не размениваясь на разговоры, вышла чуть вперед и остановилась в стороне от толпы так, чтобы не потревожить говорящего старика и не сбить его с мысли, но при этом дать Генриху знать о ее присутствии в зале. Пускай супруг в очередной раз увидит ее среди этих крестьян.

___________________________________________________
Посмотреть профиль
Сообщение  Сб Июн 24 2017, 22:20
Генрих Бьято
герцог Ланс
avatar
Репутация : 245
Очки : 249


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
5


Герцог слушал старого рыцаря с заметным напряжением. Его смуглое, исхудавшее лицо, казалось, еще больше потемнело, а пальцы впились в подлокотники при упоминании о человеке в легатском шлеме. И без того мрачный, он помрачнел еще больше, плотно сжав губы, но терпеливо дослушал до конца, и кивнул.
- Благодарю вас за службу, сэр Логард. Хвала Двенадцати, что страшная участь, постигшая защитников форта, обошла хотя бы вас. Поднимитесь, и примите заслуженный отдых. Буду рад, если вы воспользуетесь моим гостеприимством, дабы отдохнуть от столь тяжелой переделки.

Он оглянулся, ища кого-то, встретился взглядом с супругой, но не мог даже улыбнуться ей, поскольку атмосфера всеобщего напряжения и тревоги этому совсем не благоприятствовала, и лишь усталое выражение благодарности в его глазах могло сейчас быть единственной поддержкой, которую он мог оказать ей при всех. Сегодня должен был быть знаменательный день. День, к которому вела столь долгая и тщательная подготовка, и Изабель, единственная из всех присутствующих посвященная в эту тайну, была ему необходима как воздух.

Однако, искал герцог не жену, и взгляд его скользнул дальше, остановившись на канцлере его двора, и, поманив того, пожилого уже человека, служившего еще его отцу, произнес, указывая ему на старого рыцаря.
- Подготовьте распоряжение о пожаловании сэру Логарду дополнительных пяти фанег земли, двухсот корон и шести стонов янтаря за верную службу. - и обратившись уже к рыцарю, добавил - Увы, преданность невозможно в полной мере вознаградить ни янтарем, ни землей ни золотом, но примите в дополнение к этому - мою искреннюю признательность, и надежду что вы и впредь останетесь верны Лансу. Преданность вассалов - честь для сюзерена.

Когда престарелый рыцарь поднялся с колен, Генрих провел по лицу рукой, словно смахивая паутину. Он, казалось, пребывал в глубокой задумчивости. Напряжение в зале росло. Доклад старого рыцаря казался последней каплей, собравшиеся загудели. Недовольство, подспудно растущее в сердцах этих людей ощущалось в самом воздухе.

Среди собравшихся, Генрих заметил и сына барона Осгарда. Того четыре дня назад доставили в Хайстрен, и все это время молодого человека не выпускали из отведенной ему комнаты, поскольку тот был ранен и лекарь пригрозил привязать его к кровати, за попытку встать. Но сегодня, в очередной раз сменив повязку, и убедившись, что нога заживает, а общее состояние хоть и не идеальное, а тяжелый удар по голове не возымел тяжких последствий, дозволили ему выйти в зал.
- Сэр Говард. - взгляд Генриха обратился к молодому человеку. - Рад видеть, что вам уже лучше. Ваш подвиг позволил спастись десяткам людей, и благодаря вашему отряду, как мне докладывали, пострадало лишь их имущество, тогда как вы с графом Стиллборном остановили натиск норкингов, приняв удар на себя. Но я хотел бы выслушать вас лично.
Посмотреть профиль
Сообщение  Чт Июн 29 2017, 12:31
Говард Осгард

avatar
Репутация : 62
Очки : 113


Здоровье:
50/80  (50/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
6


Пятью днями ранее он чувствовал себя стремительно идущим на поправку, едва ли не героем сказок старо няньки, которому не страшна ни рана, ни сама Безликая. Тяжелый боевой конь уверенно нес его к стенам родного поместья. Будущее казалось не столь уж и страшным, ведь он выжил, несмотря на собственную глупость и самонадеянность… которые в итоге принесли неожиданную финансовую прибыль, значительно упрощавшую набор, тренировку и экипирование нового отряда, в необходимости которого баронству Говард ни на миг не сомневался. То было пять дней назад, днём позже остатки его отряда во весь опор неслись к Хайстрену, единственному месту в Лансе, где обитал по-настоящему опытный лекарь, единственно способный сохранить наследнику Сов жизнь. Четыре дня молодой человек то метался в горячечном бреду, то пытался встать, убедив окружающих, что он уже способен продолжить свой путь. Проклинал упрямо открывающуюся рану на ноге, страдал от жесточайших головных болей, да поминал недобрым словом норкингов, напавших на земли его отца. Четыре дня боролся баронет за собственное будущее, на пятый же был сочтен выздоравливающим настолько, что лекарь внял его мольбам, позволив молодому человеку покинуть отведенные ему покои, дабы немного размяться, да почувствовать себя чуть более живым. Нет, одного его не отпустили, но даже ковылять неторопливо, опираясь на плечо слуги, уже было невероятным удовольствием. Тем более, в замке герцога было на что посмотреть, да и от обилия информации, изрядно разбавленной слухами, голова шла кругом, но весьма приятным.

- Давай-ка пройдемся до большого зала, - голос Говарда пусть и был слаб, как и сам баронет, но не допускал возражений, тем более от какого-то слуги, годного лишь служить молодому рыцарю опорой. – И не беги так, паршивец, иначе рана опять начнет кровить и меня вновь заставят валяться в постели, словно калеку.
Слуга привычно уже смолчал, подстраиваясь под медленный шаг баронета, да провожая того в забитый просителями, беглецами и погорельцами зал. Вопреки обыкновению, здесь было удивительно тихо, лишь герцог вел серьезную беседу с морщинистым старым рыцарем, уцелевшим при атаке на один из фортов, да скользила среди бедноты и попрошаек очередная леди Бьято, отличавшаяся от своей предшественницы редкостной красотой. Да, на неё приятно было смотреть, вот только слишком опасно. Пусть Говард и совершил недавно глупость, едва не приведшую к смерти наследника Осгардов, однако рисковать и разглядывать хозяйку Хайстрена он не собирался, новообретенная жизнь была куда дороже самой красивой из баб… и даже столь изящных леди. Молодой рыцарь поспешно отвел взгляд, скучающе разглядывая пестрое сборище оборванцев, заполонивших просторное помещение, да краем уха отмечая, что разговор герцога со стариком-рыцарем подходит к концу. Теперь нужно сосредоточиться и ждать доклада шального гонца, может тот прояснит ситуацию на побережье, да станет хоть что-то известно про отца и братьев. Боги свидетели, сколько бы Говард не считал себя человеком крайне неприятным, недобрым и уж точно далеким от привычного образа благородного рыцаря, но свою семью он любил искренне и от того боялся услышать о судьбе родных дурные вести. Баргестовы норкинги, если они столь легко разоряли форты на побережье, то предать огню Олнест для них не составило бы труда и…
- Милорд, - шепнул баронету слуга, - милорд герцог…

Баронет дернулся, вскидывая на своего сюзерена удивленный взгляд, и тут же пристыжено опустил глаза, отпуская плечо слуги и направляясь к Генриху Бьято. Рыцарь неловко покачнулся, едва удержавшись, дабы не сморщиться от боли, но выполнил церемониальное приветствие почти неукоснительно, перенеся вес тела на здоровую ногу, жестом веля слуге даже не приближаться.
- Мой герцог, - не поднимая головы, поспешил ответить молодой человек, - для меня большая честь, стать гостем в вашем доме. Видят Боги, я благодарен вам за приют и лечение, ваш лекарь спас мою никчемную жизнь, а ваши слова – лучше всякого бальзама на рану. Однако я не достоин вашей похвалы, мой господин! Мне стыдно это признать, но норкинги разбили нас. Они напали неожиданно, но столь ловко, что часовые просто не успели поднять тревогу. Да и действовали нападавшие методично, напоминая более обученную армию, нежели шайку морских разбойников. Милорд, они ловко внесли сумятицу, заставив местных на некоторое время отвлечь нас криками, да запалили для усиления эффекта несколько домов. Сами же они поначалу держались в тени, не атакуя, лишь усиливая панику среди местных и солдат, да не позволяли узнать их численность, а потом они били. И тут уж, милорд герцог, их не спутать ни с кем. Прежде я не видел норкингов в бою, но теперь знаю, что это… людей Стиллборна снесли, мои сбились в плотную группу и потому устояли, когда нас атаковали с трех сторон.
Баронет резко замолчал, не смея не только подняться, хотя боль в ноге не давала расслабиться и позабыть о ране, но и просто поднять глаза на своего сюзерена. Вздохнул, делая над собой усилие, но заставил себя продолжить, ведь сам Бьято велел говорить.
- А затем я, вместо того, чтоб скомандовать отступление, нарушил строй, чем всё и погубил. Я попытался, не знаю, погеройствовать, вытащить Стиллборна, но тем самым отправил в Бездну весь свой отряд.
Лишь после этих, столь тяжело давшихся ему слов, Говард поднял, наконец, взгляд на герцога.
- Подвиг совершили мои люди, милорд, не я.
Посмотреть профиль
Сообщение  Чт Июн 29 2017, 21:37
Генрих Бьято
герцог Ланс
avatar
Репутация : 245
Очки : 249


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
7


Герцог Бьято слушал, мрачно сдвинув брови, и стиснув истончившиеся пальцы на подлокотниках кресла. Толпа, заполнявшая зал, то притихала, то разражалась возмущенными воплями в адрес норкингов, а когда молодой человек умолк, по залу пронесся протяжный стон. Слышались женские всхлипывания.
- Вы спасли графа Стиллборна - наконец, вполголоса произнес герцог. - Вы, и ваши люди - хоть и не солдаты королевской службы, чьим прямым долгом является защита берегов - рисковали и жертвовали жизнями, ради того, чтобы защитить жителей. Ваш героизм спас десятки мужчин, женщин, стариков и детей от жуткой участи. Не будь вас - эти люди погибли бы, вместе со своей деревней, пока дождались бы помощи от ближайшего форта.
- Да толку от этих фортов! - не выдержал кто-то из толпы, и возмущенный крик повис в воздухе. Генрих глянул в том направлении, и кричавший, стушевавшись, спрятался за спинами других, опасаясь, что сейчас ему достанется за неуместный выкрик, прервавший речь герцога. Однако, Бьято не проронил ни слова, более того, по плотно сжатым, бледным губам, казалось промелькнула едва-едва заметная тень удовлетворенной улыбки.
Было отчего удовлетвориться. Сознанием того, что он все же угадал. Угадал и предвидел. И развитие событий, и каждое слово, выговариваемое им вслух - имели очень важное и целевое значение. И сейчас, два, казалось бы, незначительных упоминания о королевской армии - были семенами, словно бы невзначай брошенными в умы людей. И, судя по этому выкрику - первые всходы были не за горами.
- Я благодарю вас, сэр Говард. От лица всего Ланса, от имени всех тех людей, которых вы спасли. Примите мое гостеприимство до вашего полного выздоровления, а потом - я надеюсь и впредь на столь же верную службу, и не останусь в долгу. Семьям погибших будет выплачена щедрая награда, и, хотя это слишком мало, чтобы восполнить потерю, память об их героизме и благодарность множества людей будет хранить их души за Порогом, и прославит их самопожертвование в нашей истории.
Кивком головы он завершил речь, и обратил взгляд к следующему.
Герцог выслушивал еще многих. Представителей отрядов, разосланных им по всему побережью, посланных от деревень, и от фортов. Картина вырисовывалась весьма неоднозначная.
Нападения происходили по всему берегу. Аар, разделивший печальную участь форта Ллай, был лишь одним из нескольких страшных поражений. Форт Болотный, форт Узкий, форт Ралстен - перестали существовать. Уцелевшие, израненые, оборванные посланцы каждого из них, рассказывали одно и то же - организованное, массированное нападение несоразмерно превышающих по численности сил норкингов, и небывалую точность их стратегии. Они словно заранее знали все мало-мальски уязвимые места, знали распорядок дня и точное количество сил в каждом из фортов. Нападали то с моря, то с суши, используя разные хитрости, всегда, неизменно маскируясь под своих же, королевских солдат, и безжалостно уничтожали весь гарнизон. Везде фигурировала и фигура высокого человека в шлеме с черным гребнем, известном всему Кэйранду шлеме легата армии принца Астера.
В зале нарастал ропот. Что это такое, где это видано, чтобы двадцать дней по всему берегу свирепствовала настоящая бойня среди королевских солдат, и никаких попыток прекратить это хваленая армия Кэйранда не предпринимала. Более того - не было никаких вестей из столицы. Аллантар словно бы и не ведал о том, что побережье Ланса объято огнем, хотя герцог не раз говорил, что слал извещения королю и главнокомандующему армией.
На фоне всеобщего недовольства действиями властей - жители деревень видели другое. А именно - что не королевские, но герцогские отряды, и отряды местных аристократов по-настоящему защищают их. Горели деревни, но повсюду, в Синем Хвосте, в Осине, в Соленом Доле, в Лариле, в Тарсе - отряды эти принимали на себя удар, и держались до последнего, позволяя жителям убежать. Жертв среди мирного населения почти не бывало, и герцог за свой счет восстанавливал разрушенные деревни. Все яснее и яснее становилось, что именно власть и аристократия Ланса пекутся о жителях, тогда как королевские войска не только оказались бесполезны, но и откровенно безучастны к их участи. Ропот все нарастал и нарастал.
Наконец, выслушав последнего на сегодня гонца, едва переводившего дух, только что примчавшегося из деревни Алый Лес - измученного, забрызганного грязью, но торжествующего, поведавшего о том, что нападение одного драккара и сотни норкингов отбито герцогским отрядом, под предводительством барона Лойсса. Деревня уцелела, а норкинги, понеся большие потери, едва успели унести ноги, оставив на берегу почти сорок трупов.
Победа! Первая победа за почти месяц непрерывных поражений исторгла торжествующий вопль из сотен глоток разом.
Люди как сошли с ума. Кричали, аплодировали, топали ногами, многие плакали. Даже бледное лицо герцога порозовело, а поверхностное дыхание еще более участилось, когда он обводил взглядом охваченный порывом торжества зал, и людей в нем.
Вот он! Долгожданный перелом в цепи бедствий. И осуществили его не королевские войска, а свои, ланские, герцогские, баронские, исконных жителей этих земель, которые наконец-то собрались, и отныне не дадут никого в обиду!
Герцог медленно поднял руку, прося тишины, и обратился к собравшимся.
- Друзья мои. Я разделяю вашу радость. Но, прошу вас, но мне трудно услышать всех вас разом.
Тихий голос и извиняющаяся, усталая улыбка, заставила и остальных заулыбаться. Герцог сейчас казался не повелителем земель, а словно бы все они были одной единой шумной семьей, в которой отец, ничего не разбирающий в гомоне детей просит их говорить поразборчивее и по одному. Гвалт утих, а взгляд Генриха скользнул по толпе и уперся в Осгарда.
- Сэр Говард. Что скажете о том, что вы услышали сегодня? О всех новостях, собранных вместе?

Посмотреть профиль
Сообщение  Сб Июл 08 2017, 14:44
Говард Осгард

avatar
Репутация : 62
Очки : 113


Здоровье:
50/80  (50/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
8


И всё-таки толпа реагировала слишком бурно. Ожидая вердикта своего сюзерена, не смея ни выпрямиться, хоть нога и болела нещадно, порой заставляя окружающий мир темнеть в глазах молодого баронета, ни даже пошевелиться, Говард прикладывал все свои душевные силы, чтоб сохранить на лице выражение покоя и сосредоточенности, не допуская до чужого взгляда обуревавшие его чувства. Но, видит Дюжина, он был зол. О, как же раздражали его выкрики, охи и стоны босоногого крестьянства.
«Великие Боги, как же мне хочется заткнуть каждому из вас глотку, поглубже запихнув ту грязь, ту землю, что забивала горло моих бойцов, мешая им дышать и жить. Паршивые трусы, вы только и можете, что поносить своих защитников, да кичиться собственной отвагой, но ни один из вас, поганцев, не взялся за вилы и не пошел на норкингов! Мы умирали и умираем, вы жируете на герцогских харчах под защитой крепких стен Хайстрена!»
Отчаянно борясь с душившей его злостью, Говард едва не пропустил слов лорда Бьято, обращенных к нему. Но заслышав их, не сумел скрыть своего удивления и, даже более того, охватившего его душу смущения.
- Милорд герцог, - баронет склонил голову, выражая признательность владыке Ланса, - ваши слова – лучшая для меня награда, но ваше обещание помочь семьям моих людей, погибших при обороне деревни, лучшее проявление мудрости господина, за которого каждый из нас готов умереть!
Красивые слова, да только люди не интересовали наследника Ланских Сов, как и желания умирать, даже если и за герцога, у мужчины не возникало. Но Бьято не обязательно знать всё, что скрыто в чертогах разума скромного баронета. Хотя это не значило, что молодой человек не держал ранее данного им слова и не был верен клятве своему господину, просто он надеялся умереть от старости в собственной постели, к чему и стремился, изредка допуская ошибки.
- С благодарностью, господин, я принимаю вашу помощь, для меня большая честь лечить раны в стенах Хайстрена! – подытожил Говард, понимая, что его аудиенция у геруога закончена и следует вернуться в тень… вот только самостоятельно встать не удавалось.
Мысленно выругавшись, наследник барона Осгард жестом подозвал расторопного слугу, приставленного к нему ранее и, лишь с его помощью, сумел выпрямиться. Счастье, что герцог переключил свое внимание на нового гонца, едва ли отметив состояние баронета. Опершись на подставленное плечо, Говард поспешил отойти в сторону, дабы продолжать узнавать последние новости, но уже не обращая на себя внимание. Каждый гонец, что появлялся перед Генрихом Бьято, заставлял его вздрагивать и обращаться в слух, опасаясь услышать горькие вести. Но, Боги миловали, все доклады касались деревень и фортов, никто не упомянул о полыхающих замках и вырезанных семьях.
«Значит, Олнест еще стоит и с родными всё в порядке!», - мысленно ликовал Говард, искренне улыбаясь, когда окружающие радовались вести о первой победе. Но, в Бездну чужую победу, когда его семья не пострадала!
Впрочем, пробыть в тени долго не удалось, мужчина вздрогнул и удивленно воззрился на вновь обратившегося к нему аристократа. И тут же стушевался, возвращая лицу выражение смущенной покорности, вполне к тому же искренней.
- Милорда интересует моё мнение? – недоверчиво переспросил он, но тут же стушевался, спеша ответить. – Едва ли мои слова будут иметь хоть какое-то значение, но я вижу, что это не рядовой набег. Норкинги действуют организованно, методично уничтожая оборону Ланса, превращая прибрежные деревни в пепелище и, без жалости, вырезая любое сопротивление. Они разбивают наши силы, когда те разобщены и неспособны сгруппироваться для отпора. И они всегда бьют наверняка, быстро и точно. Они ослабляют Ланс, мой герцог, так мне видится.
Баронет замолчал, хмурясь, да раздумывая над тяготившими его мыслями, озвучить которые не решился бы, не спроси герцог его мнения.
- Иногда мне кажется, - неуверенно начал он, - что это лишь первая ступень в каком-то плане, за которой может последовать нечто более страшное. Массированный удар или вроде того. Я вижу, что герцогство ослаблено, люди испуганы, тренированные солдаты вырезаны, и теперь угрозу любому агрессору составит лишь наспех сформированное ополчение, плохо обученное и практически не экипированное, такое без особых затруднений сметет любая армия. Небольшие отряды графов и баронов также измотаны и понесли потери, а значит, серьезной угрозы теперь не представляют…
Тут Осгард вскинул на герцога взгляд, в котором явственно читалась тревога.
- Будь я врагом Ланса, я бы оттянул силы герцогства к побережью, разбивая их и сея панику, а потом бы атаковал, но не точечно, как прежде, а всеми имеющимися силами, когда противник ослаблен… как мы сейчас. Всё слишком продуманно, мой герцог и, боюсь, нас может ждать сокрушительный по своей силе удар. Не норкинги организовали атаку, нет, за всем стоит куда более мудрая голова.
Посмотреть профиль
Сообщение  Вт Июл 11 2017, 17:47
Незнакомец

avatar
Репутация : 234
Очки : 420


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 3)
9


- Верно говорит! - стукнул кулаком по бронзовому, гравированному наплечнику рослый рыцарь, в плаще, на котором черный ястреб Ланса на янтарно-белом поле, соседствовал с парой обращенных друг к другу головами змей, составлявшими застежку - герб его дома, слишком незначительного, чтобы иметь титул, однако же, посвященный по всем правилам, и находившийся на службе у барона Вастера. - Ваша Светлость, это больше не должно так продолжаться. Королевская армия не защищает нас! Все эти форты вдоль берегов - где хваленая выучка воинов Дракона? За месяц их перебили до нескольких сотен. Либо враг очень хорошо знал все уязвимые места фортов, либо форты намеренно были укомплектованы каким-то отребьем, не умеющим держать меча, так, чтобы пали при первом же щелчке! При этом - наши, ланские отряды сумели сделать то, чего не смогли они - уберечь людей. А люди Лойсса и вовсе разбили их и погнали назад в море! Мы! Не воины короля!!! 
Рыцарь выпалил это единым духом, и только теперь осекся, как ужаленый, сообразив, что говорит, и главное - что говорит без дозволения. Но, поскольку герцог не спешил его прерывать, он загремел дальше, словно бы желая напором придать больше веса своим словам.
- Если Осгард прав, если это намеренная, спланированная кем-то акция, чтобы оттянуть силы Ланса, заметьте, мой герцог, не королевские, ибо они почти не оказали сопротивления, а именно Ланса, ваши, милорд, силы  - к побережью, тем самым оголив наши северные границы с Астером и Эламеной, то пресловутого удара мы можем ждать... откуда? С севера?! Из Астера! Со стороны короля?! 
- Да ну, бред - буркнул седой, сухопарый, но все еще державшийся прямо, и с достоинством носивший доспехи, воин, в цветах графства Оршир. - С какой стати королю нападать на нас?
- А с какой стати он нам не помогает?! - взорвался рыцарь Вастера - За месяц легат армии мог прислать к нам одну, две, три леркары и укрепить берег! Весь смысл этих "фортов" - именно в этом. Что же он нам не отвечает? Почему не бросается защищать земли, которые вопиют о помощи? Это ясно как день, господа! Аллантару нет дела до наших проблем! Нас оставили одних. Намеренно! 
Поднялся гвалт, в котором не было слышно возражений, напротив - оратора явно поддерживали. Тот факт, что королевские силы оказались бессильны, а Ланские - одержали победу, притом что помощи от короля не пришло никакой - не прошел незамеченным, и давно уже муссировался в умах, и сейчас, когда первый камешек был сдвинут - лавина загремела вниз, как падающими камнями грохоча недовольными возгласами.
Посмотреть профиль
Сообщение  Сб Июл 15 2017, 22:08
Генрих Бьято
герцог Ланс
avatar
Репутация : 245
Очки : 249


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
10


Слушая сэра Говарда, герцог Ланс все крепче стискивал руки на подлокотниках кресла. Его оливково-смуглое лицо под конец его речи, казалось, пепельно-серым, на лбу выступили мелкие бисеринки пота. Кто мог знать - что так глубоко потрясло его - умозаключения ли молодого рыцаря, наводившие на жуткие мысли о тотальном сговоре, и опасности со стороны внутренних границ - а значит, и от короля, или же причиной были иные переживания, либо он попросту плохо себя чувствовал, но ни единым жестом или словом лорд Бьято не прервал вспыхнувшую в зале полемику, не попытался обуздать волнение и почти откровенно крамольные речи своих вассалов. Возможно ли, что потому что сам думал о том же? Кто знает.
Но лишь тогда, когда гвалт разразился всеобщий, и уже не было понятно кто что говорит, он поднял руку, в знак того, что просит тишины. 
Тишина воцарилась не сразу, расползлась от центра к краям, поползла по толпе меж колонн до самых краев зала, то и дело поначалу прерывалась легким гулом шушуканья, и, наконец, повисла окончательная, глубокая, внимательная, как будто в огромном зале не было ни души.
Генрих бросил долгий взгляд на жену, словно бы черпая в ее глазах свое мужество, и, крепко опершись о подлокотники, медленно, тяжело поднялся на ноги, обводя взглядом собравшихся.
- Итак... - начал он вполголоса, но даже стоявшие позади всех, четко и отчетливо слышали его в тишине. - Милорды и миледи... друзья мои... Через месяц будет ровно семь лет, с тех пор, как последний король Ланса склонил колено перед троном Авенморов. После той тяжелой, страшной войны, которую все мы помним, когда лишь армия короля смогла одолеть и изгнать логрийцев, все мы жили в покое, полагаясь на доблесть королевских воинов. Вассальная присяга, которую принес мой отец, обязывала не только его к верности и повиновению, но и предписывала сюзерену, королевскому трону Кэйранда, заботиться о мире и неприкосновенности наших границ. С этой целью были выстроены форты, с этой целью почти семь лет на нашей земле находятся королевские войска. И эти семь лет - прошли. Теперь же, наши берега пылают от Лассе до Тиссы, и никто не торопится нам на помощь. Но мы справились. Даже наспех собранное ополчение одержало победу там, где королевские форты оказались бесполезны! Это - сделали мы!
Его слова потонули в одобрительном гуле, и Генрих снова приподнял руку, так и не садясь. Его голос сделался торжественным звучным, так, что многие против своей воли подобрались, точно перед прыжком. У многих от этой особой интонации, по спине прошла дрожь.
- Ланс вопиел о помощи, но помощь не явилась. Тогда Ланс справился сам. Заявляю вам, что отныне и впредь мы сами будем справляться со своими врагами, кем бы они ни были. Я заявляю, что кол скоро сюзерен не выполнил по отношению к нам свои обязательства - я считаю вассальную присягу нарушенной со стороны короны, и объявляю о ее расторжении! И да будет благословение богов над землей независимого Ланса...
Посмотреть профиль
Сообщение  Вс Июл 16 2017, 02:47
Изабель Бьято
Дама пик
avatar
Репутация : 93
Очки : 129


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
11


Взгляд Генриха Изабель встретила своим взглядом – ободряющим, ласковым, выражающим безоговорочную поддержку любых его решений и указаний. Медленно кивнула супругу и кротко улыбнулась, безмолвно показывая, что в этот день она здесь, рядом с ним. Не оставит. По крайней мере, пока Изабель не собиралась оставлять его…
Глядя на герцогиню, никто бы не подумал, насколько неприятно ей сейчас смотреть на Генриха. Изабель видела, как тяжело супругу сдерживать свою усталость, вызванную недугом, и насколько трудно принимать решение, озвучивать его народу. О
Самые прозорливые и внимательные, слушая последовавшую далее речь герцога, могли догадаться к чему он ведет. Если еще недавно за спиной Изабель слышала шепот - люди спорили, обсуждали, кто стоит за нападением норкингов, строили версии, то сейчас и они стихли. В сложившемся военном положении выгораживали Аллантар, Беренгара и его безмордого пса - принца Астера, разве что в силу привычки и непонимания, что именно сейчас Ланс может пойти своим путем, независимым от планов короля Кэйранда и его желаний. Только для этого нужна была смелость и уверенность в собственной правоте. Уверенность сюзерена, которую он сумеет вселить и в своих вассалов. Уверенность, которую Изабель последние месяцы старательно взращивала в уме своего супруга.
А люди…
Те, кто действительно верны Генриху Бьято (а таких в Лансе было преобладающее большинство) пойдут за своим сюзереном. Бывшим герцогом, а теперь же, после объявления Генрихом своего решения - королем Ланса!
Да, все шло именно к этому…
Слова герцога об объявлении независимости хоть и расслышал каждый в большом зале, но дошли до умов подданных они не сразу. Повисла напряженная тишина. Изабель не нужно было поворачиваться к людям лицом, чтобы почувствовать их изумление, удивление и страх перед новым будущим Ланса и его жителей. На несколько секунд, находясь в пиршественном зале полном людей, герцогиня почувствовала себя, словно в каменном склепе.
Люди молчали. Секунды тянулись бесконечно долго, приближая счет времени уже к минутам.Но герцогине было наплевать на мнение окружающих. Генрих сделал то, о чем она мечтала долгие годы. С этого момента и отныне она - Изабель Бьято - королева Ланса! Пришлось приложить немалое усилие, чтобы ее одобрительная улыбка не переросла в надменную победную усмешку.

___________________________________________________
Посмотреть профиль
Сообщение  Вт Июл 25 2017, 07:59
Генрих Бьято
герцог Ланс
avatar
Репутация : 245
Очки : 249


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
12


Мало кто мог сказать по торжественному и бесконечно уверенному голосу герцога - насколько при этом трепетала его душа. Потому, что этот шаг, в отличие от всех предыдущих, предпринятых с самого начала осени, был решающим. Необратимым. И открытым.
Ох, редко когда Генрих Бьято вступал в бой с открытым забралом. Проще сказать - никогда. Куда как проще - манипулировать людьми, предугадывать их действия, и подстраивать события так, чтобы побеждать без боя. В этом искусстве он был великим мастером, и, изо всех собравшихся, лишь Изабель знала - какая долгая подготовка предшествовала этому дню, какое бесчисленное количество средств, усилий и тайных переговоров, планов, шаг за шагом подготовивших сегодняшнее, знаменательное события, и долженствовавших обеспечить удачу и после.
И все равно он трепетал, и едва не задыхался от колотившегося где-то в горле сердца.
Шаг в открытую.
Необратимый. Который отныне должен был привести либо к окончательной победе, либо знаменовать собой полный крах всего, что было ему дорого. И, хотя казалось - все предусмотрено, он знал, что каким бы ни был безупречным план, сколь бы предусмотрительны бы ни были принятые на будущее меры - обстоятельства всегда могут подкинуть неожиданный сюрприз, и какое-нибудь нелепое, непредусмотренное событие, может разом смешать все кости и повернуть всю затеянную им рискованную игру острием на него самого.
Знал.
Лишь Торну-отцу ведомо, каких усилий стоило ему не допустить, чтобы хоть в малейшей степени дрогнул голос, и хоть малейшее нервное движение смазало картину его уверенного и величавого заявления.
Получилось.
И, хотя после его слов в зале воцарилась гробовая тишина, в которой он, казалось, слышал, как ошарашенно мечутся мысли в головах шокированных его словами слушателей, и, хотя несколько этих гнетущих мгновений, подобных тем, когда брошенные кости еще катятся по столу, и замирают на невесомой грани между единицей и шестеркой, и боишься вздохнуть, чтобы кость упала в нужном положении, наконец, все же, случилось то, на что он так надеялся.

Кто-то из дальних рядов одобрительно воскликнул: "Да!"
Плечистый мужчина в темно-зеленой шерстяной котте, в первом ряду, слева, вскинул голову, и в его глазах полыхнула торжествующая гордость, когда он гаркнул на весь зал "Вот это дело!" поддержанный целым хором стражников, которые обычно никогда не позволяли себе вмешиваться, но сейчас, обуреваемые злобой на бездействие королевской армии и гордостью за смелый шаг герцога, к которому посчитали причастными и себя, и теперь загудели довольно, хоть и вразнобой, зато громко "Дело, а не слово!" "Так поступают Бьято!"
Волна воодушевления прокатилась по залу, не зацепив лишь нескольких, угрюмо, недоуменно, или настороженно молчавших людей, все разрастаясь и крепчая, и, наконец, оглушительное многоголосье грянуло с силой громового раската
"Да здравствует Ланс!!!"

Генрих поневоле схватился за грудь - от этого рева голосов, рева, в котором, казалось ему, просыпается уснувший Ланс, и слышится эхо одобрительных голосов целой династии Ланских королей, у него закружилась голова, вмиг ослабели ноги, а сердце рванулось прочь, заходясь в бешеном ритме, так, что он не мог сделать ни единого вдоха, и неведомо каким чудом он не рухнул ничком в этот же миг, сраженный ошеломляющей силой этого, так долго подготавливаемого, такого хрупкого, но такого оглушительного триумфа.
И мыслью, что кости брошены.
Брошены. Ничто не вернет их обратно.
Его взгляд снова встретился с глазами жены, и он протянул ей руку, прося подойти.
Никто этого не заметил. Толпа, заводящая сама себя одобрительными криками, уже гудела так, что своды зала сотрясались, слышались воинственные кличи, приветственные возгласы, торжествующий хохот, кто-то требовал принести вина, кто-то требовал немедленно доставить сюда янтарную корону Ланса, большинство голосов сливались и разрастались все больше и больше.
Генрих стиснул руку жены, как последнюю в своей жизни опору, ибо на той тропе, куда он ступил, другой не было и быть не могло.
Схватка с судьбой началась.  

- Эпизод завершен -
Посмотреть профиль
Сообщение  Пт Ноя 17 2017, 22:10
Спонсируемый контент

 
13


Сообщение  
 
25.12.1253. Взовьется янтарный стяг, и воспарит к небесам черный ястреб Ланса.
Предыдущая тема Следующая тема  Вернуться к началу 
Страница 1 из 1

Хроники Кэйранда  :: Скрипит перо, оплывает свеча... :: Шаги истории +
Перейти:  

LYL Зефир, помощь ролевым White PR photoshop: Renaissance


Рейнс: Новая империя. Политика, войны, загадки прошлого Солнце встанет, когда ты будешь чист разумом. РИ 1812: противостояние Borgia .:XVII siecle:.
Игра Престолов. С самого начала Francophonie Разлом War & Peace: Witnesses to Glory Айлей
ВЕДЬМАК: Тень Предназначения Supernatural Бесконечное путешествие Белидес

Мы ВКонтакте

LYL