ФорумМир Кэйранда. МатчастьСобытияКарта мираКалендарьГалереяПоискПользователиГруппыРегистрацияВходPR-вход

Хроники Кэйранда  :: Башня летописца :: Хроники былых времен
 

 01.11.1253, И с рассветом пришло безумие... 

Предыдущая тема  Следующая тема  Перейти вниз 
Автор Сообщение
Эйнн Арден
Дочь вереска
avatar
Репутация : 276
Очки : 525


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
1






Дата, время:
1.11.1253/На рассвете
Место действия:
Тераден, Айтстоун и его окрестности
Участники:
- Кайд (нпс)
- Сафир (нпс)
- Эйнн Арден, дочь графа Тераден
Предыстория/суть темы: Задержка графа Ардена взволновала не только его дочь, но и весь замок. И виной тому, стал чёрный ворон, что считается вестником смерти, просидевший на замковом шпиле до самого заката. Двое охранников решают отправиться графу навстречу.



___________________________________________________
За все я вас благодарю...

Посмотреть профиль
Сообщение  Вс Апр 23 2017, 21:51
Незнакомец

avatar
Репутация : 234
Очки : 420


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
2


Под копытами коней мягко проминалась отсыревшая в ночном тумане земля. Два всадника выехавшие из ворот Айтстоуна, едва лишь забрезжил рассвет, пересекли пустоши, и начали спускаться по склону, по дороге, пролегавшей среди облетевшего, все еще окутанного полупрозрачной дымкой леса.
Ехали молча. О чем думал Сафир, Кайд не знал. Какое там. Он даже не знал, о чем думал он сам. В голове странно теснились и невнятное беспокойство, и досада, и неловкость. "Ну вот. Едем. Отыскивать. А вдруг, граф возьмет да сам сейчас навстречу покажется, ну подумаешь, может переночевал где по дороге. Да хоть в бордель зашел. А тут мы. Два идиота-паникера, искать поехали. "- он невнятно пытался раздумывать, искать какие-то предлоги, объяснения, заранее прикидывал вопросы, которых, впрочем, граф скорее всего ему не задаст, и объяснения, которых навряд ли кто с него потребует. И чем дольше ехали, тем неуютнее ему становилось. С одной стороны от ощущения, что занимается он полной дурью, а с другой - подспудной, неосязаемой, но навязчивой тревогой, которая, сколько не отметай ее голосом разума - то мучает все сильнее, то притухает как бы сама собой.
Спустя четверть часа спуска, лошади остановились. Поперек дороги лежало здоровенное дерево.
- Это еще что? - нахмурился Кайд.
- Дерево. - резонно "объяснил" Сафир, невозмутимо оглядывавшийся по сторонам.
- Сам вижу! - Кайд огрызнулся- Чего оно тут делает? Ветров сильных в последние дни не бывало, такого исполина повалить.
Вместо ответа, следопыт спешился, вручил поводя своего коня Кайду, оперся руками о поваленный ствол, и легко перелез на другую сторону, пригнувшись, чтобы пробраться под толстой веткой.
- А тут следы - сообщил он, наконец, когда осмотрелся, и наклонился к земле. Дождя с вечера не было, но сыреющая к ночи земля сохранила отпечатки копыт достаточно четко, чтобы он мог легко определить, и не оборачиваясь, прокричать Кайду - Две лошади. Подъехали сюда. Немного потоптались. Потом развернулись и пошли назад.
Кайд только что-то проворчал, решив дождаться товарища по ту сторону, как вдруг, Сафир, еще сильнее наклонившись, вдруг вздрогнул, выпрямился, и поглядел на него.
- Одна из них это лошадь Бранна!
- Чего? - воин вскинул бровь, подавшись вперед - С чего ты взял.
- Да след тут четкий. На подкове левого заднего копыта не хватает двух гвоздей. Их у него уже с месяц не хватает, я ему несколько раз уже говорил, что мерина перековывать пора.
- Вот как?. - Кайд посветлел лицом. Выходит, граф с Бранном таки приехали. Доехали до дерева и поехали в обход. Что ж, добрая новость. Значит, они попросту разминулись, и лорд Алистер скоро будет дома, приедет по другой дороге и только-то.
Зато Сафир все более мрачнел, изучая следы, то проходя по ним несколько ярдов, то возвращаясь, то оглядываясь назад на дерево, и наконец Кайд не выдержал
- Ну? Чего там? Если они уже доехали до дерева и свернули в обход, то некуда нам больше ехать. Айда, возвращаемся, а потом пришлем кого-то из замка чтобы убрали дерево. Граф уже наверное в замок едет.
Следопыт ответил не сразу, ковырнул след, и задумчиво размял землю в пальцах. Земля была влажной, после ночной сырости, а вот след был не настолько глубок. Если бы лошади прошли здесь ночью, или под утро - то следы на сырой земле отпечатались бы очень глубоко и четко. А так, они были неглубоки, но достаточно четки. Это означало, что оставлены они еще до вечерней росы, которая выпала вскоре после того как всадники проехали здесь. Выпала, и закрепила эти следы такими, какими были оставлены. Лошади прошли здесь не сейчас, и даже не ночью, а самое позднее - вчера вечером. Прошли, но в замок не дошли.
Странно.
Сафир поднялся - хмурый, и задумчивый настолько, что Кайд, уже потягивавшийся при мысли о возвращении домой и хорошем завтраке - враз насторожился. Однако, Сафир поманил его за собой, пробираясь вдоль ствола поваленного дерева. Воин молча спешился, и, ведя лошадей в поводу, пошел по своей стороне. Ствол уходил в подлесок, в густое переплетение колючих кустов, с которыми меч Кайда справился быстро, и наконец, оба, каждый по своей стороны, дошли до места сруба, и Сафир провел по нему ладонью.
- Дерево не буря повалила. Это человек срубил. И не лесоруб, никто из них в здравом уме не повалит такого великана лишь для того, чтобы оставить его гнить посреди дороги. И не один человек. Места разрубов противоположны друг другу. Тут поработал не один топор.
От услышанного Кайд нахмурился. Вывод напрашивался только один.
- Если не лесорубы, и не буря, тогда... кто? Кому-то было надо перекрыть дорогу из замка?
- Или в замок - глухо продолжил Сафир, оглянувшись обратно на дорогу. - Обведи лошадей вокруг ствола, Кайд. Поедем дальше по этим следам. Не нравится мне все это.
И, впервые в жизни Кайд, который как-то уже по сложившейся традиции считался старшим из всей четверки, и обычно именно он отдавал распоряжения - оказался на позиции подчиненного, причем нимало тому не возражая. Напротив. Неопределенная тревога становилась все сильнее, не обретая, при этом хоть сколько-нибудь оформленного лица, и это выматывало. И если умение Сафира читать следы в этом поможет...
Когда Кайд, объехав поваленный ствол дважды продравшись через густой подлесок, догнал Сафира, тот уже прошел по следам двух лошадей достаточно далеко, и дошел как раз до поперечной тропы, соединявшей новую дорогу со старой, поперек лесного массива, как поперечина руны Н.
Следы сворачивали сюда.
Не говоря ни слова - он, дождавшись Кайда, сделал ему знак следовать за собой, и углубился в эту тропу, не отрывая глаз от земли. Притихший, настороженный воин шел следом.
Идти пришлось с четверть часа. Но садиться верхом Сафир не хотел, чтобы не пропустить чего-то важного. Наконец, деревья расступились, открывая небольшую полянку, посреди которой рос могучий клен, оба вышли на нее, и спустя несколько мгновений, у обоих вырвался одновременный вопль.
- Бранн!
Не узнать дюжую фигуру потомка норкингов, который лежал на боку, спиной к ним, было невозможно. Светлые, почти белые волосы и сине-белый плащ были достаточно красноречивы.
На их вопль из-за тела высунулась перемазанная чем-то красным лисья морда, и через мгновение, две лисицы, высоко держа распушившиеся хвосты, брызнули через пол-поляны в лес, подальше от людей.
Хватило доли мгновения обоим, подскочить к телу, перевернуть его на спину, вздрогнув от прикосновения к холодному, одеревеневшему трупу, и едва хватило обоим выдержки, чтобы не закричать, при виде полуприкрытых мертвых глаз, и шеи, на которой уже невозможно было разобрать круглого следа от стрелы. Лисицы приступили к лакомству, решив начать как раз с краев раны, и теперь, горло несчастного было проедено до самых хрящей, явив отверстый провал, с краев которого свисали еще неопрятные лохмы мертвого мяса.
- Боги! - выдохнул Кайд, опускаясь на колени, и прикасаясь к неподвижному лицу. Сафир же согнулся пополам, держась за живот, который скрутило в нервном позыве к рвоте, больше напоминавшем колику. Открытие ошеломило обоих настолько, что сейчас трезво размышлять о причинах его гибели было невозможно. Потом. Потом. Когда мысли придут в порядок, и можно будет попытаться задуматься. Но сейчас не получалось.
Как в ступоре смотрели оба на убитого. Двадцать пять лет он был товарищем им обоим. А теперь... превратился вот в это.
Это невозможно было осознать. И следующая, вполне логичная мысль пришла им в головы далеко не сразу. А, возможно, пришла бы еще позже, да только Сафир, отвернувшийся от тела, выпрямляясь, наконец, увидел в центре площадки, у самого дерева, скрытое за стволом...
Язык примерз к глотке.
- Кайд... - деревянным голосом вымолвил он наконец.
Воин поднял голову. Он был бледен, казался огорошенным, но неживые нотки в голосе товарища, заставили его вздрогнуть. Обернуться, и...
- Боги!
Этого не могло быть. Этого не должно было быть. Это было что-то неправильное, этого не могло и не должно случиться - твердил он себе, не веря, не желая верить своим глазам, когда поднялся, и заставил себя шагнуть к дереву. К сапогу, ноге и краю плаща, которые увидел с прежнего места.
Он не хотел видеть, что там будет.
Но увидел.
Алистер лежал навзничь под деревом. На его груди восседали три ворона, повидимому честно поделившие добычу между собой и лисами. Распахнувшийся плащ открывал растерзанную клювами котту и рубаху. Птицы успели знатно попировать, расклевывая раны.
Они улетели, тяжело, недовольно, каркая, словно ругая людей, нарушивших их приятный завтрак.
Ни Кайд ни Сафир не обратили на них ни малейшего внимания. Кайд рухнул на колени так, словно ему подрубили ноги. Сафир сполз, придерживаясь за ствол, тоже не держась на ногах. Они смотрели. Смотрели и не верили.
Лицо графа казалось спокойным, глаза были закрыты. Он походил на спящего, если бы не страшная, холодная окоченелость, сковавшая все его тело, и видимая даже невооруженным глазом. Собственно они и не заставили бы сейчас себя к нему прикоснуться. Граф Арден был мертв.
Это было единственным, непонятным, страшным, кошмарным, что они воспринимали в эту секунду. И секунда длилась. Длилась. Длилась бесконечно.
Прошло, наверное, не менее получаса, прежде чем Кайд, наконец, сумел поднять голову. Сафир сидел на пятках, скорчившись вперед, и закрыв лицо руками.
- Поезжай.... - голос был чужим, хриплым, и почти неслышным. - Приведи... телегу... из замка....
Нельзя их осталвлять . тут.
Он мог бы еще много сказать. И когда-нибудь скажет. Только не сейчас, когда он словно одеревенел, и одеревенела даже сама душа. нерешаясь поверить в происшедшее. Он почти не слышал, как, едва шевелясь, поднялся, отошел к лошадям, и уехал с поляны Сафир, по старойдороге. И вообще больше не видел, и не слышал. Потому что смотрел на застывшее лицо графа в ошеломлении, в котором не оставалось места ничему иному. Даже мыслям.
Мысли будут, будут разные, о прошлом, настоящем, и о будущем, и будут как это не постыдно, даже слезы. Но - потом.



-
Посмотреть профиль
Сообщение  Пн Апр 24 2017, 11:39
Эйнн Арден
Дочь вереска
avatar
Репутация : 276
Очки : 525


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
3


- Госпожа... там... Сафир вернулся. - как-то уж слишком неуверенно произнесла вошедшая в покои Маккенна. Но едва выглянувшая из-под одеяла, заспанная Эйнн не обратила ни на голос, ни на явно взволнованный вид служанки никакого внимания. Накрывшись покрывалом с головой и что-то проворчав, Эйнн, тем не менее, почти тут же его откинула и мигом слетела с постели, сбросив покрывала и простыни на пол. Холодные каменные плиты обжигали босые ступни, и она поспешила натянуть стоявшие у кровати туфли из мягкой оленьей кожи. Пробежав мимо застывшей в дверях служанки, опустилась на колени перед сундуками и открыв ближайший, принялась переворачивать и вываливать на пол его содержимое.
“Отец, отец вернулся!” Радовалась про себя девушка, желая и сегодня опередить его, и первой оказаться в обеденной зале. “А про ворона, глупость…” Мысль оборвалась так внезапно, что Эйнн замерла, посреди разбросанных вещей, сжимая в руках теплую шерстяную шаль, что только что выудила из сундука.
- Сафир? Но с отцом поехал Бранн…
Она подняла на служанку обиженный и разочарованный взгляд. Зачем ей Сафир, мало ли, куда он ездил, а она-то уже обрадовалась. Эйнн посмотрела в окно. Солнце едва забрезжило на горизонте, самый рассвет, а её поднимают по такому пустяку.
- Он телегу берет…
- Да зачем ты мне это говоришь? Мало ли что он задумал, какая мне…
- Кайд и Сафир графу навстречу отправились, - продолжила Маккенна, - мне Родри ночь...утром рассказал. - залилась краской служанка. - А вернулся только Сафир и теле…
- Да что ты заладила, телега, телега. - оборвала девушку раздосадованная Эйнн. - Где граф?
В висках стучало, а внутри все её естество скрутило волнением так, что Эйнн несколько раз судорожно вздохнула. У неё сложилось впечатление, что она чего-то не знает или не догадывается о чем-то. Вот чего Маккенна на неё так глядит?... “Ну Сафир, ну, телега. Кайд и Сафир поехали встречать отца, так,  а почему тогда вернулся только один Сафир, а где остальные?!”
Волна страха, необъяснимого страха накрыла Эйнн, и, как была, в одной камизе она бросилась прочь из комнаты, толкнув дверь с такой силой, что та, распахнувшись настежь, ударилась о стену, заставив замок содрогнуться от гулкого эха, разнесшегося по коридорам. Сбежала по лестнице вниз, выбежала во двор. Морозный ветер принялся нещадно трепать подол белоснежной камизы и тёмные, распущенные волосы.
- Сафи-ир!
Охранник стоял к ней спиной, рядом с запряженной телегой, собираясь было оседлать свою лошадь и тронуться в путь.
- Сафир! Где отец! Где Кайд? Зачем тебе телега? Что… - и тут он обернулся. Медленно повернул голову. Всегда уверенный в себе, с неизменной хитринкой во взгляде и готовыми колкими шуточками, сейчас, он, поникший, с потухшим взглядом, заставил Эйнн замолчать на полуслове.
- Эйнн… - из-за телеги вышел Родри, такой же понурый, серый лицом. - Идите в замок.
- Сафир? - голос задрожал и девушка сделала ещё несколько шагов к охраннику. Но тот молчал. Молча же протянул ей руку. Она оглянулась на Родри, но тот только качнул головой, взбираясь на телегу. Эйнн неуверенно подала Сафиру ладонь, но, перед тем, как помочь ей взобраться в седло и устроиться позади неё, охранник скинул с себя тёплый плащ и накинул ей на плечи.
Хотелось кричать, добиться ответа на свои вопросы, и, вместе с тем, Эйнн отчаянно трусила задать их вновь. Потому что… потому что все это глупая шутка. Неудачный сюрприз… Телега наверняка нужна для подарков или гостиницев, а… а Кайд, ну… он помогает Бранну и отцу. О, она обязательно скажет ему, чтобы такие сюрпризы ей больше не делали. Они совсем-совсем не смешные!
Телега скрипела позади.
“Боги, ну скорее, скорее же, где же они… “ - думала она, глядя по сторонам. Стараясь высмотреть на пустошах, полях, а потом и в леске знакомую фигуру.
Тщетно…
И, когда девушка уже не могла более сдерживать волнение - они ехали так долго! - Сафир остановился у поваленного поперёк дороги дерева.
- Сафир, что...
Но он молчал... Спешился, помог ей и, все так же молча прошёл вперёд. Свернул с дороги, Эйнн следовала за ним по пятам, и с каждым шагом, с каждым вдохом, сердце её цепенело все сильнее... И надежда на то, что это все это шутка, что отец сейчас покажется из-за дерева улыбаясь ей, с каждым мгновением становилась все прозрачнее...
Первым она увидела Кайда, а потом...
Вопль…
Истошный, жуткий, полный боли вопль эхом прокатился по лесу и стих…
Эйнн обошла тело Бранна, словно его и не заметила, медленно, вытянув вперёд трясущиеся руки, шла она к лежащему у дерева телу.
- Отец… - дрожащий, срывающийся шёпот сквозь зубы. - Отец…
Ещё шаг, и девушка рухнула на землю рядом с телом…
“Нет, боги, нет, нет-нет-нет… нет…”
Ладони накрыли ужасные, оставленные дикими зверями и птицами раны.
- Кайд… К-кайд… Галвин… г-где Галвин…
Слезы застили глаза и Эйнн вытирала их рукавом, но они все лились и лились… Лились и окропляли солеными каплями мертвое тело…
“Все, все будет хорошо… Сейчас...сейчас придёт Галвин и он… он…”
Жалобно треснула ткань срываемая с плеч. Тёплый плащ накрыл грудь и скрыл раны. Так ему будет теплее…
- Отец!
“Нет, этого нет…  не может быть, о боги, прошу вас… умоля-яю…”
- Отец… - жалобно простонал она,  потормошила его за плечо, потом ещё раз и ещё… Попыталась приподнять, уложить на колени, но куда там…
Эйнн все понимала, поняла ещё тогда, как только взглянула в глаза Сафира… Она поняла все уже тогда.. но не могла принять… и не сможет…
А за её спиной,  Родри, точно так же склонился над погибшим товарищем… другом… братом…
- Умоляю, отец… прошу… не-ет… вернитесь… Не-е-ет!!!
О боги…
- Кайд…
Ладонь легла на её плечо, но она этого даже не заметила. Эйнн смотрела в лицо своего родителя. В лицо отца, того, кто был и есть… и будет для неё всем… в его мертвое лицо…
Пустота…
Боль.
- Оте-ец… - припала к его груди, обхватив за плечи и зашлась в долгом, протяжном рыдании. Ничего более не видя и не соображая. И не было мыслей кроме одной единственной: “Нет…”
Кайд, стоявший за её спиной, он тоже плакал…

Через час, в замок въехала телега, с двумя телами и Эйнн, глядящей перед собой пустым, невидящим взглядом...
Кайд первым спешился и поспешил к телеге. Лицо его, и в обычные дни хмурое, было сейчас мрачнее грозовой тучи. .
- Эйнн.
Она молчала, не шевелилась, и только слезы тонкими змейками сбегали по её щекам, изрядно пропитав ворот платья.
- Эйнн. - уже громче и настойчивее повторил охранник, а между тем, во дворе собиралась прислуга. Кто-то охал, женщины принялись причитать, прижимая ладони к губам и щекам. - Эйнн, мы приехали.
Не дождавшись ответа, Кайд протянул было к девушке руки, желая поднять её и унести. “Не надо девочке все это слышать” - размышлял он, но тут…
-  Нет! - яростно вскрикнула Эйнн,  встрепенувшись, вцепилась в подол отцовской котты. - Не трогай! Не подходи!
И как-то совсем по-звериному, зыркнула на охранника, нависая над отцовским телом.
- Вы! - на этот раз безумный взгляд был обращен к Сафиру и Родри. - Вас не было там! Не было! Не было… не было…
Протяжный, надрывный стон… Она прижала ладони к лицу и горько зарыдала, давясь слезами.
Родри, заметив, что Кайд вот-вот выйдет из себя, подхватил девушку подмышки и колени, подтащил к краю телеги и поднял на руки. Она не сопротивлялась, наоборот, как-то обмякла, и взгляд её сделался безразличным. "Совсем как у графини-покойницы" - подумал лучник, крепче прижимая её к себе. Кивнул друиду, стоящему совсем рядом и направился к замку. Галвин, побелевший словно полотно, при виде графского тела, поколебавшись, последовал за охранником в замок...

___________________________________________________
За все я вас благодарю...

Посмотреть профиль
Сообщение  Ср Апр 26 2017, 17:31
Незнакомец

avatar
Репутация : 234
Очки : 420


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
4


Не было еще на памяти Кайда такого черного дня, с того времени, как умер его собственный отец. Но он тогда был еще мальчишкой. Которому было страшно, больно, обидно, горько, но который все же, как и все дети, обладал достаточной пластичностью души, чтобы пережить, и принять.
Когда умерли младшие дети. Когда умерла графиня. Да, было тяжело - но все же тяжело было не столько ему, сколько графу, и он, Кайд, тогда был поддержкой, и опорой. Но решать все, тем не менее, решал всегда сам лорд Алистер. Он лишь выполнял распоряжения. Это было так легко.
А что теперь? Кто теперь будет отдавать эти распоряжения?
Эйнн, совершенно уничтоженная неожиданным и сокрушительным горем? Галвин, хлопотавший сейчас вокруг нее в спальне, куда ее отнес Родри? Прислуга, походившая на растерянное, заплаканное стадо?
По всему выходило, что кроме него, Кайда, вроде как и некому.
Бранн.... Бранна тоже больше нет. И...
Что делать-то? Это не укладывалось в голове. Совсем не укладывалось. Он рос вместе с сыновьями Ардена, и Алистер ему всю жизнь был не только господином, но и другом, братом, тем, ради которого Кайд и со шпиля бы спрыгнул не задумываясь. А сейчас...
Сейчас его нет.
Совсем нет.
И больше не будет.
Воин сел на краешек телеги, обхватив руками голову. Вокруг, словно хор заблудших душ, сокрушались и плакали служанки. Надо было что-то делать. Отдать какие-то распоряжения.
Какие, о боги...
Сафир, бледный, напряженный, со сжатыми добела губами, стоял рядом, и молчал.
Воин глубоко вздохнул, и поднял голову. Оглянулся на два тела, прикрытых плащами. Не придется ему погоревать. Заткнуть поглубже свою скорбь и стать тем старшим, который и должен был принимать какие-то решения. И не имел права скорбеть.
Не сейчас.
- Сафир...
Следопыт вскинул голову, как будто ожидал распоряжений.
- Ты... вернись на поляну. - говорить было тяжело, горло словно засыпали горячим песком - Посмотри. Может сможешь что-нибудь прочесть по следам, о том... ну.. кто это сделал.
Черные глаза Сафира блеснули, он кивнул, и принялся отвязывать свою лошадь от задка телеги.
Кайд глубоко вздохнул, отер сухие, горевшие как раскаленные угли, глаза, и поглядев на сбившуюся в кучу прислугу рявкнул.
- Хватит голосить. Ставьте воду, и готовьте чистую одежду. А вы - ты, ты, ты, и ты - давайте сюда. Надо перенести их в храм. Дестура позовите кто-нибудь. И....
И что дальше? Служба в Храме назавтра? А ночью ведь бдение полагается. Оххх не пустить бы туда Эйнн. Сам отстою. Надо попросить Галвина, чтобы дал ей какого-нибудь сонного зелья. Боги, что же дальше с девочкой будет...
А со всеми нами? С замком?
Мысль об этом навела на другую. Трое мужиков уже взобрались на телеге, и с усилием поднимали Бранна, чтобы передать тем, кто ждал внизу. Кайд отвернулся, не желая видеть, как они будут переносить графа, но потом заставил себя смотреть. Надо. Надо будет присутствовать неотлучно, при всем этом скорбном пути, чтобы все было сделано как полагается. Отпевание, да. Потом похороны. Каменотес нужен, значит. Саркофаг. Вот и пришло время графу воссоединиться с супругой.
Мысли разбегались, тупые, как безголовые тараканы. Кайд протирал лоб, так, словно пытался протереть в нем дыру. Дельные мысли приходили обрывками, и их следовало ловить за хвост.
Вот и еще одна - следует оповестить родственников. Точнее - лорда Алдреда. Ведь, получается, он теперь - граф Тераден.
От этого словосочетания, у верного телохранителя скрутило в животе.
"Вас там не было" - звенящий вопль девочки, снова прозвучал в ушах, заставив беззвучно взвыть от бессилия. Что теперь будет. С замком, с ней, с ними всеми. Новый хозяин придет. Нет, Алдреда, конечно все знали. И вроде бы тот казался неплох. Но.... но... другой хозяин. Другой граф Тераден...
Об этом думать было тошно и грустно. Тем не менее он поймал одного из мальчишек, и велел скакать к барону Тальману. Бывшему барону, ныне графу, да. Как поведет себя тот, получив наследство, Кайд не брался предсказать. Ну, то есть, он знал, что братья не ладили. Но скорее интуитивно, нежели осознанно. Все же со стороны все всегда было в порядке, если не считать того, что Кайд слишком хорошо знал Алистера, чтобы не замечать, что в разговорах с братом у того в глазах нет того искреннего тепла, с которым граф относился ко всем, а напротив, есть какая-то опаска, настороженность, словно он в любой момент ждал от брата чего-то плохого. Хотя ничего плохого Кайд за всю жизнь от него пока и не видел, во всяком случае из того, что происходило на людях. А вот что было между ними наедине... Кто ж поймет близнецов.

Заскорузлую от крови, перепачканную землей одежду сняли. Глядя на два обнаженных тела, которые, положив их на решетку, обмывали две старухи в черных платках, Кайд кусал губы. Теперь, он ясно видел, что причиной смерти Бранна была рана в горло. Что ее нанесло? Стрела? Стилет? Удар меча? Наверное стрела, потому что на теле не оказалось следов борьбы, топор висел за спиной, да и лицо было скорее удивленным, нежели гневным. А не такой был человек Бранн, чтобы позволить себя заколоть без борьбы. Все-таки, скорее всего стрела, прилетевшая неожиданно, и свалившая его на месте. Хотя лисы изрядно постарались проев ее края, но на другой стороне шеи сохранилось все же круглое выходное отверстие с крестообразно разорванными краями.
А граф..
О боги. При виде десятка ножевых ран, у Кайда занялся дух. Зачем? Ведь следы крови были только вокруг двух из них, и обе, несомненно, были нанесены прямо в сердце. Остальные наносили уже мертвому. Но... Зачем? Кому и зачем понадобилось снова и снова колоть ножом мертвое тело? Разбойники? Разве разбойники так поступают? Это же надо так озвереть, чтобы не замечать, что человек уже мертв? Или же...
Здесь было что-то другое. Что-то такое, чего он не мог понять и осознать. Будучи простым, как бронзовый дуб, бесхитростным и прямым человеком, который никогда ни к кому в жизни не испытывал настоящей, неистребимой ненависти - он не мог понять, что такое может быть на свете. Что такое ненависть, настоящая, может понять лишь тот, кто сам ненавидел так же. А Кайду это было недоступно. И понять, что могло заставить одного человека так растерзать другого - он был не в силах. Тем более - Алистера Арден, у которого, по разумению простодушного, преданного воина, не было никаких врагов.
Неслышно подошел Родри и глухо ахнул, при виде трупов.
- Как она там? - только и спросил Кайд. Лучник покачал головой. Да что было говорить такого, оба они прекрасно знали, что никак кроме "очень плохо" быть сейчас не может.
- Надо их одеть. - наконец вздохнул Кайд. - Сбегай за одеждой. Чтобы... ну, ты понимаешь.
Родри вздохнул, кивнул, и ушел. Кайд в очередной уже раз прикрыл глаза ладонью и растер их. Что будет дальше...
Что?
Посмотреть профиль
Сообщение  Чт Апр 27 2017, 12:05
Эйнн Арден
Дочь вереска
avatar
Репутация : 276
Очки : 525


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
5


- Отец… я хочу к отцу…
Тихий, едва различимый шёпот заставил задремавшего перед растопленным камином друида, едва ли не подскочить в кресле.
Он бился над Эйнн несколько часов, растирая девушке лоб, тормоша её.  Надавал ей пощечин, и лишь к полудню, его старания были вознаграждены возобновившимся плачем. Не обращая внимания на её слабые протесты, ему, все же удалось напоить Эйнн настойкой валерианы и пустырника, но оставлять девушку одну, даже когда она спала, друид не решился.
- Я хочу к отцу. - голос уже более уверенный, но все такой же хриплый и безжизненный.
Она не спала уже давно. Лежала и просто смотрела на дремлющего Галвина, на огонь, потрескивающий в камине. Бездумно глядела в окно, на темнеющее небо с серыми облаками, которые теперь, с закатом, стали чёрными. Голова была тяжёлая, думалось плохо. Да и о чем думать…
Пусто и больно, и мыслей, их почти не было… Обрывки, метания…
Отец… надо к отцу… я его больше не оставлю, никогда… отец… за что…
Слезы уже не лились, их просто не было. Она выплакала все и теперь, лежала горячая под одеялом, желая только одного - вновь увидеть отца и  обнять его в последний раз...
Галвин вздохнул, потер глаза сухими пальцами и поднялся с кресла.
К отцу. А нет его больше, отца…
- Вот, выпейте.
Друид откупорил бутылек, который только что взял с прикроватного столика и поднес к губам девушки.
Она слабо мотнула головой, отказываясь, и повторила:
- Я хочу к отцу…
И что ей ответить? Что его нет?  Что тело его лежит в храме?
Галвин устало опустился на кровать, убрал руку с лекарством и помедлив, начал было говорить:
- Вашего отца, его боль…
Слушать его Эйнн больше намерена не была, и медленно откинув одеяло, которым была накрыта, попыталась выбраться из постели, но тело её не слушалось...
- Нельзя… - друид выронил бутылек и его содержимое оставило на белой простыни мокрое пятно. Твёрдо обнял девушку за плечи, желая уложить её обратно на подушки. - Вам нужно поспать…
- Не-ет… - она попыталась отбиться от друида - ничего не вышло, он крепко держал её, но, вместо того, чтобы сдаться,  Эйнн крепко впилась побелевшими пальцами в ворот друидского одеяния. - Я должна… Галвин… я должна быть там… должна его увидеть, должна… должна… прошу…
Даже в этом скудном освещении -  камин и полуоплывшая свеча на столе - друид не мог не заметить её умоляющего взгляда, как не мог не  слышать отчаянния в её срывающемся голосе.
Но, можно ли?
Он колебался, а она ждала…

Через четверть часа, Эйнн с поддерживающим её под руку хмурым Галвином, шли через отцветший сад к небольшому замковому храму. Ноги едва слушались Эйнн, и она неуверенно ступала по каменной дорожке, глядя вперёд, стараясь разглядеть в ночном сумраке стены храма, в котором, лежал её отец. Все вокруг, казалось ей, было точно подернуто пеленой полупрозрачного тумана и время текло так неспешно…
Скрипнула петлями одна из створок двери, заставив Кайда, оправлявшего одеяние Бранна вскинуть голову. Галвин, поймав его сердитый взгляд, только пожать плечами и покачал головой, словно бы говоря: “А что я мог поделать?”
У подножия каменной статуи Торна-отца, стояли два стола с телами.
Боги…
Эйнн протянула дрожащую руку, но тут же опустила. Губы её беззвучно шевелились, зовя того, кого уже нет среди живых. Медленно, осторожно, стараясь ступать как можно тише, прошла к ближайшему столу, на котором покоился граф Алистер Арден. Его тело омыли, облекли в лучшую рубашку, застегнули на истыканной кинжалами груди синюю котту, расшитую серебром. Пальцы Эйнн заскользили по ней, расправляя несуществующие складки, убирая невидимые ворсинки и пылинки.
- Я здесь… - прошептала она склонившись над телом отца, коснулась его холодного лба губами.
В последний раз…
- Я здесь, отец… - шептала она снова и снова, проводя рукой по его волосам, приглаживая их.
Как же много ей хотелось ему сказать… Как же много, она не успела ему сказать… Как больно… как же больно… не успела, не сказала…
Слезы…
- Прости-ите меня… отец… я… я…
Опустилась на колени, прямо на ледяной каменный пол. Склонила голову так, что лоб её касался прижатой к телу отцовской руки.
- Простите, боги… молю, отец… простите… я… как я без вас?...  - слова, рыдания вперемешку с тихими, сдавленными стонами.
Его не будет больше рядом никогда… никогда… За что?!
-  Я не смогу… нет… оте-ец… Боги, молю, верните его, мо-олю-ю ва-ас…
Захлебнулась рыданиями, крепче цепляясь за котту отца.
- Боги… Безликая, за что-о… почему он?...
Как же больно... как же больно от собственного бессилия, что ничего ты уже изменить не в силах, и остаётся лишь принять, но как?! Как?! Он, её отец, часть её, больше никогда не даст ей совет, не посмотрит на неё… Не улыбнется… боги… бо-ольно-о...
- Боги, отец, ну почему-у… не-ет...
Пальцы Эйнн легли в отцовскую ладонь, которая уже никогда их не сожмет.
- Бо-оги-и… - долгий, надрывный всхлип.
Родри стоявший у двери с закрытыми глазами, боролся с порывом малодушия - закрыть уши ладонями. Сафир же напротив, глядел на тела, на Эйнн и на посеревшего Кайда опирающегося на меч, и словно старался запомнить все детали, вплоть до последней пляшущей на них тени, до последнего стона Эйнн и отомстить…
Прошёл час, за ним другой и третий… Рассвет приближался.
- ... Я буду послушной, отец, я буду такой, какой вы хотели меня видеть… я… я так вас люблю-ю… отец… вы будете мной горды, клянусь… знаете, вы ведь увидите матушку, значит, может, вы будете там теперь счастливы… вас похоронят у клёна, как вы и хотели... - она застонала.
Сил больше не осталось, и слез тоже, а голова болела так, что сводило скулы. Эйнн, непослушными пальцами растеребила косу, вытащила из неё синюю ленту и аккуратно сложив, вложила её отцовскую ладонь, после чего беспомощно осела на пол.
Больно от того, что не успела ему сказать, как она его любит, больно, что в последние месяцы, она его не слушала, больно… И никогда она не сможет попросить у него за все это прощения. Никогда…
Её отца больше нет.
Она осталась одна.
Совсем одна...
Эпизод завершен

___________________________________________________
За все я вас благодарю...

Посмотреть профиль
Сообщение  Вс Апр 30 2017, 20:17
Спонсируемый контент

 
6


Сообщение  
 
01.11.1253, И с рассветом пришло безумие...
Предыдущая тема Следующая тема  Вернуться к началу 
Страница 1 из 1

Хроники Кэйранда  :: Башня летописца :: Хроники былых времен +
Перейти:  

LYL Зефир, помощь ролевым White PR photoshop: Renaissance


Рейнс: Новая империя. Политика, войны, загадки прошлого Солнце встанет, когда ты будешь чист разумом. РИ 1812: противостояние Borgia .:XVII siecle:.
Игра Престолов. С самого начала Francophonie Разлом War & Peace: Witnesses to Glory Айлей
ВЕДЬМАК: Тень Предназначения Supernatural Бесконечное путешествие Белидес

Мы ВКонтакте

LYL