ФорумМир Кэйранда. МатчастьСобытияКарта мираКалендарьГалереяПоискПользователиГруппыРегистрацияВходPR-вход

Хроники Кэйранда  :: Башня летописца :: Хроники былых времен
 

 20.10.1253 - 28.10.1253. - Туман над вереском 

Предыдущая тема  Следующая тема  Перейти вниз 
Автор Сообщение
Алистер Арден
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 262
Очки : 413


Здоровье:
0/80  (0/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
1



Дата, время: 20.10.1253 - 28.10.1253
Место действия: замок Айтстоун, Тераден. Эламена
Участники: Эйнн Арден, Алистер Арден, нпс
Предыстория/суть темы: Несколько дней назад граф Арден с дочерью вернулись из Ланса. Накануне, замок полнился гостями, днем молодежь со всей Эламены развлекалась охотой на разжиревших по осени куропаток, а вечером звучала музыка и поднимались заздравные кубки, празднуя день рождения Эйнн. Но гости разъезжаются, и в замок возвращаются будни, а на вересковых пустошах раскидываются туманы.

___________________________________________________
И день грядёт... с моих колен
Она вспорхнёт, попавши в плен
Коварных чар чужих мужчин, 
Где каждый - вор и сукин сын.... 
Посмотреть профиль
Сообщение  Сб Мар 04 2017, 00:45
Алистер Арден
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 262
Очки : 413


Здоровье:
0/80  (0/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 3)
2


Бескрайние, поросшие вереском каменистые плоскогорья, давно утратили свой ярко-лиловый цвет и упоительно сладкий запах. Цветы подсохли и побурели, и лиловый ковер превратился в сизо-коричневатый, словно даже зелень готовясь к весне теряла свои краски и подергивалась серизной. Однако, запах вереска и по осени был совершенно упоительным, переходя из сладко-медвяного в терпко-травянистый, словно бы сам воздух был приправлен аспарскими пряностями, а тонкая, полупрозрачная вуаль тумана, стлавшаяся по утрам над вересковыми пустошами, напоминала вуаль невесты, наброшенную на подготавливающиеся к зиме травы, и струилась по велению ветра, вместе с подсыхающими стеблями, как живое, волнующееся море.
Алистер стоял у окна своего кабинета, глядя на расстилающийся вокруг пейзаж. Такой бесконечно родной, отдающей нотками щемящей грусти, как и каждое увядание. Но было в этом увядании еще и что-то торжественное. Как прощание родного существа, который уезжает в дальний путь, и клянется непременно вернуться. И непременно же вернется по весне.
Осень, проведенная на юге, пошла Алистеру на пользу. Климат Ланса, с его поздним солнцем, и целебными ароматами аспарских эвкалиптов, наряду с морским воздухом и паляще острой пищей укрепил его силы, и ни разу с самого Созревания он больше не ощущал той разлитой каменной тяжести в груди, и разъедающей все тело слабости. Дышать стало легче, и хотя суровая зима плоскогорий наверняка переборет то полезное, что он вынес из пребывания в целебном климате Хайстрена, сейчас он чувствовал себя практически совершенно здоровым. И глядел на увядающий пейзаж без подспудной тоски о том, доведется ли ему вновь увидеть эти холмы пышно расцветающими лиловым цветом пробудившегося после зимней спячки вереска.
Отступили и навязчивые мысли о судьбе Эйнн, и сомнения - правильно ли он сделал, что доверился Марвину, и беспокойство о том, что будет делать, если бард не оправдает его ожиданий. Теперь он был спокоен, и оставалось лишь ждать. Алдред, исполнявший обязанности лорда на время его отсутствия, странным образом, даже не попытался как-то задеть, как делал это почти постоянно. Напротив, встретив брата с непривычным для него почтением - устроил форменный отчет по всем делам, произошедшим за время отсутствия графа, и уехал тем же вечером, отговорившись необходимостью побывать, наконец, и в собственном доме. И теперь, Алистер стоял у окна, глядя на расстилающийся перед глазами пейзаж, без единой мысли в голове, не стесненный никаким беспокойством, словно растворившийся в тишине, и едва слышной песне ветра за каменными стенами Айтстоуна.
С тихим шорохом пересыпался песок в часах за спиной. Тихо щелкнула пружина, переворачивая часы, когда верхний резервуар совершенно опустел. Едва слышный звук, все же заставил графа очнуться от этого бездумного созерцания. Он провел пальцами по волосам, отбрасывая их назад, вздохнул, и направился к выходу. В коридоре сегодня маячил Сафир, сосредоточенно ковырявший ножом какую-то деревяшку.
- Спроси Эйнн, не желает ли она прогуляться - попросил Алистер, проходя мимо него к лестнице, чтобы спуститься вниз.

___________________________________________________
И день грядёт... с моих колен
Она вспорхнёт, попавши в плен
Коварных чар чужих мужчин, 
Где каждый - вор и сукин сын.... 
Посмотреть профиль
Сообщение  Пн Мар 06 2017, 10:24
Эйнн Арден
Дочь вереска
avatar
Репутация : 276
Очки : 525


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
3


Эйнн все еще пребывала в неописуемом восторге от садов Хайстрена, тёплого южного солнца, одетых в золото и багрянец деревьев и соленого морского воздуха, но в Эламене, едва она почувствовала родной запах отцветшего вереска, раскинувшегося буроватым ковром по плоскогорьям - не удержалась, радуясь словно ребёнок осадила свою кобылу и несколько минут упоенно вдыхала терпковатый аромат. Запах дома, уюта и счастья.
Как герцог Бьято и обещал, Эйнн позволили взять с собой орхидею, и не одну, а целых пять! Девушка с час пытала герцогского садовника, дотошно расспрашивая об уходе за этими прекрасными цветами и подробно записывала все на одолженном у отца пергаменте. Три белых и две ярко-розовые орхидеи в небольших глиняных горшках Эйнн лично разместила в углу телеги, на каждой остановке бегая проверять, не придавило ли каким тюком её цветы. А ещё, втайне от отца, девушка стащила купленную им книгу, и пока ни его, ни охранников не было рядом, нарвала в саду разных цветов и переложила ими страницы книги, желая увезти с собой частичку этой красоты. Чтобы отец раньше времени не заметил подобного варварского отношения - пыльца и сок оставили на страницах характерные пятна - она упаковала её на самое дно одного из тюков, завалив своими платьями в перемешку с купленной в Лансе материей, надеясь успеть вытащить и переложить подсохшие цветы в одну из своих книг уже дома.
Тераден встретил их туманами и сыростью, золото и зелень сменились серым и бурым, но обычная для осени меланхолия, не спешила забираться в сердца и души, и Эйнн казалось, что в эти последние недели, она была счастлива, как никогда раньше. Отец расцвел на глазах, поездка определенно пошла ему на пользу. Они больше не ссорились, и не мелькал в его зелёных глазах огонёк разочарования, ранивший больнее всяких слов. Безмерно счастлива была Эйнн, еженощно благодаря за это богов, и страх, что это безмятежное счастье не может и не будет длиться вечно - отступил. Даже встретивший их на пороге Айтстоуна дядя, показался девушке не таким неприятным, как раньше. А ещё, после того, как он передал отцу все дела, то подарил ей к именинам книгу - баллады странствующего рыцаря Бродерика Руэри. Эйнн не ожидавшая такого великолепного подарка от дяди, сперва растерялась, а потом кинулась ему на шею и даже благодарно чмокнула в щеку, и поспешно улизнула к себе наслаждаться чтением. Не забыла она прихватить с собой и тот самый тюк с платьями и отцовским фолиантом. Так что целых два дня от девушки не было ни слуху, ни духу. Первый день Эйнн проспала отдыхая с дороги, а второй - читала.
Орхидеи девушка разместила у себя в комнате на подоконнике, ревностно ухаживая за ними самостоятельно. И каждый раз, глядя на их округлые лепестки, проводя пальцами по упругим листьям, мысленно Эйнн вновь пребывала в водных садах. Остальные подсохшие цветы разместились в старой книге с описанием целебных трав, принадлежавшей ещё матушке, а отцовскую книгу, она подбросила ему в кабинет ещё в день приезда. Искренне надеясь на то, что отец не заметит желтоватых и зеленоватых пятен на двух десятках страниц.
Именины прошли скромно, ни приготовиться, ни позвать гостей не успевали, так что девятнадцатилетие Эйнн справили в небольшом семейном кругу, ведь охранников - особенно Кайда, который был ей едва ли не роднее дяди -  девушка на самом деле считала почти что членами семьи. С самого утра девушку завалили подарками. От отца Эйнн получила прекрасную статуэтку марелы из тёмного янтаря, которая живо напомнила о той невероятной поездке к устью Сумеречного каньона, за что тот был зацелован в обе щеки, от Кайда букетик бархатцев и наборный пояс из круглых медных пластин. Охранник так же в шутку пообещал, что теперь, ему будет чем воспитывать Эйнн, когда она в очередной раз сбежит на пустоши, и все рассмеялись, только вот девушке смешно не было, и она залилась краской, что только ещё больше развеселило остальных. Сафир подарил выструганную из дерева дудочку, тут же сыграв на ней незнакомую, но очень красивую мелодию, и Эйнн станцевала под неё вначале с Родри, а потом и с Бранном.
Потом была небольшая прогулка по пустошам, ещё один подарок сделанный отцом. И Эйнн резвилась и бегала среди вереска, а Родри, скорее забавы ради, учил её стрелять из небольшого лука. И отходя в тот вечер ко сну, Эйнн выпросила у отца третий подарок - ту самую сказку о прекрасной девушке и чудище, что рассказал он ей несколько лет назад. И она задремала уже на половине рассказа, и сонно улыбнулась, когда отец коснулся её лба поцелуем. Совсем как в детстве.

Сафир молча кивнул, спрятал кинжал в ножны, а деревяшку за пазуху, стряхнул с себя стружку и направился к Эйнн. Девушка после завтрака удалилась к себе в покои, и, насколько охранник знал, больше их не покидала. Подойдя к двери и подняв руку, постучать, тем не менее, он не успел. Дверь резко распахнулась и Эйнн влетела ему в грудь, едва не сбив с ног. Охранник  придержал Эйнн под локоть, отстраняясь и хитро блеснув глазами. Заговорила девушка тоже первой.
- Сафир? Извини… Я… А где отец?  
Было видно, что она взволнована и явно торопится.
- Он просил узнать, не желаете ли вы прогуляться…
Сафир хотел добавить что-то ещё, но Эйнн просияла и не дослушав, скрылась за дверью, чтобы тут же, через мгновение вновь выскочить в накинутом поверх синего платья теплом плаще, и умчаться по коридору к лестнице.
Отец ожидал её во дворе. Утро выдалось пасмурным, тяжёлые серые тучи заволокли небо, но солнце, нет-нет, да поглядывало через них, даря последние крохи тепла в этом году.
- Отец! - Эйнн слетела со ступенек и подбежала к нему, всем своим видом показывая, как не терпится ей сообщить ему новость. - Орхидея! Белая! Она дала росток!
Очень хотелось показать отцу тот маленький зеленый росточек, что проклюнулся под листьями.
- Сафир сказал, что вы хотели прогуляться, но, может быть, я могу сначала показать вам орхидею?

___________________________________________________
За все я вас благодарю...

Посмотреть профиль
Сообщение  Вт Мар 07 2017, 00:26
Алистер Арден
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 262
Очки : 413


Здоровье:
0/80  (0/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
4


Алистер, ожидавший дочь во дворе с теплой улыбкой протянул ей руку, и, притянув к себе, коснулся губами ее лба. Как же он любил ее такой - веселой, искрящейся, радостной, захваченной целиком каким-нибудь интересным делом, будь то новая книга, или, вот как сейчас, увлечение орхидеями. Хотя перспектива подняться наверх и снова спуститься, его не слишком радовала, поэтому он покачал головой, и отозвался мягко, поправляя сбившийся капюшон плаща за ее плечами.
- С удовольствием, но, если не возражаешь, когда вернемся, и поднимемся наверх. Мне тяжело лишний раз подниматься по лестницам. - он едва заметно улыбнулся, но не печально, как это было все лето, а ясно и солнечно, отчего в его зеленых глазах заблистали золотинки - Хочу показать тебе кое-что интересное. Пойдем.
И он, предложив дочери руку, повел ее со двора.
Шли они пешком, в сопровождении Родри, который шел, как всегда, на несколько шагов позади, закинув за плечи лук и колчан, и ведя на поводке одну из охотничьих собак, которая прыгала, и взвизгивала, стараясь достать полоску бекона, которую тот держал за кончик в вытянутой руке и всякий раз отдергивал вверх из-под самого собачьего носа, вынуждая пса прыгать все выше и выше. Собака, впрочем, была хорошо накормлена, судя по тому, что ее повизгивание было скорее веселым чем раздраженным, а это означало, что взяли ее с собой не для охоты.
Отец с дочерью пересекли мост, и неторопливо побрели по бескрайнему плоскогорью, поросшему толстым ковром вереска. Пожухшие, коричневатые цветы стали хрупкими и рассыпались в пыль под их шагами, странным образом усиливая терпкий аромат, царивший здесь, когда на смену медвяному запаху пришел травянистый, а поблекшие, уже подготовившаяся к зиме сизо-сероватые стебли сминались и снова выпрямлялись, и весь этот вересковый ковер волновался под порывами ветра, как море, по которому проходят волны.
Некоторое время они шли молча, и Алистер, откинув голову, буквально упивался этим ароматным, свежим ветром, ни с чем не сравнимым ощущением простора и своей, родной земли, от которой запах вереска во все сезоны был неотъемлем, как душа неотъемлема от тела живого существа. Ветер трепал его волосы, он улыбнулся, глядя в небо, по которому неслись причудливые полупрозрачные облака, и казался сейчас помолодевшим, спокойным и счастливым, несмотря на густую проседь в волосах. Разговор с Раотом дал ему последнюю опору под ногами. Твердую, надежную, которой он не ощущал прежде, понимая, что договор с бардом может рухнуть в любой момент, от любой превратности судьбы. Теперь у него был, помимо пути сердца, еще и путь твердой уверенности, и тревога за дочь, которая подтачивала его все лето, впервые отступила, и за последние пятнадцать дней он словно бы сбросил пятнадцать лишних лет, навалившихся на него со смертью жены и весенними похождениями дочери.
- Вчера Родри ходил на охоту - начал рассказывать он, поглаживая на ходу пальцы дочери, лежавшие на его предплечье. - И обнаружил, что у нас завелся необычный жилец. Пока мы ездили в Дайрен, в столицу и в Ланс, охотиться на пустошах было некому, куропатки и зайцы размножались в свое удовольствие, и один помет оказался очень интересным. Птенцов куропатки выводят в конце весны, и к Листопаду они уже практически взрослые птицы, хотя все еще держатся рядом с родителями. А в месяце Туманов у них наступает переломный момент, и они разлетаются кто куда, с тем, чтобы весной уже начать жить самостоятельно. Вот как раз сейчас на том старом клене живет целая стая, и думаю тебе будет интересно на них посмотреть.

___________________________________________________
И день грядёт... с моих колен
Она вспорхнёт, попавши в плен
Коварных чар чужих мужчин, 
Где каждый - вор и сукин сын.... 
Посмотреть профиль
Сообщение  Ср Мар 08 2017, 15:26
Эйнн Арден
Дочь вереска
avatar
Репутация : 276
Очки : 525


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
5


Настаивать Эйнн не решилась, хотя, по правде говоря, ей очень хотелось показать отцу небольшой остренький росток. Показать не столько потому, что он выглядел как-то необычно, сколько гордо похвастаться перед отцом тем, что она не погубила привезенные южные цветы, но создала им необходимый уход, и этот росточек стал её маленькой, личной победой. Орхидеи прижились, и это стало очередным знаком судьбы, ответом богов на её молитвы. Если к Кэйранду, неумолимо подступала зима, то в  Айтстоуне - для отца и дочери, она наконец-то закончилась, уступая место весеннему теплу, радости и беззаботности. Почти пять лет траура по детям, жене и матери. Солнечных, ясных дней, за эти годы, несомненно было гораздо больше, но отчего-то, едва ли не каждый пасмурный день запомнился Эйнн, тогда как счастливые смазывались и забывались. Сейчас, проходя мимо кованых ворот, неспешно шагая под руку с отцом по каменному мосту, девушка и впрямь уверилась, что все у них, теперь будет хорошо.
Положив голову на отцовское плечо, Эйнн с улыбкой слушала каждый его вдох, видела и ощущала, как радуется и он возвращению в родные края, и сердце щемило от невероятной нежности и любви к нему, и хотелось обнять его, разрыдаться от переполнявших её чувств, и без остановки говорить, как она ему за все благодарна, что никогда более не ослушается его и что нет, на свете никого, кто был бы ей более дорог. Вот он, родной и единственный близкий ей человек, вот тот, о котором ей следует думать и заботиться, тот, кто никогда её не предаст и будет любить всегда.
Ветер трепал распущенные тёмные волосы и, то и дело хлопал за её спиной плащом - невероятное ощущение свободы и легкости. Не отвлекал Эйнн от размышлений даже Родри, дразнящий собаку, чьё повизгивание далеко разносилось порывами ветра.
Счастлива. Безмерно и безгранично.
Они прошли мимо заросшего серовато-зеленоватым мхом валуна, на котором, любили сидеть когда-то все вместе. Они не просто гуляли, отец явно направлялся к клену, негласному стражу Айтстоуна, одиноко стоящему у обрыва уже многие сотни лет. Отец нарушил молчание и девушка подняла на него взгляд, улыбнулась и посмотрела на трепещущую под натиском ветра верхушку, на толстый ствол и узловатые корни, похожие на гигантских змей. Эйнн вначале нахмурилась, а потом прищурилась, оборачиваясь на Родри.
- А, разве куропатки вьют свои гнезда не на земле? - Обратилась она одновременно и к охраннику, и к отцу.
Несколько раз, гуляя по пустошам, она натыкалась в кустах вереска на небольшие гнезда с крапчатыми яйцами, а то, и на совсем ещё крошечных птенцов, один раз, даже пришлось улепетывать от матери-куропатки, но не от страха, - ведь, что одна маленькая птичка может ей сделать - а от неожиданности. Но и пробежала она тогда всего несколько шагов, зато искренне восхитилась отвагой мамаши-наседки.
- А почему... - Задать вопрос она так и не успела.
Пёс со звонким лаем пронесся мимо, протиснувшись между их ногами и побежал к обрыву, явно кого-то заметив.
- Он же их съест!  
Наивно вскрикнула Эйнн и выпустив отцовскую руку, помчалась следом.

___________________________________________________
За все я вас благодарю...

Посмотреть профиль
Сообщение  Ср Мар 08 2017, 16:30
Алистер Арден
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 262
Очки : 413


Здоровье:
0/80  (0/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (голосов: 2)
6


Алистер с Родри рассмеялись, и пошли следом за ней все так же неторопливо. А пес, уже промчавшись с половину расстояния до обрыва, шарахнулся в сторону, когда прямо перед ним, из волнующегося вереска, с шумом и криком поднялось несколько птиц, оглушительно хлопая крыльями. Куропатки, рябя в воздухе коричнего-серыми тенями шумно полетели к клену, а одна из них, взлетев прямо перед собачьей мордой, пролетела низко-низко, чуть ли не задев пса крыльями, и опустилась в нескольких футах позади него. Тот гавкнул, повернул. Птица перепорхнула еще дальше, и по мере того, как она отлетала все дальше и дальше, а люди подошли ближе, стало заметно, что куропатка мастерски изображает раненую. Шлепается на траву, пробегает несколько шагов, волоча по земле развернутое крыло, взлетает тяжело и медленно взмахивая крыльями, издавая красноречивый, жалобный писк, снова шлепается, снова отбегает...
Алистер, дойдя до остановившейся дочери приобнял ее за плечи, и показал на собаку и куропатку, тем самым остановив ее, и не позволяя побежать за ними дальше.
- Смотри. Видишь? Она притворяется раненой и заманивает за собой собаку подальше, пока птенцы прячутся на дереве. Они уже давно выросли, а она все равно их опекает. И не бойся ты, ничего наш пес ей не сделает.
И тут же, словно в подтверждение его слов, куропатка, повидимому решив, что уже достаточно далеко завела хищника, шумно взлетела под самым носом собаки, торжествующе что-то крикнула, и стремительно полетела к дереву. Граф усмехнулся, и поманил девушку за собой. Родри тем временем подозвал к себе собаку, и, присев на корточки протянул на ладони ту самую полоску бекона, видимо в утешение.
- Они и вправду устраивают гнезда на земле - неторопливо рассказывал, тем временем, Алистер, пока они шли к дереву. Но в конце Вереска или в начале Созревания, когда птенцы линяют, обзаводятся маховыми перьями и начинают учиться летать - они перебираются с земли на деревья, и ночуют там, хотя кормиться по-прежнему предпочитают на земле. В это время начинают охотиться молодые лисы, куницы, выдры, ласки, поэтому деревья, особенно такие отдельно стоящие - для них очень хорошее убежище. Вот только от сов они не спасают.
Они достигли растянувшихся на многие ярды вокруг взбугрившихся камней, меж которых то показывались, то снова прятались в земле мощные корни этого лесного патриарха, и Алистер, не подходя ближе, указал дочери на целый выводок, сидящий на толстой ветке, у самого ствола.
- Вон они, смотри.
Куропатки смотрели на них забавно выворачивая шеи, но не торопились улетать. Птицы прекрасно разбирались в людях, и не видя ни на одном из них ничего похожего на лук, чувствовали себя в полной безопасности, пока те не приближались. Разве что опытный взгляд охотника мог бы подметить, что этот выводок - еще все-таки птенцы. Размерами они были почти со взрослых куропаток, а у самцов на голове и груди уже проступали характерные отметины.
- Посмотри-ка на этого, с краю. Видишь, какой красный?
Чем ярче и темнее воротничок на шее и "шапочка" на голове самца куропатки, и темна"подкова" на его груди - тем крепче, здоровее и сильнее эта птица. Мудрая природа, помечая наиболее выдающихся особей всех животных, окрашивает их яркими красками, чтобы сделать их привлекательнее в глазах самок, и оставить им больше шансов на производство потомства. Так и указанный Алистером птенец был заметно крупнее прочих, и воротничок на его шее, не просто коричнево-красноватый, как у прочих, алел точно свежая кровь, отливая золотистым по верхним краям, и, словно траурной каймой, был окаймлен узкой, четко выделяющейся на общем фоне угольно-черной полосой по низу.
- Если из пары куропаток, самец погибает а главой семьи остается самка - сам не зная зачем начав рассказывать дочери о куропатках, Алистер продолжал - то она выкармливает птенцов до Туманов, после чего все они разлетаются кто куда, и зимуют как придется. Но если самец остается жив, и даже если он выкармливает птенцов один, без самки, то семья никуда не разлетается. Они зимуют все вместе, что увеличивает их шансы выжить, а весной многие вьют гнезда сообща, выводят вместе, и формируют в конце концов к следующему году стаи, из трех и более семей. Хотя обычно охотники и хищники не дают им так размножаться, но, помяни мое слово, вот этот красношейка к весне станет главой собственной семьи и создаст стаю. Родри говорит, что он обманывает собак и лисиц не хуже взрослой куропатки, а людям я запретил на него охотиться. Мне интересно, что из него вырастет. Большая редкость, чтобы куропатки обзаводились таким великолепием, он вырастет в настоящего красавца.
В это время, где-то над головой раздалось хлопанье крыльев, и хриплый, пронзительный крик охотящегося ворона, похожий на человеческий, и куропатки, снявшись с ветки стремительно упорхнули вниз, в пропасть. Отвесную лишь для человека, но в стене обрыва которой было немало щелей и впадин, где птицы могли укрыться от глаз хищника. Алистер задрал голову, прикрывая глаза от блеклого пасмурного света. Ворон сделал круг над их головами, совсем невысоко, распластал крылья, и взмыл вверх, превращаясь в едва заметную точку.
- Ну вот, спугнул и улетел. Не задалась ему охота сегодня - прокомментировал граф, не обращаясь конкретно ни к дочери, ни к подошедшему Родри. - Ну хоть можем у дерева посидеть, не опасаясь что сгоним птиц из хорошего укрытия. - он улыбнулся и указал дочери на узловатые корни, выступающие из земли у самого обрыва, образующие нечто вроде удобных кресел, под широко раскинувшимися мощными ветвями, все еще укрытых побагровевшими пятилапчатыми листьями, несмотря на то, что и земля вокруг дерева была усыпана широким ковром их. И не заметил, как мягко планируя сверху, на его плечо опустилось узкое, глянцевито блестящее, угольно-черное перо с синеватым отливом.

___________________________________________________
И день грядёт... с моих колен
Она вспорхнёт, попавши в плен
Коварных чар чужих мужчин, 
Где каждый - вор и сукин сын.... 
Посмотреть профиль
Сообщение  Пт Мар 10 2017, 16:58
Эйнн Арден
Дочь вереска
avatar
Репутация : 276
Очки : 525


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
7


Эйнн тоже остановилась и пригнулась, когда толстые тушки куропаток неожиданно вспорхнули и разлетелись кто куда. Она с интересом наблюдала, как пёс следует за одной из куропаток, и  увлеченная зрелищем, не услышала приближающихся шагов отца и Родри. Девушка ответно прижалась к груди отца, накрыла его ладонь, что лежала на ее предплечье своей, сжимая и согревая - руки его были холодны.
- Вижу. - Тихо произнесла Эйнн, все равно боясь спугнуть стаю. И правда, один из птенцов был размером со взрослую куропатку, но выдавал его бордовый окрас.
Слушать о куропатках и их птенцах было занимательно. Эйнн несколько раз бывала на охоте на куропаток, когда множество гостей и друзей отца, с луками и охотничьими собаками рассекали по вересковым пустошам и стреляли во взлетающих из колышущегося растительного океана птиц. Она и сама несколько раз, поддавшись азарту натягивала и спускала тетиву из своего короткого лука, и один раз даже попала, хотя, может это была и не она, кто знает, оперение у её стрел было самое обыкновенное. Да и стрелять она почти не умела - так, баловалась, главное, убедиться, что поблизости людей нет. Но Родри тогда уступил ту тушку ей, а значит, что это все же она попала. По крайней мере, хотелось так думать. Сейчас видеть их вот так, спокойно сидящих на ветке дерева, смешно вертячих головками было странно. Не боятся, и правда, не боятся.
Эйнн с отцом уже почти подошли к клену, как до их слуха донеслось хриплое карканье, а потом перепуганные крики куропаток, поспешно планирующих вниз, в ущелье. Какое-то время ворон ещё кружил рядом, а потом и он скрылся в сером небе, став вначале небольшой точкой, а после, исчез совсем. Упавшего на отцовское плечо вороньего пера, Эйнн не заметила, она глядела на обрыв, снедаемая любопытством. С одной стороны - страшно, особенно, когда по пустошам гуляет такой ветер, но с другой, до ужаса хочется посмотреть, где спрятались куропатки. Очередной мощный порыв ветра ощутимо подтолкнул в спину обоих, и отца и дочь. Чёрное перо поднялось в воздух и осело в траве, зацепившись за какой-то куст. Девушка его не заметила, ей пришлось бороться со спутанными волосами, собрав и убрав с лица все пряди, она наскоро заплела их в толстую косу, перебросив её через плечо. Родри на что-то бранился, на что именно, расслышать было трудно. И только пёс с дурашливым лаем носился вокруг, гоняя последние падающие по спирали вниз кленовые листья. Отец указал ей на один из узловатых корней, но она медлила. Непонятное ощущение тревоги, ничем не обоснованной закралось в её душу. Не то спугнутые куропатки были тому виной, не то усиливающийся ветер, гулким эхом стонущий в ущелье. На глаза навернулись слезы. И девушка смахнула их, шагнула к отцу и обняла его за плечи, посмотрела в зелёные, тёплые глаза. Виновато улыбнулась. Тревога отступила…
- Я хочу вам сказать, что никогда… никогда-никогда не была, и не буду так счастлива, отец. Вы подарили мне поездку к Сумеречному каньону, и, отец, мы видели настоящую марелу!  Вы показали мне Ланс, и сады, которые оказались сказкой наяву… - слезы потекли снова, только теперь, сама Эйнн не знала что это были за слезы. Слезы счастья или стыда и покаяния. - Отец… - Эйнн всхлипнула, прижалась к его груди, пряча в ней заплаканное лицо. - Я счастливая, очень-очень, и я вас так люблю! Простите меня за все! За прогулки с Марвином, за курево, за все простите, отец, я больше никогда, клянусь вам, больше никогда вас не ослушаюсь…
Больше говорить она не могла, заливая слезами отцовский плащ и крепче стискивая плотную ткань пальцами. Все переполняющие её чувства, все что она пережила за последний год, все это нашло выход здесь и сейчас.

___________________________________________________
За все я вас благодарю...

Посмотреть профиль
Сообщение  Сб Мар 11 2017, 23:40
Алистер Арден
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 262
Очки : 413


Здоровье:
0/80  (0/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
8


Наверное впервые в жизни, слезы дочери не отозвались болью в его сердце, а вызвали на губах улыбку. Алистер молча притянул ее к себе, коснулся губами волос, и прижал девушку к сердцу, баюкая ее в объятиях. Пел ветер в ветвях, вертикальными потоками взвиваясь из пропасти, раскинувшейся у их ног, трепал плащи и волосы. Где-то в вышине пронзительно и редко вскрикивали птицы. А он все гладил ее волосы, с задумчивой улыбкой, глядя на стремительно летящие по небу облака, и полной грудью впивая горьковатый запах ветра и вереска.
- Да будет с тобой благословение богов, девочка. Ты будешь счастлива еще множество раз, множество лет, и, поистине это великий дар юности, воспринимать каждый миг своего счастья, как наивысший.
Ему еще предстояло рассказать ей многое. Подходил к концу месяц Листопада, в конце которого должны были приехать Марвин и Раот. Или хотя бы кто-то один из них, если судьба пожелает вмешаться в его планы. Поистине боги решили сжалиться над ним, послав племянника. Не будь его, с его предложением, сейчас Арден бы жил, как на иголках, в ожидании вестей от барда, которых все не было, гадая, все ли с ним в порядке, не попал ли он в беду, а может быть попросту передумал, как это часто водится у представителей его профессии. Хотя молодой человек при беседе вызвал у него ощущение полнейшей доверительности, чем больше проходило времени, тем более было поводов к беспокойству.
Беспокоился он и о реакции Эйнн. Как бы не твердила она, "пойду за кого вы скажете" - неоднократные слова ее, имевшие недвусмысленный вид уловий, и непростой нрав все равно не позволяли ему чувствовать уверенность в дочери. Как бы то ни было... говорить ей об этом стоило.. когда? Сейчас? Или дождаться, пока кто-нибудь из молодых людей все же приедет в Айтстоун?
В пользу первого говорило то, что оказавшись перед известием о собственной помолвке, Эйнн могла бы и выкинуть что-нибудь неожиданное, несмотря на все свои уверения. Увы, Алистер, по слабости характера, и слишком сильно любивший дочь, и вправду разбаловал ее сверх всякой меры. Девушка, пламенно уверявшая его в своей любви и послушании, тем не менее все равно могла легко пренебречь его мнением, а потом вновь каяться, заранее твердая уверенная в его всепрощении. Поэтому, имело бы смысл подготовить ее заранее. Однако, в пользу второго умозаключения говорил тот немаловажный факт, что он попросту не знал, удачно ли завершил Марвин свое путешествие, и приедет ли он. Ведь если не приедет - говорить нем девушке тогда и вовсе не стоило. Хотя Эйнн и уверяла, что бард ей всего лишь друг, Алистер был уверен в обратном, в родительской слепоте оправдывая эгоистические поступки дочери - влюбленностью в молодого человека. И если любовь была явлением вполне закономерным, то осознавать, что она способна пренебречь его волей, запретами и здоровьем лишь ради обычной прихоти - было настолько невозможно, что Алистер, не желал допустить даже тени такой мысли.
Как бы там ни было, все это скоро разрешится, решил он, давая себе время подождать до окончания Листопада, и выбросил эти мысли из головы, наслаждаясь сейчас тишиной и покоем, мягким теплом дочери, свернувшейся рядом, и приткнувшейся к его плечу как большой, ласковый котенок, запахом вереска и горько-сладким вкусом ветра, который трепал его волосы.
Дел, в связи с предстоящей помолвкой предстояло множество дел, и одним из необходимейших - было получить разрешение на брак, и оформить бумаги на наследование. Однако и это нельзя было решить, пока он не знал - кто же приедет за рукой Эйнн. Если Марвин - то завещание следовало писать напрямую на возможных детей Эйнн, чтобы обеспечить ее.. Ну а если она выйдет замуж за Раота, и станет графиней Дайрен? У нее и ее детей тогда будет иная фамилия, иное графство, состояние и надежное будущее, и несправедливым грабежом было бы, в таком случае, лишить наследства родного брата, который, если разобраться, имел на Тераден такие же права как и он сам, не считая условного преимущества в полтора часа. Все это изводило Алистера ожиданием, и наконец, утром двадцать первого числа Листопада, он отправил, наконец, гонца к герцогу, прося аудиенции. Хоть одно дело если будет решено за время этого ожидания - уже хорошо.

___________________________________________________
И день грядёт... с моих колен
Она вспорхнёт, попавши в плен
Коварных чар чужих мужчин, 
Где каждый - вор и сукин сын.... 
Посмотреть профиль
Сообщение  Вт Мар 14 2017, 14:57
Эйнн Арден
Дочь вереска
avatar
Репутация : 276
Очки : 525


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
9


Она никак не могла уснуть, прокручивая в голове все пережитое за последние месяцы, и вспоминала тот водопад слез, который обрушила на отца утром. Эйнн все еще было неловко за это перед ним. В конце концов, она взрослая девушка, а ведет себя, словно она все еще ребёнок. Но то место…
История нянюшки о богах и смертном человеке, который был превращен в клён, то, что отец любит сидеть под его раскидистой сенью один, их разговор после её побега… Таинственное, волшебное место. Оно все же значило для Арденов многое, и Эйнн была уверена, что и прошлые поколения доверяли свои тайны, переживания и мысли клену, а, может, и их души кроются под его шершавой корой, охраняя покой новых поколений. Вот и в этот раз, девушка даже сама не поняла, что именно заставило её расплакаться. Стала ли этому виной картина из прошлого, когда она, рыдая, стояла перед отцом на коленях, его тихий, почти безжизненный голос, или же ветер, его гул в ущелье, жутковатый крик ворона, а может быть, мелькнувшая мысль, что она, Эйнн, этого счастья вовсе и не достойна?
Эйнн помотала головой, с силой вдавливая её в подушку.
- Все хорошо. Все беды позади!
Произнесла шёпотом, едва шевеля губами, надеясь, что вот теперь, когда она произнесла это вслух, прошлое окончательно отпустит её и даст жить и наслаждаться жизнью, и делить это волшебное счастье с отцом и дальше. Устало улыбнулась, повернулась на бок, подложив ладонь под щеку, и не успели  появиться на ночном небосклоне последние звезды, Эйнн уже спала.
Проснувшись позже обычного и наскоро подкрепившись кашей с яблоками и медом - завтрак принесли в её покои -  Эйнн,  приведя себя в порядок отправилась к отцу. Ей в голову пришла одна интересная идея, для которой, ей требовалось его разрешение.
Вчера она так и не показала отцу проклюнувшийся росточек - совсем из головы вылетело и из-за куропаток, и из-за того, что Эйнн, почти целый день провозилась с тканями и лентами, решая какие платья и из какой ткани хочет сшить.
Так что подхватив с подоконника горшок с белой орхидеей, девушка направилась в кабинет отца, надеясь застать его там. Так и вышло.
Коротко постучав,  Эйнн приоткрыла дверь и быстро заглянула внутрь, а, уверившись, что отец не занят ничем срочным, подошла к столу и с довольной улыбкой поставила горшок на стол перед ним.
- Я не помешаю?  - Всякий случай, девушка спросила ещё раз, и тут же ткнула пальцем на отросток у самых корней, величиной всего с полдюйма*. - Вот он, вот росток, вы видите?
И склонившись над цветком, осторожно приподняла один из листьев, дабы отец точно увидел росток.
- Им у нас нравится. - Эйнн гордо улыбнулась, и выпрямилась.
Она медлила, не знала как начать. В конце концов, отец и так сделал для нее слишком много, не будет ли с её стороны, подобная просьба верхом наглости...
- Отец… - В глаза ему Эйнн не смотрела, старательно разглядывая орхидею. - А мы ведь на День Начала Года никуда не приглашены? У нас появилось столько знакомых, и кузен с кузиной… - Она бросила короткий, изучающий взгляд на отца, пытаясь понять, догадался ли он, к чему она клонит или нет. - Я… Мне не хочется больше уезжать из Айтстоуна, поэтому я подумала, отец, может… может быть мы пригласим гостей к нам?
На этот раз, Эйнн взгляд не отвела и смотрела в зелёные глаза с надеждой.

*:
 

___________________________________________________
За все я вас благодарю...

Посмотреть профиль
Сообщение  Чт Мар 16 2017, 03:21
Алистер Арден
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 262
Очки : 413


Здоровье:
0/80  (0/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
10


* Совместно

- Вижу. - Алистер едва заметно улыбнулся, бросив лишь мельком взгляд на цветок. Чем-чем а садоводством и цветами он никогда не интересовался, да и не понимал в этом ничего, но был доволен тем, какой счастливой и радостной была Эйнн, так очевидно гордившаяся этим крохотным росточком. Он откинулся в кресле, откладывая свиток, который только что читал, делая сбоку от текста, какие-то пометки, опустил перо в чернильницу, и привлек дочь к себе. И, по мере того как она говорила - словно бы посветлел лицом, и кивнул.
- Конечно. Мы обязательно пригласим гостей, и, возможно, у нас будет и другой повод, помимо Начала Года.
Он отпустил ее, и указал на кресло с другой стороны стола
- Садись. Мне надо тебе кое-что сказать, это ненадолго.


- О, отец… это… это… - И не договорив, поддалась захватившей её радости бросаясь ему на шею и расцеловывая в обе щеки.
Как же это прекрасно! Боги! Но радость, тут же сменилась беспокойством - а что, если они не успеют подготовиться? И ведь в грязи лицом ударить ни в коем случае нельзя! Эйнн ещё какое-то время стояла, обдумывая, кого же пригласить, какие блюда приготовить, а зал… как же украсить зал? Последние слова отца дошли до нее не сразу, и только через несколько мгновений, она тряхнула головой, отгоняя мысли о празднике и его подготовке, смущенно, словно бы извиняясь за бардак в голове улыбнулась отцу, прошла устроилась в кресле. Эйнн оправила подол платья, и тут же посмотрела на отца заговорщически сощурив глаза.
- Вы сказали, другой повод? А что за повод? - Девушка сгорая от любопытства глядела на отца. Неужели, это не все сюрпризы, что он ей приготовил?


- Тебе уже девятнадцать - Алистер опер обе руки предплечьями на стол, и переплел пальцы. - Рано или поздно тебе все-таки надо будет подыскать супруга. Мы ведь не раз с тобой об этом говорили. Ты помнишь?


Что-что, а разговора о женихах и будущем, Эйнн сейчас ожидала от отца меньше всего, поэтому в глазах её сначала мелькнуло удивление, сменившееся тревогой. А в животе, словно бы заворочались змеи, заполняя все её естество волнением и страхом.
- Помню… - Она выдавила из себя улыбку. - И обещала вам, что выйду за того, кого вы мне выберете, отец.
Опустила глаза, рассматривая, ставшие неожиданно такими интересными - пальцы правой руки, и словно бы невзначай спросила :
- Вы хотите мне сказать, что отдали кому-то мою руку? Ведь, зачем вам тогда снова говорить со мной об этом?
Голос звучал чуть гнусаво - Эйнн насупилась, прячась от отца за водопадом темных волос.


- Затем, чтобы для тебя это не стало неожиданностью. - спокойно отозвался Алистер, во взгляде которого, несмотря на мягкий тон, светилось напряжение - Я ищу тебе супруга, Эйнн. И на этот раз, дал себе достаточно времени присмотреться к кандидатурам на роль будущего зятя, чтобы не ошибиться по собственной доверчивости, как в первый раз. И еще не знаю сам, кому отдам предпочтение, но будь уверена, я выберу тебе человека, в котором буду лишь полностью уверен.
Он помолчал. Не хотелось напоминать дочери ни о том, почему он так торопится с помолвкой, ни о том, что ей уже девятнадцать, и спустя еще год ее будут считать слишком "передержанной" для выгодного брака.
- В начале Ветров, я закончу все дела, и скажу, на ком остановил свой выбор. А пока что, будь готова принимать до конца месяца и других гостей, которые, возможно, пожалуют к нам. С самой и свадьбой можно не спешить, но найти тебе супруга, и заключить брачный договор я хотел бы как можно скорее.


- Вы помните о моей просьбе? Это не ультиматум, но, просьба…
Только вот сама Эйнн прекрасно знала, что ни один граф или герцог, кого бы не выбрал отец, вряд ли согласится переселиться в Айтстоун, бросив свое родовое гнездо ради каприза будущей жены, да и сам отец это прекрасно понимает, и не станет даже озвучивать жениху, подобную просьбу дочери. Только, вот, как же объяснить, какие же слова подобрать, чтобы донести до отца, что она не хочет уезжать и оставлять его одного. Был бы жив брат или мать…
- Я буду принимать всех, кто пожелает прибыть на праздник и… и вообще…
Голос предательски дрогнул, но Эйнн сдержала рыдания. “Месяц Ветров… это ведь так скоро!”
- Я выйду замуж…
И девушка быстро поднялась на ноги, схватила горшок с орхидеей, обняла его обеими руками, желая поскорее закончить этот разговор, вот, только надо огорчать отца слезами Эйнн не хотела, и поэтому шагнула к нему и улыбнулась. На этот раз искренне.
- А вы же поведете меня к алтарю… - Она громко всхлипнула, рассмеялась сквозь хлынувшие слезы, утерла их рукавом. - Обещайте мне... что будете навещать меня так часто, как только сможете… Обещаете?...


Алистер нахмурился. Еще бы он о ней не помнил. Просьба. Тогда она применила другое слово. "У меня есть условие" говорила она. И теперь ему было ужасно неприятно видеть подобное, с ощущением угрызений совести, словно бы он не выдавал ее замуж, а собирался принести в жертву древним богам друидов, как это было у тех заведено. Ему и самому была в тягость мысль о том, что придется расстаться с дочерью, но ведь нельзя же держать ее при себе вечно, и видеть, что она воспринимает будущее замужество чуть ли не как кару и наказание - было выше его сил. И хотя она улыбнулась, ощущение этот разговор оставил настолько тягостное, что он пожалел, что завел его. Хотя куда было дальше тянуть. Надо было убрать этот осадок, убрать это ощущение из своего сердца, как-то успокоить и ее, а как это сделать он не имел ни малейшего понятия, поскольку больше всего сейчас, в эту минуту, захотелось уйти к себе в спальню, запереться, лечь и.... не видеть больше никого. Никогда.
Боги, что за постыдный приступ слабости!
Он замотал головой, пытаясь прогнать неуместную усталость, и с вымученной улыбкой притянул дочь к себе.
- До этого еще далеко. И, как знать, возможно тебе никуда не придется уезжать. - он помолчал, прижавшись виском к ее плечу. - Да, я поведу тебя к алтарю. И украшу твои волосы вуалью, которую хранила для тебя мать. Только до этого еще очень далеко, дитя мое. Через несколько дней я поеду к герцогу, за разрешением на твой брак. Еще мне надо списаться с некоторыми людьми. И, в конце месяца уже смогу говорить об этом с большей определенностью.


Эйнн отставила горшок и положила ладони на отцовские плечи. “Все будет хорошо, все будет хорошо, все будет хорошо…” Твердила она про себя, пока наконец, сама в это не поверила.
Когда слезы перестали литься из глаз сплошным потоком, Эйнн стерла соленые капли со щеки тыльной стороной ладони, икнула отстраняясь, и с улыбкой надежды спросила:
- А я буду такой же красивой как матушка в день свадьбы, да? Вы будете мной гордиться?


- Я всегда горжусь тобой, моя девочка. - тепло улыбнулся Алистер, запрокидывая голову, и глядя на дочь снизу вверх. - Ты - самое лучшее, что есть в моей жизни. Ты и есть моя жизнь. Мой свет, мое солнышко. И не надо плакать. Я же обещал тебе, и все будет хорошо. Слышишь?


Она только рассмеялась, по-детски смущаясь и краснея.
- Да. Только, вы не сердитесь на меня за слезы, прошу... мне очень не хочется с вами расставаться...
Отвернулась, взяла со стола горшок, и громко хлюпнула носом. Уже в самой двери, потянувшись к медной дверной ручке, она обернулась.
- А я всегда буду любить вас... Всегда...
И поспешно вышла, даже не прикрыв за собой дверь, Эйнн шла по тёмному коридору глотая слезы, вытирая их рукавом с лица. Вот и все, вот и закончилась её беззаботная пора...


Алистер несколько мгновений сидел, глядя на закрывшуюся за ней дверь, после чего вздохнул с облегчением. Ну вот и все. Главное было сказано, а теперь... Теперь надо было действовать. Дождаться возвращения своего гонца от герцога, получить разрешение... да, это в первую очередь, а остальное - потом.
Он поднялся с кресла, подошел к окну, и распахнул его, желая впустить в кабинет свежий воздух. Сидевший на каменном выступе за окном нахохлившийся ворон обернулся на скрежет ставней, раздраженно растопырил крылья, и пронзительно крикнув в лицо графу, с шумом сорвался с карниза, взмывая в светлое пасмурное небо. Алистер невольно поежился. Не то от холода, не то от этого протяжного, почти человеческого крика, и отошел от окна, невольно потеряв нить своих прежних размышлений. Ага. Гонец. Вернется максимум завтра. Что ж, будем надеяться, что аудиенцию назначат как можно скорее.
И он, снова усевшись за стол, придвинул к себе свиток. И жизнь в Терадене текла прежним чередом.

___________________________________________________
И день грядёт... с моих колен
Она вспорхнёт, попавши в плен
Коварных чар чужих мужчин, 
Где каждый - вор и сукин сын.... 
Посмотреть профиль
Сообщение  Вс Мар 19 2017, 14:05
Эйнн Арден
Дочь вереска
avatar
Репутация : 276
Очки : 525


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
11


Вечером, сидя на кухне вместе с Алмой и перебирая сушеные травы, Эйнн уже пришедшая в себя после утреннего разговора с отцом,  расспрашивала кухарку о свадьбе её родителей. И от самой матери и от отца, девушка слышала, и не раз все в подробностях. И их переживания и чувства в тот день, и напутствия родных, и то ощущение эйфории и непомерного счастья и волнения, когда они принесли клятвы и скрепили их поцелуем. И весёлый пир с многочисленными не слишком приличными пожеланиями и напутствиями семейного счастья. Так что кухарка делилась с ней своими впечатлениями и воспоминаниями.
Сегодня Эйнн захотелось вновь услышать все, абсолютно все еще раз. Отца тревожить не хотелось, он и без того устал, она это видела, и тоже понимала, что не только ей одной будет больно, когда тот самый неизвестный жених, став её мужем, увезет её в свое родовое гнездо. Зачем бередить раны сейчас - у них будет ещё время для слез и прощаний, для воспоминаний о беззаботном прошлом, а пока…
Шалфей, корень аира, ромашка, розмарин, вереск и лаванда, листья шиповника и веточки малины, ягоды брусники,  мята и прочие лекарственные и пряные травы - все это, заранее собранное и засушенное ещё с конца лета и начала осени, теперь, лежало на длинном столе. Алма с Эйнн собирали отдельно малину и ромашку, шиповник, сморщенные ягодки брусники для отваров, сматывая травы в небольшие пухлые венички. Часть они измельчили и смешали, рассыпая по матерчатым мешочкам, как и коренья. Шалфей, вереск и лаванда тоже частью были рассыпаны по мешочкам, частью связаны в пучки, длиной с большой палец, и толщиной в два. Их, Эйнн связывала белой ниткой, совсем как это делала матушка.
Мысли и разговоры о свадьбе волновали Эйнн, и даже такая монотонная работа не отвлекала. Кто её избранник? Как он будет относиться к ней? Стар ли он, или её возраста? Почему отец выбрал именно его? Почему, этот самый жених согласился принять её руку или же, о боги - сам просил её руки? Дозволят ли ей забрать с собой орхидеи и Звёздочку?  Или оставить их отцу, как память о ней?  Станет ли она хорошей женой? У неё появилось множество и других вопросов, на которые, ответы ей могла дать только покойная матушка - Алму девушка о некоторых моментах спрашивать постеснялась. Ну и отец тоже мог прояснить многое, только, вот как к нему подступиться, как не расплакаться и не огорчить его снова? Что-то Эйнн решила для себя уже сейчас, например то, что если ей на самом деле придётся покинуть Айтстоун, то она непременно упросит мужа или попросит отца поговорить с ним, и разрешить ей приезжать в Айтстоун, как можно чаще. Уверена она была и в том, что продолжит собирать травы, и вязать такие же ароматные пучки и на новом месте, а потом подумала, а что, если на новом месте этих трав просто не окажется? Что тогда? Сколько вопросов…
Время перевалило за полночь, трав на столе оставалось всего ничего и кухарка, заметив, что девушка уже начинает клевать носом, отправила её спать.
А ночью, Эйнн приснилась свадьба. Вернее, свадебный пир. Лиц ни у жениха, ни у невесты было не разглядеть, но Эйнн была уверена, что это она сидит за длинным столом, скрытая с головы до ног плотной белой вуалью и поднимает наполненый до краев кубок… Только наполнен он был вовсе не вином. Густое, алое стекало по бокам кубка, окрашивая держащие ножку пальцы багряным и капало на белую скатерть. Голоса, рой голосов - слов не разобрать, Эйнн стало жутко и неуютно, и она медленно, словно что-то сковывало её движения обернулась. Кто-то звал её по имени… Ворон! Чёрная птица летела прямо на нее, разинув клюв в беззвучном крике. Эйнн завизжала и зажмурилась, не в силах двинуться с места  и… проснулась.
Простыни и покрывало неприятно липли к телу, волосы облепили влажное от пота и слез лицо. Сна Эйнн уже не помнила. Только сковывающий тело ужас и животный страх…  
Утихающий дождь мерно постукивал в окно. Уже светало, хотя до рассвета, времени ещё оставалось прилично. Сердце все еще колотилось как бешеное, гулко отдавался каждый его удар в груди и не хотелось больше спать. Эйнн боялась. Боялась, что едва положит голову на подушку, едва сомкнет глаза, то снова увидит этот кошмар. Поэтому, девушка зажгла свечу, накинула на плечи теплую шерстяную шаль и завернувшись в покрывало вышла в коридор и спустилась вниз, в гостиную. Залезла с ногами в кресло, поплотнее, до самого носа натянула покрывало и слушала затихающий дождь, пока усталость и сон не взяли свое.
Проснулась Эйнн в своей постели. “Кайд…” Больше никто из охранников без разрешения отца к ней бы не прикоснулся, не сам же отец нес её по коридорам и лестнице на руках… Вошла служанка с подносом. Завтрак Эйнн видимо проспала. Выбравшись из постели, стоя босыми ногами на холодном полу, поскорее стягивая с себя ночную рубашку, и ныряя в заботливо нагретую служанкой у камина камизу, девушка мысленно ворчала на себя. День сегодня обещал быть насыщенным, а она проспала, час уже потерян, а сделать, и правда предстояло немало. Вчера днем Эйнн разыскала Айвори, смотрителя замка и договорилась, что сегодня они подсчитают все, что лежит в погребах, чтобы подготовиться и пополнить запасы к празднику Дня Начала Года и приезду гостей. Так же, нужно было обойти все гостевые покои и удостовериться, что достаточно будет проветрить комнаты и сменить постельное белье. Ну и слегка украсить, расставив зимние розы или милые мелочи, которые не бросаются в глаза, но создают уют.
Кого пригласить девушка ещё не решила, но точно баронов с их семьями, кузена и кузину, возможно, Дисморов, сама собой дядю с его детьми. “Надо будет обсудить это с отцом. “ - подумала Эйнн заплетая волосы в косы. А ещё, ей очень хотелось бы увидеть и Марвина, да только после их беседы с отцом в столице, бард больше не появлялся…
Завтрак, состоявший из ломтя пшеничного хлеба с козьим сыром и медом, и нескольких сушеных кусочков груш затянулся. Эйнн все ломала голову над тем, чем же развлечь гостей. Само собой, бароны разъедутся по домам уже на второй - третий день, а вот приехавшие издалека на праздник - те же кузен с кузиной, останутся не меньше чем на семь дней, а может и на все дюжину. Охота на оленя, кабана или зайца?  Такое интересно мужчинам, а вот если приедет Ровена, ей вряд ли захочется несколько часов следовать за шумной сворой собак, и распаленными азартом охоты мужчинами. Эйнн помнила её реакцию и слова, сказанные на турнире. Значит, нужно было придумать досуг и для дам.
Айвори, седовласый мужчина лет пятидесяти, нравился Эйнн. Когда у них что-нибудь не сходилось или не находилось, он никогда не отчаивался и всегда у него находилась шутка-другая, поднимающая настроение. Несмотря на больные ноги, и все приближающуюся старость, Айвори все еще обладал острым умом, и девушка ещё ни разу не заметила в его пометках хоть одной ошибки. Начали с винных погребов. Подсчитав, какие запасы следует пополнить, Эйнн припомнила, кто из гостей какое вино любит, какой эль, медовуху и прочие напитки, чтобы закупить то, чего в их погребах не оказалось. Айвори все дотошно записывал.
Так неспешно тянулся день. Каждый был занят делом, и Айтстоун, пожалуй, походил на муравейник. Особенно, когда вместе со служанками, Эйнн ходила и проверяла гостевые покои. К вечеру, вымотавшаяся девушка вылетела во двор, желая найти Кайда, Бранна или Сафира, или, вообще хоть одного слугу мужского пола, которые словно бы все куда-то подевались. В одной из комнат служанкой обнаружилась здоровенная крыса.
“- Она с собаку размером! Богами клянусь! А зубья с мою ладонь и глаза страшные!”
Мышей Эйнн не боялась, а вот крыса…
- Ой…
На ступеньках девушка столкнулась нос к носу с отцовским гонцом. Она видела, как он вчера отправлялся куда-то, подгоняя чалую кобылу, но спрашивать у отца - к кому отправился гонец, не решилась. Почему-то, ей думалось, что к возможному жениху. Теперь же Эйнн захватило любопытство.
- Это письмо для графа? - Она заметила в руках мужчины трубочку письма и часть гербовой печати. - Давайте я его ему передам.
И протянула руку. Гонец колебался, по его осунувшемуся лицу было видно, что он устал. Ночной дождь размыл дороги, и только днем, грязь, наконец, схватилась тонкой коркой.
- Давайте же, я как раз шла к нему. - Слукавила Эйнн и добавила. - Скажите Алме, пусть нальет вам горячей похлебки и не жалеет тушеного мяса.
Мужчина сдался, отдал ей письмо и поспешно, стаскивая с рук перчатки, скрылся в дверях. А Эйнн разглядела печать герцога Эламены... Как-то сразу сникла, несмотря на то, что уже начала придумывать, каким будет её свадебное платье, и покрутив письмо в пальцах, отправилась искать отца. В замке его не оказалось, и только после получасовых поисков, один слуга упомянул, что видел графа направляющимся к кладбищу. По спине у девушки пробежал холодок и почему-то вспомнилось то утреннее, дурное ощущение ужаса.
Эйнн не была на могиле матери с начала месяца Роз. Находиться там, среди мёртвых, было… Больно. Но дожидаться, пока отец вернется, девушка не стала, и накинув тёплый плащ, отправилась на кладбище. Уже во дворе встретила Родри и попросила проводить её.
Кладбище располагалось недалеко от замковых стен, на поросшей вереском равнине. Были здесь и небольшие, заросшие плющом холмики, и никто уже и не помнил, кто там лежит, были и простые, грубо обтесанные камни со стершимися от постоянных ветров и времени надписями, возвышались и склепы. И у одного из них, стоял отец. Ладонь его касалась каменной стены, плечи были опущены. Поколебавшись, Эйнн махнула Родри, чтобы ждал их здесь, а сама, тихонько, стараясь не цеплять подолом платья сухие кусты вереска и могилы, подошла к отцу и молча обняла его за талию, прислоняясь щекой к его спине.
- Я тоже по ним очень скучаю… - прошептала Эйнн не торопясь отдавать письмо. - Очень…
Она вдохнула свежий, уже пахнущий морозом воздух, изо рта вырвалось полупрозрачное облачко пара.
- Вам письмо, отец.
И отпрянула, протягивая ему скрученый трубочкой пергамент.

___________________________________________________
За все я вас благодарю...

Посмотреть профиль
Сообщение  Вс Мар 19 2017, 22:48
Алистер Арден
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 262
Очки : 413


Здоровье:
0/80  (0/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
12


Алистер не услышал, как она подошла, и вздрогнул от прикосновения, так, словно его ткнули раскаленным железом. Но тут же, услышав ее голос, вздохнул с облегчением, обернулся, сгреб ее в охапку и коснулся губами лба. Нет, не потому что скучал - пришел он сюда сегодня. Слишком мучительным было для него прощание, и слишком многое довелось пережить, чтобы в такое простое слово вместить бесконечную тоску, которая стерегла душу везде, где заканчивались насущные заботы и проблемы. Бескрайнюю. Как вересковые пустоши, окружающие Айтстоун. Замок был точно отражение его самого, его жизнью, Эйнн, текущими делами и планами. А безбрежный простор, где над просторами каменистых, поросших вереском плоскогорий царствовал один лишь ветер - был тем, что осталось от его души, опустошенной годами, потерями и одиночеством. Со временем, тоска эта стала привычной и неотъемлемой от сознания, притупилась и потеряла остроту, из нее выветрилась боль, выветрилось и горе, и теперь, как плывущий над вереском туман иногда звала его к себе - памятью, и потребностью приходить сюда, одному. Слушать тишину, ветер, словно бы отрешаясь от хода времени, и в полной мере ощущая бесконечность этой великой реки, в которой все человеческие жизни - не более чем песчинки, влекомые течением.
Но и говорить об этом было незачем. Есть вещи, которые нельзя выразить словами. Да и незачем. Ничего, кроме огорчения это не принесет его дочери, которая в своей юности еще не может осознать того, какой бесконечно усталой пустотой и смиренным ожиданием может быть наполнена жизнь, и сделает вывод разве что тот, что отец несчастен, и начнет винить в этом себя, вновь и вновь припоминая собственные ошибки, в надежде, что все можно исправить, как тот садовник, который пытается вернуть к жизни засохшее дерево усердной поливкой и удобрениями. А ведь никто не в чем не был виноват. Боги сложили судьбу, и не им, людям, спорить с ними, роптать или жаловаться. И принимая от богов дары, следует уметь принимать и все остальное. И не роптать.
Алистер принял письмо, сломал печать, развернул, и, пробежав глазами, кивнул. Странно было возвращаться из той оторванности от мира, в которой только что бродила его душа, обратно, к делам насущным, но Эйнн - последний якорь его на земле, словно маленький огонек умудрялась согревать душу одним своим присутствием, вдыхая в него ощущение настоящей жизни. Той, которая словно замирала или отлетала, когда ее не было рядом. И, глядя на нее, задумчиво улыбаясь запаху вереска от ее волос, и глядя в ее глаза он был жив, и жил по-настоящему.
- Герцог пишет, что готов принять меня в любое время. - произнес он, сворачивая свиток - Это хорошо, я опасался что он до сих пор держит на меня зуб за ту старую историю с его сестрой. Раз он настроен так любезно, то следует этим воспользоваться. Поеду завтра же.
Он сунул свиток в рукав, и снова приобняв дочь, глубоко вдохнул пронзительно свежий воздух, горьковато-пряный от запаха засыхающих трав, поднимая голову к небу, и подставляя лицо порывам ветра, треплющим его волосы
- Ох... девочка моя, девочка. Как же хочу я, чтобы все, наконец, удалось. Тяжко мне было растить тебя одному. Может и не все я делал правильно, и много ошибок допустил. Но, как же счастлив тем, что ты у меня есть. И как же буду спокоен, когда, завершив свой долг пойму, наконец, что все сделал правильно, и что ты будешь счастлива!

___________________________________________________
И день грядёт... с моих колен
Она вспорхнёт, попавши в плен
Коварных чар чужих мужчин, 
Где каждый - вор и сукин сын.... 
Посмотреть профиль
Сообщение  Пн Мар 20 2017, 16:49
Эйнн Арден
Дочь вереска
avatar
Репутация : 276
Очки : 525


Здоровье:
80/80  (80/80)
 
13


- Я уже счастлива.
Эйнн прильнула к отцу, вслед за ним поднимая лицо к небу, глядя на тяжёлые облака, гордо плывущие в серовато-голубой вышине.
- Я сча-астлива-а!!! - Прокричала она неожиданно даже для самой себя, вспугнув притаившихся в ближайших кустах птах.  - Счастлива!
Эхо пронеслось по пустошам, подгоняемое ветром.
- Счастлива… И я не боюсь, то есть, боюсь, конечно… Но вы ведь меня за плохого человека не отдадите, я знаю. И ничего вы не делали не так, и… - Светло улыбнулась. - И я назову своего сына, вашу кровь и наследника Алистером, отец, если позволите…

___________________________________________________
За все я вас благодарю...

Посмотреть профиль
Сообщение  Пн Мар 20 2017, 17:38
Алистер Арден
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 262
Очки : 413


Здоровье:
0/80  (0/80)
 
Рейтинг сообщения: 100% (1 голос)
14


* Совместно

Алистер печально улыбнулся, передернул плечами, словно сбрасывая с них тяжелый груз.
- Вот и хорошо. Тогда я смогу с гордостью и полным основанием сказать, что выполнил свою миссию на земле. И не стыдно будет перед твоей матерью.
Он оглянулся на склеп, окидывая его взглядом сверху донизу, словно видел впервые, хотя каждая трещинка, каждый оттенок мха на этих камнях был ему знаком, как было знакомо и расположение саркофагов внутри. Там еще оставалось довольно места. Этот склеп был устроен относительно недавно, и упокоение свое в нем нашли его мать, отец, младший брат, а потом - двое детей и жена. И еще три гранитные плиты в каменном полу, и каждая из них ожидала, когда ее поднимут, чтобы в открывшуюся выемку умостить саркофаг. Кого дожидались эти плиты. Его самого? Алдреда? Эйдана? Эйнн...  
От этой мысли по спине прошла дрожь, он передернулся и поскорее отвел взгляд от стены склепа, словно увидев сейчас сквозь нее эти терпеливо ожидающие плиты.


- Знаешь - неожиданно сам для себя произнес он вслух, отворачиваясь от склепа и подал дочери руку чтобы пойти с ней к замку- Может не ко времени, но хоть к месту, давно хотел сказать - когда придет мой час, я бы хотел найти покой не здесь, да простит меня Алесса, а под кленом у обрыва. Хоть могилам и нет дела до происходящего вокруг а все же хотелось бы остаться там, где ветер пахнет вереском а не в этих стенах


Живые среди мёртвых...  Они с отцом стояли посреди кладбища окруженные могилами предков. Сколько поколений Арденов нашло покой в этой земле, пожалуй, никто точно уже и не помнил. Приняв отцовскую руку, Эйнн прижалась щекой к его плечу, и они неторопливо двинулись к замку, под шелест вереска под их ногами. Ответила она не сразу, прикусив губу, какое-то время размышляла над словами отца. Здесь покоятся все Ардены, все их предки, все те, благодаря кому, они существуют здесь и сейчас, но то место у клёна…
- Я выполню вашу просьбу, отец, и,  если позволите, мне хотелось бы, чтобы и я нашла свой покой там, подле вас. А матушка… Она бы все поняла, я в этом уверена.  - Улыбнулась Эйнн, чуть сильнее сжимая отцовскую руку, привлекая его внимание. - Вы расскажете мне о матери, какой она была, когда мы ещё не родились?  Дядя сказал мне одну вещь, которая не идёт у меня из головы… - Она медлила, не решаясь произнести это вслух, ведь, это был едва ли не первый раз, когда не её внешность, но характер сравнили с материнским. - Он… Он сказал,  что я похожа на мать больше, чем он думал. Почему он так сказал, отец?


Алистер нахмурился. Странными и тяжелыми показались ему ее слова. Неуютными, неправильными. Неуместными. Для того ли он пекся о том, чтобы как можно удачнее пристроить ее замуж, чтобы она, презрев семью и супруга нашла упокоение подле отца? Вот уж что он счел бы худшим для себя оскорблением, попроси его Алесса перед смертью отвезти ее прах в отчий дом. И жене надлежит быть при муже, а не при отце, тем более если супруга ей выбирают с таким тщанием. А с другой стороны... Боги да пошлют девочке долгую жизнь, чтобы она успела это понять, и проникнуться статусом замужней женщины и матери детей, когда по закону всех миров в ее жизни основное место займут супруг и дети. А сейчас она попросту не знает всего этого, не знает и не ощущает, и он, отец, сейчас главный человек в ее жизни. Что ж, волей богов и природы, это все изменится, когда она станет уже не только дочерью, но супругой и матерью.
И он промолчал, не желая отвечать на этот вопрос, и не желая раскрывать тему, которая сейчас была бы пустым, ненужным разговором, поскольку девочка еще понятия не имеет, с кем ей предстоит связать свою судьбу. Все это будет. Всему свое время.
Зато второй ее вопрос был настоящим продолжением его мыслей. Настолько, что он поежился. И ответил не сразу, и так тихо, что она с трудом его расслышала
- Не знаю, родная. Алесса была смелой и открытой. Всегда говорила, что думает, и ничего не боялась. Ей все было в игру, и все было интересно и смешно. Весь мир принадлежал ее желаниям. И все, всегда ей сходило с рук. Может поэтому ее и сломало... то, что произошло. Жизнь оказалась не только интересной шуткой. У смерти нельзя вымолить прощение, или заставить ее переменить решение, вскарабкавшись на колени, ласкаясь и дерзя. Она ставит нас перед фактом, и тогда приходится либо осознать, что мир не вращается вокруг нас и наших желаний, и жить дальше, либо... либо сломаться.
Он помедлил, и крепче сжал руку дочери.
- Я предпочел бы, чтобы ты была похожа больше на меня, девочка моя. Стрелу легко сломать, но лук можно лишь согнуть.
Потянуло с пустошей холодным, почти по-зимнему холодным ветром, заставив графа поплотнее запахнуться в плащ. Отец и дочь удалялись в сторону замка, когда за их спинами, на остроконечную крышу склепа медленно взмахивая крыльями опустился громадный черный ворон, и пронзительно каркнул им вслед, вызвав этим, почти человеческим криком целый ответный хор воронья на сухих ветвях расколотого молнией тиса неподалеку от замковой стены.

- Эпизод завершен -

___________________________________________________
И день грядёт... с моих колен
Она вспорхнёт, попавши в плен
Коварных чар чужих мужчин, 
Где каждый - вор и сукин сын.... 
Посмотреть профиль
Сообщение  Пт Мар 24 2017, 23:59
Спонсируемый контент

 
15


Сообщение  
 
20.10.1253 - 28.10.1253. - Туман над вереском
Предыдущая тема Следующая тема  Вернуться к началу 
Страница 1 из 1

Хроники Кэйранда  :: Башня летописца :: Хроники былых времен +
Перейти:  

LYL Зефир, помощь ролевым White PR photoshop: Renaissance


Рейнс: Новая империя. Политика, войны, загадки прошлого Солнце встанет, когда ты будешь чист разумом. РИ 1812: противостояние Borgia .:XVII siecle:.
Игра Престолов. С самого начала Francophonie Разлом War & Peace: Witnesses to Glory Айлей
ВЕДЬМАК: Тень Предназначения Supernatural Бесконечное путешествие Белидес

Мы ВКонтакте

LYL