ФорумМир Кэйранда. МатчастьКарта мираПоискПользователиГруппыРегистрацияВходPR-вход

Хроники Кэйранда :: Башня летописца :: Хроники былых времен
 

 30.09.1253. Что-то кончается, что-то начинается...

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз 
АвторСообщение
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)



Дата, время: 30.09.1253 г., немногим после полуночи.
Место действия: Ал-Антар, покои четы Карнарвон
Участники: Фелан Авенмор, Гвенн Авенмор
Предыстория/суть темы: В темноте, при свете дня, тот вой преследовал меня...
Посмотреть профиль
Сообщение  Чт Фев 23 2017, 11:51
Фелан Авенмор
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 56
Очки : 56


Здоровье:
0/80  (0/80)

Ночь была холодной и ветреной. Ветер завывал за стенами Ал-Антара, из окон тянуло пронзительным холодом, огонь в камине то и дело принимался реветь как дракон, которому отдавили хвост. В свете десятка свечей груды бумаг на столе отсвечивали желтым.
Уже несколько часов Фелан Авенмор, Лорд-Слышащий кэрского королевства и младший брат короля, сидел, сгорбившись над этим столом, и щурясь читал бесчисленные донесения, пытаясь найти в этом ворохе совершенно бесполезной информации ключ к загадке, которая потрясла замок несколько дней назад.
И ведь никаких зацепок. Шепчущие облазили каждый трактир, каждую таверну и гостиницу в городе, и целые груды бумаг с их отчетами уже вторую ночь заставляли Фелана корпеть над ними без сна. Решив взять это дело под свой личный контроль, Белый Дракон впервые ощущал себя совершенно беспомощным болваном. Ни один из опрошенных не показал, что в его заведении останавливался рослый мужчина средних лет, похожий на воина, с большим шрамом на ребре левой кисти. А других примет не имелось. Проклятье. Видимо за этим ему и изувечили физиономию, поди найди теперь его следы в огромном городе. А может кто-то из солдат? Может быть приезжий? Явно не аспарец, и не норкинг, но может быть логриец? Никто из жителей не заявлял о бесследной пропаже кого-то из знакомых, но как знать, может быть просто муж поскандалил с женой, вот она его и не ищет?
Наверное даже в стогу сена отыскать иголку и то легче. Даже и не наверное, а наверняка.
Фелан с раздражением бросил на стол листок, который только что пробегал глазами, и откинулся на спинку кресла, протирая уставшие глаза. Думай, думай, Фелан! Завтра надо докладываться брату, а что я ему скажу? Что "след утерян" Ох и устраивал он выволочку своим людям за эту фразу, а теперь, выходит, сам должен за нее прятаться! Сознаться что он, он, почти всемогущий и всеслышащий, каким его считали, чего-то не может?
Он со скрежетом отодвинул кресло, и подошел к камину, повернувшись спиной к огню. Огонь приятно согревал. Думай, Фелан! Кому могла быть выгодна смерть главнокомандующего армией? Глупый вопрос. Да кому угодно! От логрийского императора до любого, чьи родичи были казнены после подавления вестморского мятежа. Семьи зачинщиков Рикард вырубил под корень, и тогда еще Белый Дракон полагал, что это уж слишком крутая мера. Ох насколько было бы проще, если бы и семьи всех участников тоже пошли по тому же адресу! Восемь с лишним тысяч трупов убитых в боях, и развешанных на деревьях, а ведь у каждого из них остались жены, братья, отцы, дети. Кто знает, кто мог спустя два года добраться таки до мести? Или наемника нанять!
Мысль о наемниках на секунду его взбодрила, он кинулся было к столу, но остановился, махнув рукой. Это вон только Стальная дюжина, окопавшаяся рядом со столицей, действовала как официальный орден, да и то, только потому что принц Астер вбил себе в голову что надо поддерживать ушедших от дел ветеранов. Без сомнения, благая мысль, кто бы спорил, но это вновь составляло трудности. Ни для кого не было секретом, что свою башню у Альмы наемники получили лишь в результате его покровительства, ни одна кодла в стране больше не действовала так, в открытую, еще и собственный герб изобрели. А сколько их еще по стране шляется.
От всех этих мыслей кружилась голова.
И было холодно. Не по-настоящему морозно, а противно-холодно, как будто кто-то ледяными пальцами прохаживался по спине, заставляя ежиться. Иди пойми, это в комнате холодно, или это его снова знобит. Наверное все же, озноб, ведь даже рядом с пылающим камином он не проходил.
Он поворошил поленья в камине и посмотрел на клепсидру, о которой говорил брату еще летом. Полночь уже миновала. При взгляде на заваленный бумагами стол, стало тоскливо. Велеть, что ли, принести горячего вина?
Вина Белый Дракон обычно не пил, втайне, хоть никому бы в этом и не сознался, бравируя перед самим собой своей стойкостью, и старательно сооружал вокруг себя ореол непогрешимого, вечно пребывающего настороже, вечно натянутого как струна, опасного и сдержанного человека. И тем досаднее было, что, несмотря ни на что, племянника его опасались куда больше.
Он с досадой вздохнул, растер нывшую спину, и поглядел в окно за которым по темному небу, словно гоняясь друг за другом, неслись облака. Вечно так, кому-то что-то достается легко, а кому-то вот так приходится корпеть днями и ночами, а на виду все равно, результаты деятельности того, другого. А тебя почитают только потому, что не знают толком, чего от тебя ждать. Ну а к чему им опасаться. Предположим знаешь ты все на свете, и что? Карал кого-нибудь самолично? Нет. Все дела решались на закрытых советах короля, и...
Фелан досадливо скривился. Брат ему доверял всецело, но всецело доверял и Рикарду. А вот случись какой-то заговор? Кто его раскроет? Он, Фелан. А кто покарает? Рикард. И чье имя опять окажется у всех на слуху, а жестокость кары усилит страх? Снова Рикарда. Нет, он был дружен с племянником, который был ему почти ровесником, но, временами такая несправедливость просто раздражала. И этот проклятый убийца, чтоб ему икалось во всех двенадцати безднах до скончания времен, неужели не мог оставить хоть где-нибудь мало-мальски значимые следы своего присутствия. Кто мог быть столь значительным, чтобы подослать убийцу, и тут же оборвать нить, да еще сделав труп неопознаваемым?
Он крутился в кругу неразрешимых вопросов, и это раздражало еще больше. Что он, еще недавно самоуверенно заявивший королю, что имеет соглядатаев даже в купальнях Алерта Ахани, и может сообщить, сколько раз в день чихнула младшая дочка какого-нибудь сапожника в Нормерии, теперь не в состоянии раскрыть дело о покушении на убийство легата армии. Ну и правда, отчетов о чихах нормерских девчонок с него никто не требовал. А если бы потребовал, выходит, я и тут сел бы в лужу?
Раздражение царапало горло. Белый дракон сухо откашлялся, присел на корточки, и поворошив поленья в камине, протянул к огню ледяные руки, чтобы согреться.

___________________________________________________
Безопасность государства не имеет ничего общего со справедливостью.
Посмотреть профиль
Сообщение  Пт Фев 24 2017, 17:05
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)

Подчас бывает, что от ветреных ночей больше проблем, нежели пресловутой атмосферы уюта, воцаряющейся в надежных стенах старого замка. Эта ночь, как и следовало ожидать, оказалась из разряда проблемных.
Огонь в камине вновь взвыл, а налетевший порыв ветра, неожиданно сильный, с треском врезался в затворенные ставни, силясь пробиться в людское жилье. Доселе почивавшая глубоким, лишенным тревожных видений сном, графиня Карнарвон беспокойно заворочалась, тяжело вздыхая. На краткий миг повисшая в спальне тишина, нарушаемая лишь едва слышным потрескиванием, успокоившегося было пламени, неожиданно отступила под натиском раздавшегося в смежной комнате скрежета. В ночи все звуки кажутся громче, от того и движение старой мебели, донесшееся из кабинета Лорда-Слышащего, на сей раз оказалось решающим фактором в победе разума над сном. Такая привычная мелочь, на которую Гвенн за долгие годы семейной жизни научилась не обращать внимания, сегодня обернулась против неё.
В кабинете мужа раздались тяжелые, беспокойные шаги, сменившиеся сухим кашлем. Именно этот надсадный, раздражающий звук, и заставил женщину открыть глаза и обратиться в слух. Хвала Богам, на сей раз приступ не затянулся надолго, хотя не мог не тревожить тот факт, что прежде крепкий в теплые месяцы, этим летом Фелан кашлял, почти не переставая. Самонадеянный дурак, он вел себя словно малолетний несмышленыш, когда голосом, не допускавшим споров и возражений, отказывался от изготавливаемых лекарем отваров, не позволял супруге натирать его грудь целебными мазями и игнорировал даже королевские воззвания к его разуму. Ох, Авенмор, и в молодые годы бывший упрямцем, с возрастом он становился лишь хуже. И куда девался хваленый разум Белого Дракона, когда речь заходила о его здоровье?
Гвенн поморщилась, мысли о здоровье Лорда-Слышащего никогда не привносили в её разум покоя и уверенности. Хотя, в последнее время она все чаще задумывалась не о его самочувствии, но о своём. Новые обязанности, появившиеся у графини с момента прибытия в Ал-Антар юной Эгины, супруги Его Величества, оказались на проверку не столь тяжелыми, сколько утомительными и постепенно, сливаясь воедино с необходимостью присматривать за новыми своими, великовозрастными детишками, то бишь фрейлинами, стали изрядно влиять на сон и обычное спокойствие женщины. Прежде легко засыпавшая, теперь Гвенн могла часами мучиться бессонницей, прокручивая в голове события прошедшего дня, либо же ни с того ни с сего просыпаться посреди ночи. Она стала куда более раздражительной, и порой даже чаще мужа появлялась на пороге у дворцового лекаря, прося лекарства от донимавших головных болей.
«Ну и семейка», - леди Карнарвон невесело хмыкнула подобным мыслям, - «один захлебывается кашлем, другая толком не спит и нервничает почем зря, а вместе они даже детей сумели завести лишь спустя столько лет брака и не без помощи травяных отваров, ладно Фелан об этом не знает. И как еще Бранн, да Ригхан не поселились у знахарей? Нет, всё-таки благоволят нам Боги… хотя бы немного.»
За плотно затворенным ставнями окном вновь завыл ветер, на сей раз куда тише, словно сжалился над женщиной, да решил убаюкать её своим пением. В покои графской четы вновь вернулся уют, негромко потрескивало в камине пламя, снаружи грозный Варт затянул колыбельную, и Гвенн сама не заметила, как погрузилась в дрёму.

«…природа постепенно увядала. Окрасившись в золото и багрянец, леса становились молчаливее, в воздухе постепенно разливался покой скорой зимы. Женщина неторопливо шла по незнакомой тропинке, гонимая смутной тревогой и чувством приближения чего-то важного, какого-то события или знака. Под ногами хрустнула, переламываясь, сухая веточка, заставив непрошенную гостью вздрогнуть и замереть, прислушиваясь. Резкий порыв ветра смахнул покрывавший голову капюшон черного плаща, разметал по плечам рыжие волосы, небрежно поигрывая слегка вьющимися локонами. Она огляделась, смутно осознавая, что помнит эту вьющуюся через старый лес тропинку, замшелые камни и стволы вековых деревьев. Всё здесь дышало величественным покоем, но женщина не могла отделаться от овладевшей её сердцем тревоги.
Она едва не вскрикнула, отшатнувшись в сторону и вжавшись телом в иссеченный морщинами древесный ствол, лишь только за спиной раздался шорох ветвей. Тяжелый воздух зазвенел от недовольного карканья старого ворона, доселе рыжеволосой не замеченного. Сделав круг над головой незваной гостьи, он захлопал крыльями, взмывая к смутно видневшимся древесным кронам.
Страх обуял женщину, заставил её позабыть про прежнюю осторожность, да броситься по тропе, петляющей средь деревьев. Грудь ныла от ставшего вдруг студеным воздуха, пот заливал глаза, подступивший ближе коварный подлесок вцепился в полы черного плаща, хлестнул по её ногам, мешая добраться до места. Какого? Она не знала, но чувствовала как это важно. Рывок… она, наконец, выбралась на прогалину и замерла, тяжело дыша. Впереди виднелась затянутая туманом лощина, скрывавшая в себе конечную цель её пути. Подстегиваемая страхом, она сделала первый шаг, начиная долгий спуск в клубящуюся мглу.
Круживший доселе в затянутом свинцовыми тучами небе, старый ворон смолк, мягко опустившись на сухую, лишенную листьев ветвь. Черные бусины глаз неотрывно следили за незнакомкой, пока не скрылись в тумане её рыжие локоны.
Дышать становилось все труднее, но женщина упорно пробиралась средь затянутых вьюном камней и пней. Она понимала, что близка к цели своего многодневного пути, от того и отринула осторожность, ускоряя шаг. Вдали, среди мглы, замаячили высокие камни, один лишь смутный силуэт которых заставил сердце сжаться. То были могильные камни и подле одного из них, с именем, которое не разглядеть с такого расстояния, стояла Она.
Распущенные, спутанные и сбитые в колтуны, длинные волосы небрежно лежали на покрывавшем узкие плечи сером плаще. Костлявые руки были вскинуты к небесам, а до слуха женщины доносился леденящий душу плач. Незнакомка причитала на незнакомом языке, а в унисон ей закаркал, скользнувший в туман давешний ворон.
Отчаянно борясь со страхом, женщина стремилась приблизиться к надгробиям, увидеть имя, высеченное в старом камне. Понять, кому грозит опасность.
Таинственная плакальщица неожиданно смолкла, резко разворачиваясь на месте, являя иссушенное старческое лицо и заходясь пронзительным, оглушающим воем…»


Гвенн глухо вскрикнула, бросаясь вперед, ловя ускользающие остатки сна, но вновь не успевая. Теперь она вспомнила, этот лес, таинственная тропа, петляющая меж деревьев, они снились графине весь последний месяц, с каждым днем она была всё ближе к цели. И сегодня, именно этой ночью она могла увидеть, кому грозит опасность… остатки сна ускользали столь быстро, что женщина уже с трудом вспоминала подробности, лишь в ушах еще стоял леденящий вой.
Тяжело дыша, словно пробежала от самого Ал-Антара до родного Хьета, не присев ни разу, графиня Карнарвон села в постели, обхватив себя руками и испуганно оглядываясь.
«Кошмар, всего лишь кошмар»
Она спустила ноги с постели, поморщившись от холода, да оправив легкую камизу, и обогнула постель, направившись к небольшой двери, вделанной в дальнюю стену. Хорошо смазанные петли не скрипнули, когда женщина, без стука, вошла в кабинет супруга. Осторожно прикрыв за собой дверь, Гвенн прислонилась плечом к стене, устало глядя на сидящего подле камина мужчину.
- Фелан, - окликнула она супруга, с удивлением подмечая дрожь в собственном голосе, - хватит, ночное бдение однажды сослужит тебе дурную службу. Пойдем, час поздний, а ведь ты вновь поднимешься еще до рассвета.
Посмотреть профиль
Сообщение  Пт Фев 24 2017, 19:33
Фелан Авенмор
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 56
Очки : 56


Здоровье:
0/80  (0/80)

Фелан не услышал ее шагов, за потрескиванием поленьев в камине, и вздрогнул, от неожиданно раздавшегося в комнате голоса. Поднялся, неловко опираясь руками о колени, и повернулся к жене со странным чувством неловкости, как к примеру, подросток-оруженосец, которого застали за подглядыванием в комнату фрейлин.
- Ты не спишь?
Вопрос был риторический. Разумеется, она не спит, если уж стоит здесь, босиком, в одной лишь легкой рубашке, с видом усталым и привычным. К неловкости должна была примешаться и вина, он это понимал. Ведь мужчина должен чувствовать себя виноватым перед женщиной, которая из-за света, который он жжет в соседней комнате, не может толком спать по ночам, и которой он причиняет беспокойство своим образом жизни. Должна была,, да только не примешивалась. Зато в должной мере имелась досада на себя, ведь кому приятно осознавать, что причиняешь беспокойство окружающим. Хотя, с другой стороны, не в кости же он тут играет, и не в морру, а серьезным делом занят. То есть пытается заняться. То есть, занимается, но бестолку.
Да, такие мысли не прибавляли Белому дракону оптимизма. Может, и вправду, лучше пойти спать?
А как же остальные бумаги? - противненько вопросил внутри знакомый уже голос
Да ну тебя в Бездну! Все равно до сих пор не обнаружил ничего, может и не обнаружу, может, надо вообще с другого бока это все распутывать. Проклятье, как же хорошо обычным воинам, которым вот дай только цель, и они к ней пойдут, и зарубят, и в плен возьмут, да что угодно сделают, когда действия просты и конкретны и конечная цель ясна. А тут...
Не любил Фелан таких вот мысленных бурь. И плечо жены было самым надежным средством от них, во всяком случае на короткое время.
- Идем - вздохнул он вслух, подходя к ней, и скорее усталым, нежели страстным жестом, приобнял ее за талию, и привлек к себе. - Я снова тебя разбудил? Извини.

___________________________________________________
Безопасность государства не имеет ничего общего со справедливостью.
Посмотреть профиль
Сообщение  Вс Фев 26 2017, 03:25
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)

Их брак был делом далеко не вчерашним, у Гвенн он же и вовсе отнял полжизни, не меньше. А потому и беседа супругов развевалась иначе, нежели у скороспелых любовников и молодоженов. Фелан, и прежде не проявлявший особой прыти, сейчас действовал подчеркнуто медленно, полностью погрузившись в тяготящие его думы. И торопить его, как давно уже уяснила северянка, смысла не было. Лучший вариант спокойной жизни с Белым Драконом – запастись терпением и суровостью, что она и сделала в первые же годы этого чисто политического брака. Насколько правильным решением это оказалось, показало время и такие вот, похожие друг на друга ночи.
Графиня Карнарвон отрешенно наблюдала за супругом, разрывающимся между долгом службы и здравым (в её лице) смыслом, размышляя над тем, как хорошо и одновременно плохо она знает этого человека. Ревностного служаку, упрямца и, чаще всего, никудышного семьянина она видела изо дня в день, точнее ночами, когда он изволил слушать заботливую жену и идти спать. А вот как человек, Фелан Авенмор во многом оставался для неё загадкой, его стараниями почти не разрешимой. Что двигало этим человеком, кроме искреннего желания служить стране и брату? Где скрывалась причина его подчеркнутой суровости? Был ли способ пробить брешь в его равнодушии, добравшись до самой сути графа, вызвать в его душе хоть какой-то всплеск эмоций?
На эти вопросы у Гвенн ответов не было, хотя со временем не только появилась, но и успела вполне себе оформиться мысль о тщетности её попыток и полнейшей неверности всех выводов. Так может, он на деле такой суровый и мало эмоциональный? Или всё-таки дело в ней?
Женщина вздохнула, украдкой поморщившись, регулярный недосып, радовавший её в последнее время наравне с неотступным чувством непонятной тревоги, выматывал настолько, что дочь Слепого Льва раз за разом ловила себя на подобных мыслях. Глупых, не подкрепленных ничем, достойных лишь глупых юных фрейлин и девиц на выданье, но уж никак не тридцатилетней графини, супруги Лорда Слышащего, матери двоих детей. Вероятнее всего она накручивала и её муж просто был таким, каким был, без всяких скрытых смыслов, недосказанностей и тайн.
В камине уютно потрескивало пламя, пуская в пляс по кабинету Белого Дракона искривленные тени привычных вещей. Но, чем дальше они уходили от света, тем более менялись, приобретая очертания непривычные, настораживающие, старающиеся отвлечь внимание, зайти за спину и… за окном недобро взвыл холодный осенний ветер, наполнив душу Гвенн холодом и страхом из недавнего, почти стершегося из памяти сна.
Чувствуя на себе взгляд мужа, она постаралась не измениться в лице, лишь побледнела и тут же, спеша это скрыть, всем телом прижалась к приобнявшему её Авенмору, пряча испуганный взгляд.
- Не извиняйся, - пробормотала она, не смея даже пошевелиться, - я понимаю, насколько важна для королевства твоя работа. И не ты меня разбудил, точнее не совсем ты. Вернее сказать, - нужные слова не находились среди царившего в голове и душе графини смятения, - ох, прости. Меня просто замучили кошмары. Фелан…
Сделав над собой усилие и вернув разуму контроль над собственным лицом, Гвенн слегка отстранилась от мужа. Ровно настолько, чтоб заглянуть ему в глаза, уже не пытаясь скрыть плескавшегося в собственном взгляде страха.
- …у тебя всё хорошо?
Спросила и тут же замолчала, недовольно морщась. За пятнадцать лет брака и жизни при дворе она успела уяснить, насколько лишними здесь бывают проявления человеческих слабостей и чувств.
- Ох, не бери в голову, лучше пойдем, твоя работа может подождать еще несколько часов.
Посмотреть профиль
Сообщение  Пн Фев 27 2017, 14:23
Фелан Авенмор
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 56
Очки : 56


Здоровье:
0/80  (0/80)

- Кошмары? - Белый Дракон казался удивленным. Это слово как-то не вязалось с бесконечной безупречностью Гвенн, которая, казалось вообще не знала что такое страхи, сомнения, или хоть малейшее беспокойство. Идеальная придворная дама, все добродетели которой возведены в абсолют. В такой абсолют, что за пятнадцать лет, Фелан, и раньше-то не слишком пылавший страстью, стал воспринимать ее чем-то вроде отражения его собственной личности в женском теле. Всегда спокойного, правильного, разумного отражения, лишенного всех человеческих слабостей. Она никогда не давала ему повода ни для ссор, ни для злости, ни для раздражения, но с другой стороны, никогда не давала и повода почувствовать себя тем, чем каждый мужчина надеется быть для своей женщины - защитником, покровителем. Их супружество было скорее равноправным партнерством, где сферы влияния равно поделены между двумя составляющими одного целого, взаимоподдержкой, и даже дружбой, но вот обычной, простой гордости и чувства покровительства, когда испуганная или нуждающаяся в защите женщина прячется у тебя на груди от всех возможных напастей этого мира, Фелан так и не изведал. Поэтому ее признание, и удивительное, непонятное, на мгновение даже взволновавшее выражение в ее глазах были явлением таким необычным, что он на секунду остановился, приподняв ее лицо за подбородок, и внимательно всматриваясь в глаза, точно проверяя - не показалось ли.
Но она тут же поморщилась, отвела глаза, снова заговорила правильными и разумными словами, снова обретая свой обычный облик. Разумеется, ко всему привычной, сильной и разумной светской женщиной.
Фелан вздохнул. Меньше всего ему сейчас хотелось о чем-то думать. Как всегда надо бы привычно кивнуть, приобнять ее, да и пойти спать. В такие ночи как эта, он мысленно хвалил себя за то, что пятнадцать лет назад решил, что у них с женой будет одна спальня, несмотря на то, что во всех мало-мальски состоятельных семьях было принято иметь разные. И хотя он никогда не отличался особенным пылом, но просто спать рядом было приятно. Даже Белому Дракону нужно было ощущение этого тепла рядом, хотя он в этом никогда бы не признался. Хотя бы потому, что во сне Гвенн переставала быть той безупречно правильной и сильной какой была днем, и становилась просто женщиной, которая подчас переворачиваясь во сне укладывалась головой на его плечо, или опускала ладонь ему на грудь, и вот ради именно этих моментов, а вовсе не из-за того, что ему жаль было расходов на отопление еще одной спальни, он предпочитал делить с женой ложе не только во время плотских утех. Да и на утехи-то, по правде сказать, особого настроения в последнее время и не возникало.
Да, проще было как всегда махнуть рукой, согласиться с вернувшейся внезапно обычной сдержанностью Гвенн, и отправиться спать, но...
Что-то его задержало.
Или то, что он на мгновение увидел в ее глазах было и вправду страхом? Живым, человеческим страхом? Потребностью в утешении и защите? Неужели?
- С каких пор у тебя кошмары? - все еще придерживая ее за подбородок, он приблизился ближе, поскольку был немного близорук, и удивление в его голосе мешалось с.. осторожностью. - Что тебе снилось?

___________________________________________________
Безопасность государства не имеет ничего общего со справедливостью.
Посмотреть профиль
Сообщение  Вт Фев 28 2017, 09:46
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)

Он проявил заинтересованность?
Несокрушимое спокойствие, в необходимость которого свято верила Гвенн, дало заметную трещину. Она не ожидала от очередной ночи с очередной попыткой отправить мужа спать ничего выбивающегося из привычного им обоим ритма. Графиня зашла в его кабинет, как делала множество раз прежде, попыталась воззвать к его разуму, обратить внимание на слабое здоровье, что так же проделывала не единожды за долгие годы брака и, после его согласия, следовало проконтролировать, что Белый Дракон не остановится на пол пути от постели и действительно ляжет спать… и вот тут что-то пошло не так.
Мужчина мягко придерживал её за подбородок, не позволяя отстраниться и поставить точку в столь ненужном им разговоре, мешая ей вновь уйти в глухую оборону, явив на свет тот образ, что Гвенн когда-то создала специально для него.
Когда-то, добрых пятнадцать лет назад, когда живая, полная чаяний и эмоций девчонка прибыла в Ал-Антар с одной лишь целью – стать супругой младшего брата короля, укрепив тем самым связи меж правящим домом Авенморов и Монтарийскими львами. Прибыла и, лишь только оставшись с молодым мужем наедине, в полутемных покоях сидя на широкой постели, да сжавшись от страха и смущения под внимательным взглядом льдисто-голубых глаз, осознала, какая работа над собой ей предстоит. Как знать, прояви в ту ночь Фелан хоть немногим больше эмоций и участия, стала бы Гвенн сознательно ломать свой характер и убеждения, дабы из полной жизни девочки стать почти полным подобием своего супруга? Хотя, иной раз женщина допускала, что те эмоции Белого Дракона были лишь следствием его смущения, либо же банального незнания как себя следует вести. Однако это был именно тот случай, когда предположения таковыми и оставались, а после и вовсе забывались, дабы не вносить еще больше сумятицы в привычную, размеренную жизнь.
«Я сознательно превратила себя в ледышку, считая, что такой больше подойду мужу, но может я ошибалась? Может он и искренне волнуется, а не переспрашивает чисто из вежливости?»
Самоконтроль Гвенн постепенно отступал, на какой-то миг ей даже захотелось сглупить, повести себя как несмышленой девочке, оказавшейся наедине с небезразличным ей мужчиной, по заигрывать с ним, быть может даже настроить на нечто более продуктивное, нежели простой сон… но нет, Фелан лишь посмотрит на неё, как на полнейшую идиотку. Разочаруется еще, не приведи Боги.
- Кошмары то, - она нахмурилась, стараясь припомнить, когда это началось, - с начала осени, мне кажется. Ничего серьезного, я уже практически ничего не помню, но осадок неприятный остается и потом весь день голова болит.
Она мягко отстранила его руку, дабы можно было, наконец, отвести взгляд, но всё же поддалась порыву и прижалась к мужу.
- Раз за разом просто страх и чувство, что я должна узнать что-то важное, - продолжала она, уткнувшись в грудь Белого Дракона, - а сегодня…
Гвенн почувствовала, как дрожит голос, а следом накатывает стыд. Всё-таки не должна была она терять над собой контроль, дабы не выглядеть теперь так глупо.
- Этот звук, он сводит меня с ума. С каждым днем звучит все ближе и если раньше я думала, что это собака на улице завывает или плачет кто-то из детей, то сейчас, - женщина сделала над собой усилие, чтоб закончить фразу, искренне считая, что уж после оной Фелан вконец разочаруется в своей жене, - я вспомнила, почему проснулась. Это была уродливая старуха, она, наконец, повернулась, увидела меня и завопила.
Посмотреть профиль
Сообщение  Вт Фев 28 2017, 14:34
Фелан Авенмор
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 56
Очки : 56


Здоровье:
0/80  (0/80)

- Собака? Кто-то из детей? - Фелан озадаченно уставился в темное окно, поверх ее головы, машинально запустив пальцы в волосы жены, отливающие рыжиной в свете свечей. - То есть.. звук похожий на вой и плач? Старуха... - он на мгновение отстранил женщину от себя, чтобы заглянуть ей в лицо. - Ты видела баньши? Во сне?
Легкая дрожь ледяными щупальцами проползла по его спине. Баньши. Предвестница смерти. Чьей смерти? И значит ли что-нибудь, услышать вопль баньши во сне? Как-то раз Рикард рассказывал ему, что накануне сражения за Винтерстон ставшие лагерем в лесочке за каменной грядой войска на закате слышали плач кергерайт, хотя саму ее, разумеется, никто не увидел. И правда, до исхода ночи многим было суждено проститься с жизнью вокруг каменных стен замка Линдхольмов. Мимо таких предзнаменований не стоило проходить, не придавая им должного значения. Но то - наяву. А вот может ли баньши, явившаяся во сне напророчить беду наяву?
Снова дрожь ознобом пробежала по телу, и Фелан зябко поежился. Что за чушь. Сон это наверняка просто сон, хотя... если он - просто сон, то почему он так часто повторяется?
- Не обращай внимания - наконец выговорил он, почему-то шепотом, как если бы зловещая призрачная старуха стояла здесь же за створкой двери, и могла его услышать. - Это же был сон.
Но почему-то ему ужасно не хотелось, чтобы Гвенн продолжала думать об этом сне. Фелан всегда полагал себя человеком отважным, хотя в лицо настоящей опасности ему смотреть еще не доводилось, но от соприкосновения с неведомым становилось жутко, и уж куда лучше попросту перестать об этом думать, иначе как бы это неведомое не вылезло из глубин сна в реальный мир, где ему будет нечего противопоставить.
- Не думай об этом. - наконец твердо сказал он, и поцеловал жену в лоб, как бы изгоняя таким образом из ее мыслей навеянный кошмаром жуткий вой. - И вообще, пойдем. Мне не хочется больше работать сегодня ночью.
Он вновь поежился, с досадой оглянулся за свой стол, и покрепче обнял жену. Все это подождет до утра, и ему не хотелось сейчас снова закапываться в бумаги, тщетно ища хоть какую-то твердую зацепку среди зыбкого моря возможностей, и оставаться одному, когда за окном завывает ветер, так похожий на... Проклятье, вот привязалось-то, а...
Но тем не менее уютный кабинет как будто стал холоднее, наполнившись могильной сыростью, и ощущением, что и правда неведомое нечто стоит в углу, незримое, и только и ждет, когда он останется один.

___________________________________________________
Безопасность государства не имеет ничего общего со справедливостью.
Посмотреть профиль
Сообщение  Чт Мар 02 2017, 13:12
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)

Вот и всё, недоумение в его глазах сменилось настороженностью, а после прозвучали именно те слова, услышать которые Гвенн вполне ожидала, хоть надеялась на иное. За первым, страхом? Может быть, хотя она с трудом могла поверить, что её всегда рациональный муж испугается старой байки о пророчащей смерть старухе. Но таки, за первым страхом последовало набившая оскомину фраза: «Не обращая внимания…», которую давно пора было считать личным девизом Фелана, ну или его позицией в общении со своими близкими.
Женщина невесело хмыкнула, отводя взгляд и бессильно утыкаясь лицом в грудь супруга. Следовало ожидать, что её откровение принесет за собой лишь набор дежурных слов. В конце концов, глупо было ожидать от Белого Дракона чего-то иного, других эмоций, других чувств. Мысленно ругая себя за подобный демарш против разумной строгости и малоэмоциональности, графиня Карнарвон позволила мужу поцеловать себя в лоб, безжалостно задавив рвущееся из груди, полное злости и обиды восклицание: «В лоб целуют несмышленых детей, либо же покойников!». Вместо этого она вернулась к более нейтральны словам, которые должны были прийтись Фелану по душе.
- Как скажешь, - вот только в голосе все-таки мелькнула легкая обида, изрядно разбавленная накатившей вдруг усталостью, - это и правда был всего лишь сон. Прости, что потревожила тебя этой ерундой.
Объятия мужа уже не вызывали в душе женщины прежней радости, да и чувства защищенности не прибавилось. Захотелось резко отстраниться, бросить ему в лицо несколько колких, обвиняющих фраз, но был ли в этом смысл? Верным ответом вновь стало отрицание, всё еще теплился в душе страх показаться мужу жутко глупой, неспособной контролировать свои эмоции и готовой лишь затеять скандал из-за сущей ерунды. Нет, уж лучше вновь ничего не говорить и не требовать от него. Куда умнее будет и дальше придерживаться избранной много лет назад тактики и оставаться ему спокойной, лишенной «женских дуростей» опорой. Оставаться другом. Если ты не способна возбудить в его сердце более теплых чувств и эмоций – стань хотя бы другом.
Гвенн через силу улыбнулась, возвращая себе прежнее самообладание, и осторожно провела рукой по лицу Авенмора.
- Работа, как я уже сказала, может подождать до утра. Сам ведь знаешь, насколько проще и, главное, успешнее думается на свежую голову, - женщина слегка нахмурилась, подмечая затаившуюся в глазах графа усталость и напряжение, и продолжила, - и насколько вредно тебе работать по ночам. Побереги себя, Фелан, мало будет нам всем проку, если ты вконец надсадишь свой организм. Кто же кроме тебя сможет стать столь надежной опорой Беренгару? А с кого будет брать пример мужества и верности короне наш сын? Идём, тебе нужно отдохнуть.
На душе стало легче, когда мысли потекли в нужном направлении, и на первом месте вновь оказалось благополучие её мужа. Недавняя обида и сопутствующее ей разочарование привычным образом скрылись в глубинах сознания, разум вновь взял верх над бесполезными чувствами. Гвенн мягко отстранилась от супруга и, покинув его кабинет, неторопливо направилась к успевшей уже остыть постели. Привычным маршрутом обогнула кровать, позволив пылавшему в камине пламени обрисовать скрытое камизой стройное тело, но не остановилась. Даже не подумала использовать это в попытке вызвать у извечно занятого Фелана хоть какие-то эмоции. Ей хотелось поскорее лечь, дождаться, пока муж уснет, и самой прикорнуть на его груди, представляя, что они не чужие друг другу люди.
«Проклятье», - мысленно выругалась женщина, - «хватит дурить, Гвенн. Ведешь себя, словно малолетняя идиотка, не способная мыслить разумно. Двоих детей родила, полжизни прожила в браке, а ума не набралась!»
Графиня поспешила лечь, однако тут же перевернулась на бок и выжидающе посмотрела на мужа, демонстрируя, что не уснет сама, пока он, в свою очередь, не ляжет отдыхать.
Посмотреть профиль
Сообщение  Пт Мар 03 2017, 19:34
Фелан Авенмор
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 56
Очки : 56


Здоровье:
0/80  (0/80)

Фелан молча поймал руку жены, которой та провела по его лицу, поднес ладонь к своим губам, поцеловал, и тут же выпустил, поскольку она немедля прошла вперед в спальню. Да и в жесте его было более от усталости, нежели от страсти. Собственно, страсти-то он похоже за всю свою жизнь, по рационально-отстраненному складу характера, так и не изведал. Впрочем, человеку не дано тосковать о том, чего он не знал, так и Белый Дракон, ни в коей мере не считал себя ущербным, полагая свое спокойное доверие к жене высшим достижением брака. Она была неизменно ровна и приветлива, неизменно рассудительна и собрана, неизменно сильна, служа ему надежной опорой и поддержкой. Фелан ни разу в жизни даже не подумавший о том, чтобы изменить супруге, мог бы считаться со стороны образцом безупречного мужа, тогда как только леди Гвенн было известно, что основным столбом, опорной силой и стержнем их брака являлась она. Как, впрочем, и в любом удачном супружестве.
Застыв на пороге он молча смотрел на то, как она укладывается, после чего принялся раздеваться и сам, с привычной методичностью вешая на высокую спинку деревянного кресла вначале черную котту, расшитую алой нитью, потом штаны и рубаху, оставшись в одних только брэйлах, несмотря на то, что в спальне было довольно прохладно, и подошел к окну. В темноте за дорогим толстым эгемским стеклом в частом бронзовом переплете, ревело море, и стекло то и дело вздрагивало под порывами ветра.
- Плохо быть в море в такую ночь. - задумчиво произнес он, совершенно безотносительно к чему бы то ни было. - А ведь где-то наверняка кто-то сейчас молится Мареалу за свою жизнь, на каком-нибудь драккаре, который швыряет между небом и океаном. Нет худшего врага у человека более чем сам человек.
Нечасто Фелану доводилось впадать в пустое философствование. Вылепив самому себе образ всеведущего и несгибаемого лорда-Слышащего, для которого нет в этом мире никаких секретов и, тем более, не существует неразрешимых задач, он настолько в него вжился, что оказываясь в тупике он начинал чувствовать растерянность, в которой не мог признаться никому, даже жене. А сейчас он находился именно в таком тупике, что даже мысли, казалось, устали колотиться о непрошибаемую стену. И болела голова, болел самый мозг от необходимости быть чем-то, чем сейчас быть совершенно не было сил. Только вот счастливым умением отрешаться от проблем, он тоже не владел, и оттого только усиливалось до бесконечности чувство беспомощности и одиночества, в котором некому было признаться, и в которых, будем честны, ему не хотелось никакой поддержки, которая лишь подчеркнула бы тот факт, что всемогущий Белый Дракон на деле - просто человек.
Ледяная дрожь пробрала по телу, и он, отойдя от окна, забрался под одеяло. Остывший, холодный, так, что даже остывшая постель показалась вначале ледяной. И, в бессознательной потребности в живом тепле, он притянул к себе жену, словно желая отогреть ею собственную закоченевшую душу.
О, женщина. Какой бы ни была женщина, с которой делит мужчина постель, нет более молчаливой и действенной поддержки, чем тепло женского тела, податливого и нежного, которое позволяет привлечь себя в объятия, прижать к груди, вдохнуть едва уловимый аромат, и зарыться лицом в волосы, и лишь в этот момент все мысли, невзгоды и тревоги отступают от края ложа, терпеливо карауля вкруг него, и выжидая возможности вновь накинуться на свою жертву.
Потом. Позже. Не теперь, когда ладонь скользит по плечу милой женщины, очерчивает мягким, властным жестом терпеливого собственника нежный изгиб талии и бедра, словно в стремлении удостовериться что она - есть, она - здесь, частичка тепла, принадлежащая ему одному.
В каминной трубе снова завыло, почти человеческим, душераздирающим воплем, похожим на похоронный стон той самой баньши, о которой говорила Гвенн, и Фелан невольно вздрогнул, крепче прижимая к себе жену.

___________________________________________________
Безопасность государства не имеет ничего общего со справедливостью.
Посмотреть профиль
Сообщение  Пн Мар 06 2017, 11:56
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)

И всё-таки дело, над которым последние несколько дней и ночей работал Белый Дракон, сказалась на его самочувствии крайне негативно.
Гвенн молчала, отстраненно наблюдая за действиями мужа, окончательно решившего отложить работу на утро и направившегося в спальню. Смотрела и не могла не тревожиться его усталому виду, отрешенному взгляду и лишенным живости движениям. Он действовал, явно не задумываясь, отдавшись на милость привычке, раздеваясь неторопливо и методично складывая одежду в определенном порядке. Графиня невольно нахмурилась. Фелан и прежде аккуратно обращался с вещами, но лишь несколько раз за все годы брака она видела, чтоб он столь педантично подошел к развешиванию коты, рубахи и штанов на высокой спинке кресла. Шов ко шву, край к краю, и даже алая нить к алой нити на вышивке, украшавшей одежду Авенмора. Она вздохнула, понимая, насколько дурной это знак и как на сей раз, работа взволновала его.
Женщина чуть отстранилась, отгибая край одеяла и ожидая, что мужчина направится к постели, но и тут он удивил жену. В глазах Гвенн явственно читалось недоумение, покуда взгляд её провожал устремившегося к окну графа Карнарвон.
«Фелан и вдруг философствует? Да что, во имя всех Богов, сегодня происходит? Причем тут бурное море, драккары и люди, молящиеся Мареалу? Не могла же эта несчастная буря столь сильно на него подействовать, в конце концов, он не первый год живет в Ал-Антаре и знает, сколь суровой бывает здесь осень…»
- Фелан, - негромко окликнула она погруженного в мысли Белого Дракона, ощущая нахлынувшую к нему жалость. Однако ответа не последовало, он слишком глубоко погрузился в раздумья.
Пляшущее в камине пламя давало достаточно света, дабы она ясно видела фигуру мужа, его напряженную крепкую спину, но при этом опущенные, словно под тяжестью непосильного груза, плечи, устало склоненную голову. И без того светлые, с сероватым отливом волосы графа, на миг показались ей совершенно седыми.
«Как же быстротечно время», - отстраненно подумала она, - «сейчас ты кажешься таким постаревшим, таким слабым при всей своей силе. Мой бедный Дракон, твоя преданность службе – благо для королевства, но настоящая беда для здоровья и семьи. Ну, хватит пустых размышлений, тебе нужно поспать».
Казалось, граф волшебным образом услышал её мысли, потому как оторвался от темного окна, за которым бушевала стихия, и направился к постели. Крепкое дерево негромко скрипнуло, принимая вес Авенмора, с легким шорохом окутало его одеяло, лишь тогда Гвенн позволила себе лечь, прикрыть глаза и… тут же удивленно их распахнуть. Она видела усталость в глазах и движениях мужа, а потому и не ожидала даже такого, по сути своей простого, но столь красноречивого жеста. Ему было тяжело. Ему было плохо.
Женщина замерла, боясь пошевелиться, не желая нарушить ту атмосферу покоя и взаимной поддержки, что возникла между супругами. Он вновь прикрыла глаза, но сон был забыт. Каждая клеточка её тела трепетала, отзываясь на прикосновения мужа. В тот же миг позабылись все недавние обиды, тяжелый осадок недавнего сна пал под натиском зарождающегося в душе Гвенн ощущения защищенности, что дарила ей близость графа. Он совсем замерз, но прикосновения холодных рук не вызывали у северянки особого дискомфорта, ведь это были руки совсем не чужого ей человека, бесконечно родного и, быть может, даже любимого. Белый Дракон был холоден, и она дарила ему своё тепло, согревая, желая пусть на краткий миг, но уберечь его от невзгод мира, раскинувшегося за пределами супружеского ложа.
Буря крепчала с каждой минутой, и вот уже по каминной трубе пронесся, завывая, холодный осенний ветер. Фелан ощутимо вздрогнул, напрягся, прижимая к себе супругу, разрушая невольно сложившееся ощущение покоя.
Графиня вскинула голову, лишь несколько мгновений назад озарявшая её лицо улыбка сменилась тревогой и всколыхнувшимся в груди чувством нежности к крепче обнявшему её мужчине. Осторожно высвободив одну руку, Гвенн ласково провела по щеке мужа, легонько взъерошила его коротко остриженные волосы, задумчиво перебирая пряди. Подняв голову, она едва уловимо коснулась губами уголка его губ и улыбнулась виновато.
- Прости, - тихо проговорила северянка, скользнув ноготками по шее мужа, его крепкому плечу, - зря я рассказала тебе об этом сне. Такая глупость не стоит того, чтоб ты волновался из-за неё. Быть может, - она опустила руку на грудь супруга, невольно вспоминая, сколько раз ей доводилось растирать Фелана душистыми мазями, ласково провела по его животу, крепкому, словно у бывалого воина, - я могу искупить свою оплошность?
Посмотреть профиль
Сообщение  Вт Мар 07 2017, 19:38
Фелан Авенмор
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 56
Очки : 56


Здоровье:
0/80  (0/80)

Фелан едва заметно улыбнулся, расслабляя руку, однако же, не выпуская жену из этого полуобъятия, и костяшками полусогнутых пальцев провел по щеке склонившейся над ним женщины, отводя назад вьющиеся пряди отливающих рыжиной волос. Говорить не хотелось. Тепло, которое он постепенно начинал ощущать разнеживало, словно он погружался спиной во что-то теплое, мягкое, соблазнительно тяжелое, и все тело наливалось этой приятной тяжестью, которую ощущает человек, когда после долгого, бесконечно долгого, не слишком сильного, но постоянного, изматывающего физического напряжения, попадает в тепло и покой.
Он смотрел в ее глаза спокойным, долгим взглядом, который вкупе с усталой улыбкой, прятавшейся в уголках губ превращал его глаза из обычно льдисто-холодных в глубокие, темнеющие у дна озера. Со странной отчетливостью видел сейчас в полутьме, лишь едва рассеиваемой огнем в камине, каждую ее ресницу, каждую зеленоватую крапинку в ее карих глазах, которые сейчас были такими теплыми.
И ничего не говоря привлек ее к себе, сверху вниз. Таким же теплым был сейчас и вкус этих губ, которые легко поддались, приоткрылись под его губами, принимая поцелуй. Долгий, неторопливый, который длился и длился, и не хотелось ни шевелиться, ни выпускать ее, а лишь дышать их смешавшимся дыханием, ощущать шелковистое прикосновение ее волос, свесившихся ему на щеку и шею, и прикосновение губ.
Продлевая и продлевая этот поцелуй, он вновь провел рукой по ее телу, снизу вверх, медленно сминая тонкую ткань камизы. По стройному бедру, по волнующему изгибу ягодиц, по талии, так медленно, словно рука весила не один десяток фунтов, до тех пор, пока ладонь не легла на ее левую грудь, мягко очерчивая ее восхитительные очертания, вбирая всей ладонью соблазнительную упругость, которую не испортило даже двукратное материнство, слова и снова, поглаживающими, ласкающими движениями, ощущая, как напрягается под его пальцами требовательная, темнеющая под тканью вишенка соска.
- Гвенн. - так же медленно, словно пробуя на вкус ее имя, прошептал он у самых ее губ, разомкнув наконец бесконечный этот поцелуй, но не позволяя ей отстраниться. И смотрел, скользнув второй рукой вниз по ее спине на мягкую округлость ниже спины, и слегка сжав пальцы, смотрел в ее глаза, на ее губы, медленно лаская ладонями ее тело, не торопясь снять эту тонкую преграду, отделяющую от него тепло ее кожи.
Снова поцелуй. Такой же долгий, глубокий со спокойными, неторопливыми прикосновениями кончиком языка к ее губам, языку, нёбу. В груди странно теснило, голова едва заметно кружилась, и казалось, что кровать с ними обоими сейчас плывет куда-то по клочьям белесоватого тумана, плотным и тяжелым, какими кажутся со стороны воды спокойного ночного моря.
Так же медленно и неторопливо он все же приподнялся, опуская ее на соседнюю подушку, и приподнимаясь над ней, опираясь на локоть вновь касаясь губами ее губ, тогда как ладонь снова скользнув вниз, по ее телу проникла под рубашку, и вновь двинулась в свое путешествие по ее мягкой коже, приподнимая, и задирая широкий подол все выше, лаская то упругое бедро, то проводя кончиками пальцев по вздрогнувшему под его прикосновением преддверию ее лона, и выше, лаская ладонью мягкий живот, и выше, уже зарывшись по локоть под белоснежную ткань, вновь касаясь груди, вначале легким, а потом все более настойчивым прикосновением, всей ладонью лаская бархатистую округлость, в то время как слегка склонив голову он припал губами к ее шее, ощущая под своими губами настойчивое биение тоненькой жилки. Биение, словно отвечая на которое странно тяжело и медленно билось его собственное сердце, которое он сейчас ощущал так, как будто оно увеличиваясь все более заполняло всю грудную клетку, стесняя дыхание, тоже становившееся все более медленным и глубоким.

___________________________________________________
Безопасность государства не имеет ничего общего со справедливостью.
Посмотреть профиль
Сообщение  Ср Мар 08 2017, 18:07
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)

В такие минуты она была бесконечно благодарна супругу, за его близость, понимание и упрямое к её тяжелому характеру терпение. Вечерами, подобными сегодняшнему, графиня ощущала себя по настоящему счастливой, наслаждаясь полнейшей отрешенностью от проблем и осознавая в полной мере, насколько дорог ей Белый Дракон.
Она мягко улыбнулась, чувствуя возвращающееся к мужу спокойствие, задумчиво наблюдая, как разглаживаются прежде владевшие его челом морщины тяжких дум и забот, да невольно сожалея, что не в силах продлить это умиротворение дольше, чем на одну короткую ночь. Как жаль, что вскоре взойдет солнце, а разлучница-служба не только заберет у неё любимого, но и щедро одарит его ворохом новых проблем. Но это будет позже, потом. Сейчас важно было иное.
Осторожное прикосновение к лицу уже не казалось ей столь будничным, дежурным, но дарило целый ворох приятных воспоминаний, заставлявших по-новому взглянуть на этот брак. Отступала на второй план опостылевшая политика, забывались набившие оскомину разговоры о наследовании и ленных владениях, всё вытеснил полный спокойствия и тепла взгляд бездонных омутов его глаз. Гвенн нехотя пошевелилась, боясь спугнуть момент столь редкой не только телесной, но и душевной близости с мужем, осторожно приподняв руку, положив её на застывшую у лица кисть, легонько оную поглаживая, не позволяя Фелану прервать эту простую, но столь желанную ласку. Как жаль, что нельзя жить одним мигом вечно, но может в этом и прелесть бытия, когда на смену приятному мгновению приходит другое, еще более сладостное и желанное.
Она не противилась поцелую, лишь прикрыла, в наслаждении, глаза, прочь отметая страстные порывы, дабы не нарушили они владевшего супругами покоя. Всему своё время, искренне считала Гвенн, и ласки всегда будут следовать за долгими поцелуями, что верно так же, как и неизбежность сменяющей их близости. Так было многие годы прежде, так будет и впредь. Её же, верный, как хотелось верить, выбор – испить до дна ту чашу наслаждений, что готовит каждый миг.
И Фелан был нетороплив, не прерывая поцелуя, он скользил по телу женщины не с любопытством юного любовника, но властно и неторопливо, словно говоря, кому оно принадлежит. Ему, с чем полностью согласна была графиня Карнарвон, не допуская даже мысли, что кто-то может вдруг занять место, положенное её мужу. Прежде ровное дыхание лишь стало чаще, стоило ему окончить путь ладони на её груди, лаская, чуть сжимая, дразня. И с каждым мигом близость тел казалась всё желаннее, Гвенн требовательно куснула губу мужа, не прерывая поцелуй. Он сам прервал его, не позволяя отстраниться, да северянка и не торопилась, вверив своё тело ласковым рукам супруга.
Она молчала, понимая, что не сумеет внятно описать те чувства, что овладели разумом. Все слова лишились смысла, куда красноречивей стало тело, подрагивавшее подчас от нетерпения, полуприкрытые глаза, чуть затуманенные наслаждением, участившееся жаркое дыхание. Она слегка прогнулась, словно следуя за ласковым движением его руки, невольно вздрогнула, чуть напрягшись, лишь почувствовала, его ладонь на своём бедре и вновь приняла его поцелуй. Её руки легли на крепкие плечи мужа, с упоением ощущая скрытую в них силу, легко скользнули по груди графа, его животу, пока не замерли, на бедрах, с легким недовольством поглаживая явно лишнюю этой ночью ткань.
Она вновь улыбнулась, лишь только Фелан отстранился, в очередной раз, прерывая поцелуй, и опустил её на постель, приподнимаясь над телом жены и приступая к более уверенным ласкам. Гвенн чуть прикусила губу, уже с явным трудом контролируя своё сознание, зарылась рукой в его короткие волосы, лишь почувствовала дыхание мужа на своей шее. Запрокинув голову, она позволила Белому Дракону скользить губами по её нежной коже, остановив свободную руку на спине супруга, нетерпеливо царапнув его аккуратными ногтями.
Посмотреть профиль
Сообщение  Ср Мар 08 2017, 20:22
Фелан Авенмор
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 56
Очки : 56


Здоровье:
0/80  (0/80)

Мягко поддаваясь под его руками скользила вверх белая ткань камизы, которую Фелан, приподнявшись на локте, стянул с нее через голову, и, не глядя, отбросил в сторону, снова склоняясь губами к ее нежной коже. Под потянувшими тесемку пальцами развязались и съехали брэйлы, запутавшись где-то в складках простыни и одеяла, так и завернувшись вокруг его колена. Мир плыл и качался. Словно в глубоком опьянении плыла вокруг покруженная в глубокий полумрак спальня, оставляя единственным реальным островком существующего мира - обнаженное тело женщины, по которому, колеблясь, перебегали тени от пляшущего в камине огня. Сползло одеяло, сбившись к их ногам, и провиснув одним краем до пола. Вечный танец любви, переплетение двух тел, взаимные ласки, которые дарят друг другу мужчина и женщина - словно сама жизнь, единственное, что существовало в тот миг - поглотило обоих. Лаская ее грудь губами, захватывая и теребя языком темные ягоды требовательно набухших сосков, скользя ладонями по ее телу, приподнимая и лаская ее бедра, восхитительно гладкие и стройные, ощущая самим своим естеством горячую влажность ее лона, припадая губами к ее открытым, пересохшим губам, с которых слетали вздохи, и вновь пускаясь в медленное путешествие по ее телу, он не ощущал собственного тела, не слышал и тихого присвиста, с которым рождался в груди каждый его вдох. Его жена, его женщина, принадлежавшая ему сейчас всецело, началом и концом этого исчезающего мира в странной тяжести овладевавшей его телом заставляла не чувствовать стеснения в груди, не слышать тяжелых ударов сердца где-то в горле, потому что сейчас у них было одно тело на двоих, и тянущий жар его собственного естества перекрывал все, что было вне той таинственной мистерии, с которой сплетаются в объятиях двое, тогда как за окнами ревет вьюга, и плотный серый туман липнет к стеклу, чертя зеленовато-серые призрачные силуэты в темноте.
У него кружилась голова, временами скрывая запрокинутое лицо Гвенн полупрозрачной пеленой, но он этого почти не ощущал, мало ли как проявляет себя вечная усталость, или застарелая болезнь. Сейчас, когда она стонала, истекая влагой под его руками, и впивалась ногтями ему в плечи, ничто не существовало больше в этом мире, когда он, с долгим, хриплым выдохом, наконец вошел в нее, ощутив, как разом пробежала дрожь по позвоночнику, таща за собой мертвенный холод, и словно бы растворяя все кости в хребте неожиданным приступом слабости, тогда как все сосредоточие его естества в ее лоне ныло, распирало жаром уже не терпя промедления, требуя продолжения, немедленно, сейчас, быстрее, сильнее, глубже, так, что аж стеснило в груди и потемнело в глазах, словно вся кровь в его теле ушла сейчас туда, где в соитии двух вечных естеств, как знать, могла, вот еще чуть-чуть, еще немного - и зародиться новая жизнь! Фелан запрокинул голову, едва удерживаясь над ней, с глухим, стоном нетерпения, рванулся вглубь ее лона, и, крепко обхватив ее талию, запрокинулся навзничь, поднимая женщину над собой, и усаживая верхом.
Ушла темнота, ушла холодная слабость растворившись в тепле кровати, зато пронзительным, возбуждающим холодом, от которого по коже прошли мурашки, обдало грудь и шею, когда она, выгнувшись над ним, и запрокинув голову назад, подчиняясь его движениям, и перенимая ритм сама, продолжила, начатый им танец. Озаряемая пляшущими отсветами огня, молнией ослепительно белой вспышкой залившей спальню, под аккомпанемент грохнувшего где-то совсем рядом грома. Он протянул руку, одной рукой стиснув ее бедро, а второй поддерживая снизу соблазнительную, вызывающую, совершенную грудь он выгнул шею, все более и более напрягаясь с каждым движением, мучительным и восхитительным.
- Гве-е-еннннн!!!!
Как благодарственная молитва. Как хрип о пощаде. Как первое слово сказанное первым мужчиной на земле первой женщине. Стон любви и наслаждения, обладания и расплаты, взлетая с каждым вдохом, с каждым толчком туда, вверх, где все кончается, и начинается снова..

___________________________________________________
Безопасность государства не имеет ничего общего со справедливостью.
Посмотреть профиль
Сообщение  Пт Мар 10 2017, 16:59
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)

В полутемной комнате стало ощутимо жарче, казалось, бушующее в камине пламя вырвалось далеко за пределы своей каменной тюрьмы, с жадностью поглощая всё и вся, обступая наслаждающихся близостью супругов. Легкие прикосновения тончайшей ткани, что её камизы, что его брэйлов, жгли огнем, наполняя отступающее под натиском чистого удовольствия сознание одной лишь мыслью – избавиться от последней помехи на пути их близости. С тихим шуршанием, не слышным за частым дыханием Гвенн, тонкая рубаха, подчиняясь властному движению Белого Дракона, покинула тело женщины, скользнув на холодный пол, не принеся меж тем прохлады. Графиня вздрогнула, ощутив, наконец, всем телом близость мужа, приникнув к его сильному телу, не скрывая сжигавшего её желания, да скользнув руками вдоль спины и ниже, помогая спешно избавиться от последней из оставшихся преград.
Короткая усмешка, полная довольства, скользнула по губам графини, в полной мере ощутившей овладевшее её супругом желание. Отдаваясь на волю его ласковых рук, требовательных губ, проказника-языка, она осознавала, что принадлежит лорд-слышащий лишь ей одной. Негромко постанывая, изнывая от желания и удовольствия, она отчаянно боролась с чувством превосходства едва ли не над всем несчастным миром, владея, теперь уж полностью, желанием и телом Белого Дракона. Охотно принимая ласки мужа, не вспоминая даже о владевшем некогда смущении, она пустилась в путь, скользя ладонями по его телу, словно изучая заново каждый дюйм его, охваченного желанием естества и вновь скользя вверх, вонзаясь в наслаждении ногтями в плечи Фелана и подаваясь ближе, стремясь ему на встречу. И принимая, полностью, негромко вскрикнув от столь желанных ощущений и чувств. Вкусив миг удовольствия от долгожданной близости, наполнившей её, графиня чуть сжалась, надеясь насладиться им сильнее, скользнула руками к бедрам мужа, привлекая его ближе, побуждая закрепить успех, и вскрикнула, не ожидая нетерпеливого его движения, взлетая со смятых простыней. Она вздохнула, прикрыв глаза и откинув назад голову, прогнувшись телом и подхватывая заданный им ритм. Хотелось большего, не останавливаясь, мчаться с ним навстречу удовольствию, забыв о времени, о бушевавшей где-то рядом непогоде, тревожных снах и прочих бедах. Хотелось ощущать ту дрожь нахлынувшего удовольствия, что овладеет на миг телом Фелана и, поспешить, составив ему пару, вскрикнув в наслаждении… но это было впереди. Пока же, Гвенн вздрогнула, лишь только комнату озарила яркая вспышка, сопроводившись громовым раскатом где-то совсем рядом. Графиня, крепче прижав к груди руку мужа, змеей скользнула к его груди, скользя губами по его ключице, шее, подбородку. Впиваясь жадно в губы и тут же отстраняясь, вновь прогибаясь в наслаждении, сжимая в спазме нахлынувшего удовольствия руки графа, не сдерживая рвущийся из груди вскрик.
Она едва ли слышала произнесенное им имя, разумеется, её. Скорее ощущала телом его настрой, его эмоции, стремясь в тот миг быть ближе, чувствовать супруга сильнее прежнего дабы, позже, обмякнуть в наслаждении, прижавшись к такой сильной, такой родной груди.
Посмотреть профиль
Сообщение  Вс Мар 12 2017, 21:21
Фелан Авенмор
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 56
Очки : 56


Здоровье:
0/80  (0/80)

* Совместно

Долгий, хриплый выдох, вместе со сладостной дрожью пробившей снизу вверх, и разом опустошившей, казалось, не только тело, то и душу, перешел в короткий кашель, и Фелан глубоко втянул воздух, наслаждаясь блаженной пустотой и легкостью, в которой словно растворилось все тело, и, расслабленно распростерся на подушках, привлекая к себе жену. Спальню вновь залила слепящая белая вспышка, и через мгновение, башня, казалось вздрогнула от оглушительного раската грома. В стекло плеснули первые, хлесткие струи дождя, а в каминной трубе душераздирающе взвыл ветер. Только теперь это не насторожило, и не напугало. Даже спальня как будто приостановила свое вращение, поскольку он лежал неподвижно, и мягкое тепло женского тела в объятиях, дарило самое настоящее, подлинное ощущение реального мира, а все остальное - да какая разница до остального.
Он привлек молодую женщину головой к себе на плечо, и тяжело откинул голову на подушку, накрывая ладонью кисть ее руки, лежавшую на его груди.
- Знаешь... я наверное самый скверный муж во всех кэрских землях, Гвенн.
С чего вдруг у него вырвались такие слова - он и сам бы не мог понять. Но, лишь произнеся их вслух, понял, что говорит чистую правду.

- Ты на себя наговариваешь, - чуть помедлив, ответила она, - не понимаю, с чего ты вбил это себе в голову. Не изменяешь, детей своих любишь, на меня руку не поднимаешь, разве этого мало? Да, ты слишком погружен в свою работу, но Фелан, - она постучала ноготком по его груди, привлекая внимание к своим словам, - то, что ты делаешь, важно для королевства, важно для нас всех!

Он криво усмехнулся, и прижался щекой к ее макушке, поглаживая ладонью по плечу.
- Мало, Гвенн. - он помолчал, глубоко втягивая воздух, отчего там, в глубине его легких, под ее ладонью что-то влажно захрипело - Никогда об этом не задумывался. Нужды королевства... дело.. работа... Безусловно важно. Только вот... - Фелан повернул голову и чуть изогнул шею, чтобы заглянуть ей в глаза - Только вот что я вспомню к старости? Работу? А что вспомнишь ты? Дни и ночи, когда ждала меня, и привыкла, наверное, ждать не ожидая, как жены моряков. 

- Да, ты вспомнишь работу, бесчисленные заговоры, что ты расстроил, советы, что ты дал брату. А я, - она усмехнулась, не видя смысла играть в "идеальную женушку", всё-таки Белый Дракон заслуживал искренности, хотя бы на супружеском ложе. - Я же вспомню эту ночь, и предыдущие, вспомню твоё ко мне уважение и эти минуты, которые я могу провести рядом с дорогим мне человеком. У каждого своя доля, Фелан, и если моей уготовлено извечное ожидание, то так тому и быть...

Несколько мгновений он молчал, вновь откинувшись на подушку, и глядя в сводчатый потолок. Мерный, влажный всхрип, отчетливее ощущавшийся с каждым вдохом, странно сочетался с тягучей, каменной тяжестью, расползавшейся по всему телу, и как-то сразу вдавившей его в перину, словно наливая свинцом. 
- Наверное странно это прозвучит сейчас... - голос его становился медленным, словно бы тоже тяжелея с каждым словом, под стать столь же медленному дыханию . -  Спустя столько лет. Люди говорят о любви, когда отношения меж ними еще свежи. А после забывают и остывают. Боги благословили меня, Гвенн... - Фелан тяжело прикрыл глаза, и устало улыбнувшись уткнулся лицом в ее волосы.- Благословили женщиной, которая спустя пятнадцать лет будет... - почему он никогда не говорил этого раньше? ведь это так просто! -  Будет мне еще ближе... еще дороже... чем в первый год...

___________________________________________________
Безопасность государства не имеет ничего общего со справедливостью.
Посмотреть профиль
Сообщение  Пн Мар 13 2017, 23:44
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)

* Совместно

- Что такое, грозный Дракон, - начала было она, шутливо, но тут же осеклась. Спустя пятнадцать лет услышать вдруг такое...
- Фелан, ты чего? Что-то случилось? - в голосе графини всё явственнее слышалась тревога. - Всё нормально?
Она заметно напряглась, отчаянно ища подвох, подтекст, тот самый, пресловутый скрытый смысл в его словах. Не в силах просто, без раздумий, принять слова Авенмора на веру. Любовь? Но ведь он не верил в подбное чувство, в саму его возможность и Гвенн, как следовало преданной жене, не отставала от убеждений супруга. Но теперь...
- Ну, в том твоя заслуга, Фелан, поверь. И успокойся, мне не нравится твоё дыхание. Пятнадцать лет прошло, еще через пятнадцать сказать "люблю" будет куда как проще, - через силу усмехнулась она.

- А разве я взволнован? - с усталой полуулыбкой отозвался он, подцепив прядь ее, рассыпавшихся по спине волос и, накручивая ее на палец, - Ничуть. Мне.... - Фелан с почти ощутимым усилием вдохнул, отчего где-то в глубине грудной клетки что-то влажно захрипело и забулькало, и досадливо скривив рот откашлялся, попытавшись замаскировать кашель под неловкий смех. - Ну вот. В кои-то веки сподобился сказать собственной жене, что люблю ее, а она советует успокоиться.
Он с усилием склонил голову набок, чтобы заглянуть в ее глаза, а потом, коснувшись губами лба, снова опустился затылком на подушку. Тяжесть. Даже приятная, после долгого дня. Преддверие засыпания наверное. Расползалась по телу, сковывая, и наливая его свинцом, так, что наверное даже пошевелить ногой он бы не смог. Да и не надо в общем-то. Сейчас надо было лишь заснуть, отогреваясь ее теплом.
В спальне снова белесо полыхнула молния, ливень за окном зашуршал сильнее.
- Любовь это не огонь, Гвенн. Любовь это камень. - медленно, очень тихо, произнес он наконец, словно отдыхая между каждым словом. - Как скалы. Им не надо никому ничего доказывать. Они просто есть... и мы воспринимаем их... как данность... Как опору под ногами... Как стену за спиной... Как крепость... Мы их... не замечаем.... не ценим... не говорим о них... Но без них... наверное нельзя спокойно жить...

- Твоя любовь как камень, - согласилась женщина, по прежнему тревожно поглядывая на супруга. - Надежный камень, что должен уберечь тех, кого ты любишь, от бед и невзгод, тайных и явных. Моя любовь... хм, она горит спокойным огоньком, пусть не пылающим и всепоглощающим, но согревающим и в мирное время, и среди тревог.
Она приподнялась, скользнув по губам мужа легким поцелуем.
- Да, стоило прожить с тобой пятнадцать лет, чтоб, наконец, услышать это...

- Все... когда-то... случается... в первый раз... - медленно. чуть ли не с усилием выговорил он, запуская пальцы в ее волосы, и проходясь по ним, точно гребнем, а потом приобнял ее за плечи, снова опуская головой себе на плечо. Дышать становилось все тяжелее, словно на грудь навалилась огромная тяжесть, и все ощутимее булькало что-то в легких, вызывая непреоборимое желание приподняться, сесть, хорошенько откашляться, но на это, странным образом не хватало сил, и он привычно отмел это ощущение затверженным "пустяки, посплю и все пройдет" - Спи... завтра.... завтра будет новый день...
Грохнуло за окном так, что задребезжали стекла, и в каминной трубе взвыло что-то почти по-человечески. Надсадно, тоскливо, протяжно, как воет он потери, от невыразимой душевной боли существо, пронзительную тоску которого не измерить словами.

- Будет, - послушно согласилась графиня, приобнимая мужа, - завтра будет новый день, а за ним другой. Ты вновь уйдешь с головой в проблемы королевства, а я буду верно ждать. Доброй ночи, мой Дракон.
Посмотреть профиль
Сообщение  Пн Мар 13 2017, 23:47
Фелан Авенмор
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 56
Очки : 56


Здоровье:
0/80  (0/80)

Фелан закрыл глаза, все так же обнимая жену. Только вот почему-то с закрытыми глазами, ему показалось, что кровать под ним кружится, кружится так неудержимо, что сердце сжалось и подкатило к горлу. Он распахнул глаза, чтобы убедиться, что сводчатый потолок по-прежнему находится на своем месте. Где-то в глубине легких, что-то вновь булькнуло, захрипело на выдохе, царапая грудь изнутри. Тяжесть, заливавшая тело, подобралась и выше, теперь сковывая ребра, и давила, точно каменная кираса. Дышать становилось все труднее. Он инстинктивно прижал ладонью руку жены к своей груди, как будто ее тепло могло растворить эту тяжесть, облегчить ему вздох, но...
Хрипело и булькало что-то в легких. Фелан откашлялся, но дискомфорт не проходил. И влажное, чвякавшее где-то там в грудной клетке, откашлять не получилось. Еще раз... и еще... Так не хотелось снова мешать Гвенн своим кашлем. Но вместо того, чтобы уменьшиться, ощущение чего-то булькавшего, облепляющего легкие изнутри, мешающего дышать, все нарастало. Надо было подняться и сесть, ведь откашляться так будет легче, но он сумел лишь слегка приподнять голову, как тут же снова уронил ее затылком на подушку.
Спальня плыла. И тяжесть заполняла теперь все тело, проникала в грудь, сдавливала сердце, звенела в ушах. Надо откашляться.... ведь... ведь так не получается даже нормально вздохнуть... Надо.... Белый дракон втянул носом воздух, но, вместо выдоха из его губ вырвался долгий, почти неслышный, обессиленный стон.
Тяжело.
Боги... Боги, тяжело.... Вдох....
Вместо воздуха в грудь словно вползает липкая жижа, булькающая, хрипящая внутри.
Вдох... хрип... выдох.. хрип... вдох...и кашель, сильнее, резче предыдущих, заставивший выгнуться в спине, дернуться, напрячься всем телом, словно в надежде всеми мышцами помочь себе выхаркать наконец это непонятное, липкое, тяжелое нечто, мешающее дышать...
Словно что-то сорвалось там внутри, вязким сгустком вылетело в рот, привычно сглатываясь обратно, только вот солоно стало во рту от вкуса... крови?
"Проклятье. Ну... бездна с ней, ну и ушла, сейчас должно стать лучше" - обессиленно мелькнуло в голове
Новый толчок кашля. Уже не сухого. Влажного. И еще. И еще.
"Наверное и Гвенн заснуть не даю... и.. Боги, ну что это за дрянь опять"
Белый дракон запрокинул голову на подушке, пытаясь отдышаться. Он не мог ощущать ни смертельной бледности, залившей его лицо, ни крупных капель пота, выступивших на лбу, медленно, тяжело, с влажным, булькающим хрипом втягивая воздух, и прижимая ладонь к груди, словно пытаясь выдавить из нее нечто, мешающее ему дышать.
Снова грохнуло за окном, и на освещенном слепящей белой вспышкой потолке, на мгновение отчетливо прорисовалось прихотливым, постоянно изменяющимся рисунком на мгновение застывших в этой вспышке, теней, сложившихся в узкое, безглазое лицо, с перекошенным, раззявленным, точно в бесконечном вопле провалом, вместо рта. Новая порция воды в стекло и взвыл за окном ветер, ударяясь в окна, точно желая их выломать

___________________________________________________
Безопасность государства не имеет ничего общего со справедливостью.
Посмотреть профиль
Сообщение  Чт Мар 16 2017, 02:55
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)

В такие минуты, когда тело, еще неся на себе отпечатки недавней близости, да чуть подрагивая от пережитого удовольствия, отходило на второй план, освободившемуся от оков плоти разуму Гвенн, неторопливо соскальзывающему в объятия сна, казалось, что жизнь, наконец, не только налаживается, но и меняется в лучшую сторону. Отступали прежде владевшие её душой и мыслями треволнения и проблемы, их с мужем совместное будущее казалось чем-то незыблемым, отпускала тревога за здоровье отца, проходило беспокойство за избалованность Бранна и плаксивость маленькой Ригхан. Жизнь казалась совершенно иной, когда графиня Карнарвон, будучи усталой, но бесконечно счастливой, засыпала в объятиях небезразличного… да что там, любимого мужчины, наслаждаясь теплом, исходившим от его тела, приятным полумраком, царившим в спальне, да мерным потрескиванием полу прогоревших в камине поленьев. Бесновавшаяся за темным окном непогода совершенно не тревожила женщину, лишь добавляя уюта этой, по настоящему счастливой ночи. Гвенн сладко зевнула, поудобнее устраиваясь на груди Белого Дракона и, незаметно, проваливаясь в сон.

Устлавшая влажную землю листва, опавшая с окружавших поляну деревьев, источала неприятный, чуть сладковатый аромат, наводивший на мысли о гниении и смерти. Женщина поежилась, морщась и оглядываясь, дабы понять, где она. Мгла, обволакивавшая её, была столь густой, почти осязаемой, что рыжеволосая женщина, неуверенно сделав первый шаг, тут же уподобилась слепцу. Вытянув вперед руки, ступая осторожно и крайне неуверенно, она следовала в случайно выбранном направлении, шагая столь медленно, что едва ли выбралась бы под столь желанный ею в тот миг свет солнца к концу не только этого, но и следующего дня. В голове, от чего-то тяжелой, словно вырванной из сна, роилось множество мыслей, но все они так или иначе были связаны с делами насущными. Запах гниющего подлеска сводил с ума… ноги вязли в толстом слое преющей листвы… окружающий туман мелкими, неприятными каплями оседал на лице, волосах и одежде. Платье тяжелело, наводя на мысли о чем-то ненужном, неудобном, хотелось сбросить его и… что за мысли, глупые, недостойные? Но ведь так было бы куда быстрее! Обострившийся слух уловил треснувшую под чьей-то тяжелой поступью ветку, шорох листвы. Она напружинилась, понимая, что вот-вот потеряет его. Нужно догнать… зачем? Нужно…
Тяжелая от напитавшей её влаги, черная с алой вышивкой ткань скользнула по гибкому стану, мягко ложась на холодную землю. Вдали глухо каркнул старый ворон, но его недовольный голос уже не отвлекал и не пугал. Обострившееся обоняние едва не свело с ума, однако проскользнувший средь десятков запахов, смутно знакомый образ, полный бумажной пыли, пота после бурной ночи и болезни, путеводной нитью засиял перед ней. Нос дернулся, указывая верный путь, затрепетали уши, вслушиваясь в его тяжелый шаг, и небольшое рыжее создание, не медля, бросилось во мглу.
Вмиг превратившийся в надежную опору, прелый лист пружинил под мягкими лисьими лапками, мелкий обитатель старого леса трусливо разбегался, ища укрытие, но мысли её не занимала еда. Он всё еще был невидим, но уже приблизился и… шерстка на загривке встала дыбом, он был не один. Прежде чуть сладковатый запах увядания сменился, усилившись и наводя на мысль о мертвеце, что приближался с каждым шагом. Она оскалилась, почувствовав кольнувшую в груди тревогу, негромко заворчала, но лишь ускорила свой бег. Он вскоре показался, выныривая из тумана. Спокойный, собранный, уверенно шагающий среди невидимых деревьев, лишь отрешенный взгляд, лишенный разума, тревожил её сердце. Лишь обогнув мужчину, она застыла, испуганно смотря вперед, но промедление не длилось больше одного удара сердца. Развернувшись, она негромко заскулила, признавая серовласого и тут же затянув мольбой наполненную жалобную песню, прося остаться, не ходить туда… куда, она сама не знала, но боялась до безумия тех мест.
Хвала Богам, он замер и, кажется, прислушался. Присел, легонько гладя меж настороженных ушей, приглаживая взъерошенную шерстку. Казалось бы, теперь всё будет хорошо, она… успела? Сквозь мглу донесся злобный голос ворона, пернатого посланца той, что двинулась навстречу, не дождавшись гостя.
Она негромко заскулила, испуганно прижавшись к ногам мужчины и с ужасом взирая на выплывший пред ними силуэт.


Графиня вскочила на постели, испуганно вздохнув и, тут же склонившись над зашедшимся в кашле мужем.
- Фелан, что с тобой? Фелан! – она смахнула пот, выступивший на лице мужчины, прислушалась на миг к его надсадному дыханию и, побледнела.
Слетев с постели, напрочь забыв об отсутствии хоть какой-то одежды, она бросилась к двери, приоткрывая оную:
- Лекаря! Быстрее! Зовите лекаря! – еще надеясь, что её хоть кто-нибудь услышит. – Лекаря!
Граф Карнарвон вновь зашелся булькающим кашлем, содрогнулся, и вновь оказался в объятиях жены.
- Ну, тише, тише, я рядом… - она завела одну руку под тело мужчины, отчаянно пытаясь приподнять его, ведь так будет проще откашляться.
«Только бы кто услышал… нужен лекарь… Боги!»
- Фелан, держись, Вайш скоро будет, я уверена. Пожалуйста, - шептала она, гоня стоявший перед глазами образ. Лес. Туман. Её супруг и… уже не баньши, хуже.
- Держись, всё будет хорошо… должно быть хорошо!
Посмотреть профиль
Сообщение  Чт Мар 16 2017, 22:26
Фелан Авенмор
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 56
Очки : 56


Здоровье:
0/80  (0/80)

Сквозь гул крови в ушах, ее голос звучал глухо и отдаленно, голову кружило, тяжелое удушье сдавливало грудь, мешая дышать. Фелан, несмотря на болезнь, от природы отличался крепким сложением, и был слишком тяжел для одной тонкой женской ручки, а помочь ей, и приподняться самому у него не было сил. Холодный пот струился по лбу, по вискам, смачивая волосы, широко распахнутые глаза обратились к склонившемуся над ним лицу, чуть ли не с панической надеждой. Судорожно сжимая грудь одной рукой, он нащупал второй ее руку, на своем плече, и сжал ее, словно эта хрупкая подмога могла удержать его, не пустить в тот провал, что раскрывался под спиной, утягивая, о, он это чувствовал, куда-то вниз.
Побелевшие губы шевельнулись, но с них не слетело ни звука. Лекаря... да... Боги... боги, каким же он был идиотом. Ведь Шандар столько раз требовал провести колокольчик из спальни и кабинета - в комнаты лекаря, чтобы можно было позвать его сразу же, в любое время дня и ночи, а сейчас... Стридорозный хрип при каждом вдохе, влажное чавканье где-то в глубине легких, и удушливый, изматывающий кашель, которым заканчивался каждый выдох, затяжной, заставляющий сжиматься всем телом, и обессиленно откидываться на подушку, когда он наконец проходил, несколько секунд нараставшего, удушающего давления в груди, прежде чем решиться сделать следующий вдох.
Лицо жены над ним плыло, он ощущал ее руку под своими плечами, понимал, что она силится его приподнять, но понимал же, что ей это не удастся, потому что все тело его сейчас, отказавшись повиноваться, распласталось на ложе, точно разом лишившись всех костей, словно не осталось в нем ничего, кроме обессиливающего кашля, тяжелого удушья и ничего, кроме этого промежутка, между выдохом и следующим вдохом. Что такое все его титулы, власть, регалии, репутация, и устрашающее влияние на все страну. Где все это, и зачем все это нужно, когда такой простой, такой доступный любому нищему, бесплатный и так никем не замечаемый в жизни чистый воздух не входил в его легкие так, как нужно. И с любым бездомным, нищим, разбойником готов был поменяться своим жребием в этот момент прославленный Белый Дракон, за воздух, воздух, которого всем, всегда во всем мире хватает с избытком, и лишь ему одному сейчас отказывает в нем его собственное тело. А Гвенн.... боги... она... боится? Он крепче сжал руку жены, глядя на нее снизу вверх, обессиленно, измученно, словно в ее власти было сейчас вернуть все назад, впиваясь пальцами в грудь так, словно желал вырвать легкие.
- Гвенн... я... - его губы едва шевелились - Я задыхаюсь...
Вдох.... жуткий, свистящий хрип, словно воздух проходил в легкие по соломинке. Грудь разрывало . Жилы на запрокинутой, обнаженной шее набухали и набухали, точно извитые веревки под мертвенно-белой кожей. Влажный хрип и судорожный кашель, во время которого словно рвалось что-то внутри, и горячая волна подступала все выше и выше, заливая легкие, снова отзываясь во рту вкусом крови в краткие мгновения передышки, когда он опускал голову на ее руки, и прижимался виском к ее телу, словно надеясь почерпнуть в нем силу. Все пройдет? Так бывало? Бывало, да... но не так... Шандар? По лестницам и переходам до него добегут минут за десять. Еще столько же ему подняться наверх... если... если он сможет выскочить сразу. Надо только продержаться, пока он не придет. Всего лишь продержаться... да... Вдох... хрип, перешедший в обессилевший. измученный, глухой стон, с которым он уронил голову на подушку. Сколько еще...
Она была здесь. Она... Надо было как-то поддержать ее. Успокоить. Сказать, что все будет хорошо, сказать, что...
Новый приступ кашля рванулся откуда-то изнутри, ударил в горло, сжал, заставив несмотря на смертное изнеможение овладевшее его телом, сжаться и приподняться на локтях, при поддержке ее рук, пальцы впились в грудь оставляя на коже длинные кровоточащие царапины, долгими толчками, мучительными, жестокими, сотрясавшими все тело, казавшимися бесконечными, которые все длились и длились, пока не сорвалось что-то где-то в глубине легких, заставив его содрогнуться, и алая, пенистая кровь хлынула горлом, заливая шею и грудь,стекая на постель тонкими, стремительно разбегающимися струйками.
Дрожь пробила все тело, обмякшее, после невыносимого напряжения, Фелан обмяк на руках у жены, прижавшись виском к ее груди, едва удерживаясь на локте, и на поддерживающих его руках, судорожно вдыхая носом воздух, и вскинув на нее расширенные, почерневшие в тусклых осветах камина глаза, из которых на нее глянуло нечто бездонное и беспросветное, как вечная ночь, открывавшая, казалось, ему, свои объятия. Выдох... новая порция крови с мучительным, измотанным, из последних сил кашлевым толчком, и страшная, жуткая, пугающая мысль, затопившая сознание, рванувшаяся надсадным хрипом, стоном, который можно было бы назвать таковым, если бы в этом умоляющем, едва слышном голосе еще живого существа теплились какие-нибудь живые интонации
- Я ...умираю... Гвенн....

___________________________________________________
Безопасность государства не имеет ничего общего со справедливостью.
Посмотреть профиль
Сообщение  Пт Мар 17 2017, 13:30
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)

Она застонала, глухо, зло, вновь и вновь пытаясь приподнять супруга, позволить ему откашляться, но был ли в этом смысл? Ногами уперлась в жалобно застонавшую кровать, вкладывая все свои силы, весь свой страх в очередной рывок, столь же упрямо отгоняя мысли о тщетности её попытки, бессмысленности самого начинания и… неизбежности печального итога.
- Нет, - шептала в отчаянии женщина, - это не конец… ты слышишь? Это просто приступ. Терпи, прошу, Шандар вот-вот придет!
За крепким камнем старой башни, укрывавшей в своём чреве покои четы Карнарвон, вновь взвыл голодным духом ветер, отчаянно бросаясь на преграду из стекла и дерева. Казалось, еще удар, и он ворвется в спальню, а вместе с ним…
В камине злобно взвыло пламя, ненадолго разгоняя склонившиеся над кроватью тени, но оставаясь для графини чем-то слишком незначительным и даже незаметным. Она не слышала, как разошлась за темным окном буря, не замечала гудения огня в камине, весь её слух, обостренный до предела, был занят хрипами, что издавал Лорд-Слышащий при каждом вздохе. Болезненными, пугающими больше, нежели вой баньши, ведь та старуха была лишь плодом дурных снов женщины, а этот звук болезни, что рвалась из легких Белого Дракона на свободу, в одночасье стал пугающей реальностью.
Она передохнула, на миг, оставив попытку поднять мужа, невольно протянула руку, смахивая пот, что заливал его глаза, и встретилась с Феланом взглядом. Сердце защемило от той надежды, что блеснула в глазах Авенмора, и тут же заныло от горького осознания её, Гвенн, бессилия. Она всем телом прижалась к обессилевшему мужу, ответно пожимая его руку, пытаясь, хоть и тщетно, приободрить, уверить в счастливом для них исходе, но с губ не сорвалось ни звука. Резкий спазм сжал горло, мешая ей не то, что говорить, дышать нормально, перед глазами всё поплыло. Собравшись с силами, графиня вновь пыталась приподнять его, желая хоть немного облегчить муки, но раз за разом вновь терпела поражение. Он задыхался.
- Фелан… Фелан, тише, я рядом, - проговорила с трудом она, склоняясь к лицу мужа, - только не волнуйся! Ну же, потерпи еще совсем немного, помощь вот-вот придет. И смотри на меня, слышишь? Смотри на меня, дыши вместе со мной!
Одной рукой приобнимая мужчину, другую Гвенн прижала к его груди, словно желая успокоить, забрать ту боль и напасть, что терзала графа изнутри. Не позволяя ему отводить взгляд, с трудом справляясь с черной паникой, неумолимо захлестывающей сознание, она пыталась отвлечь его, помочь побороть этот приступ, вновь заставить нормально дышать.
- Давай, прошу… - голос дрожал, подчас пропадая, - … вдох… выдох, это же легко. Ну, повторяй за мной! Вдох! Выдох!
«О, Боги, что же говорил Шандар? Он объяснял, что делать, если станет совсем плохо? Ну что за идиотка, почему я этого не помню?!»
Тело Белого Дракона сотрясалось в конвульсиях мучительного, рвущегося наружу кашля, но чем сильнее была боль её супруга, тем отчаяннее прижималась к нему женщина, моля Богов сжалиться над Феланом, передать ей это проклятие застарелой болезни. Её рука, в попытке успокоить, поглаживала его голову и грудь, да только всё было напрасно. Мужчина, вновь изогнувшись, захрипел от боли и, приподнявшись, наконец, с кровати, вцепился, раздирая кожу, в собственную грудь.
- Не надо, Фелан, не терзай себя, - Гвенн попыталась помешать ему, перехватить хотя бы одну руку, и при этом не уронить мужчину обратно на постель, и вскрикнула испуганно, когда из горла мужа, пенясь, брызнула кровь.
- Б-боги…- не чувствуя его веса, прежде неподъемного, а теперь прижавшего её к сбороненой постели, графиня отрешенно уставилась на собственную окровавленную руку, силясь проснуться, если это был сон, прогнать наваждение, очнуться на груди у мерно дышащего, не умирающего мужа. Но это было невозможно, та кровь, что ручейками разбегалась по коже графа, тот полный боли стон, что он издал, всё это было до безумия реально. Того безумия, что было в шаге от сознания графини, что манило женщину и обещало позволить ей забыться, вымарать из памяти последний час. Безумия желанного, но отступившего, лишь Гвенн взглянула на обессиленного в неравной схватке с Нит супруга. Губы задрожали, первые полоски слез скользнули по лицу графини, стоило ей осознать – это конец, известный и ранее, но не принятый в пустой надежде на пресловутое, так и не случившееся чудо. Она не удержалась, всхлипнув тихо, и проведя по волосам Дракона.
- Не говори так, Фелан, любимый,- всхлипнула она, пытаясь не позволить себе заплакать, - не надо. Потерпи, Вайш скоро будет…
Гвенн оборвала себя на полуслове, прекрасно сознавая, что лжет обоим, и мужу, и себе. Сглотнула, прикоснулась губами к его макушке, нежно провела окровавленной рукой по мужниной щеке.
- Прости, что не сумела уберечь тебя, что не справилась, - проговорила она, не скрывая звучавших в голосе слез, - если бы я только могла хоть что-то изменить!
Она чувствовала страх, овладевший Феланом, и в последней, отчаянной попытке хоть как-то помочь, хоть немного облегчить его страдания, прижала мужа к себе, легонько покачивая его, словно убаюкивая и поглаживая ласково по волосам.
Буря, еще недавно бушевавшая за стенами старой башни, стала затихать. Более не бесновалось пламя в камине, мерно потрескивали прогорающие поленья. Женщина понимала, что всё было предрешено далеким зимним днем, когда предатель-слуга вынес голубоглазого мальчишку из замка и бросил умирать в холодном зимнем лесу. Чудесное же спасение юного Авенмора, его детство и взросление, жизнь семейная и посвященная заботе о безопасности страны были на деле лишь отсрочкой, дарованной ему Богами. Теми, что не вняли мольбам графини, наконец, забирая своё. Она это осознавала и, понимая собственное здесь бессилие, молча плакала, прижавшись к мужу, стремясь продлить мгновенья близости, оставшиеся у нех.
Посмотреть профиль
Сообщение  Пт Мар 17 2017, 23:16
Фелан Авенмор
Персонаж мертв
avatar
Репутация : 56
Очки : 56


Здоровье:
0/80  (0/80)

Тяжелое удушье отзывалось звоном в ушах, судорожный кашель снова сотряс все тело, снова хлынув кровью изо рта, которая все текла и текла, слове жены доходили до него с трудом. Надо было что-то сказать, сказать что она ни в чем не виновата, что нет и не могло на свете быть подруги лучше и вернее, сказать все то, чего он не успел сказать за пятнадцать лет, считая, что еще будет время... Надо было! Он сжал ее запястье, силясь успокоить, привлечь внимание, только вот говорить внятно уже не мог, задыхался, захлебывался, тонул в собственной крови которая на каждом вдохе заливала ему легкие, клокотала в груди, словно намеревалась разорвать его заживо. Расширившиеся зрачки превратили льдисто-голубые глаза в черные провалы из которых смотрела бездна, а конвульсивный кашель, которым его тело все еще пыталось бороться, выбросить из себя душившую его кровь, все больше походил на предсмертные судороги, и жуткий хрип никак не желал складываться в слова.
- Гвенн... - неимоверное, последнее усилие, ну же, скажи, скажи что-нибудь ей, матери своих детей, скажи что-нибудь, что останется жить в ее памяти, когда тебя уже не будет в живых, скажи... Из тысяч. миллионов слов сказанных за всю жизнь, всегда так легко выражавшему свои мысли, почему именно сейчас он не мог, не знал, что сказать ей напоследок, не зная, хватит ли у него сил еще на один вдох.
- Гвенн... - неразборчивый, захлебывающийся хрип едва слетал с губ, вместе с пенящейся струей крови, которая уже не била фонтаном, а стекала из уголка рта по мере того, как угасало его дыхание. - Я....
На лестнице загремели чьи-то шаги, лавиной промчались по коридору, но сквозь застлавший взор туман Фелан уже не видел ничего, даже лица склонившейся над ним женщины.
Судорога сдавила грудь, до боли сжались пальцы на хрупком запястье молодой женщины, словно он пытался втиснуть в нее собственную, уже отлетающую душу, и с окровавленных, посиневших от удушья губ, с последним выдохом сорвалось едва различимое
- Про-щай.....
Распахнулась дверь, и в комнату влетел Шандар Вайш. Без обычного своего тюрбана, кажущийся голым со своим наголо обритым, бронзовым черепом, в ночной рубашке и туфлях на босу ногу.
Только было уже поздно.
По телу пробежала конвульсивная дрожь, клокочущее, захлебывающееся дыхание замерло, голова лорда-слышащего, соскользнув с плеча жены, бессильно запрокинулась назад. Разжались пальцы, стискивающие ее руку, все тело, разом отяжелело, выскальзывая из ее объятий, и Фелан Авенмор безжизненно распростерся на кровати, вперив невидящий взгляд широко открытых глаз в потолок. Только последняя струйка, уже не алой, словно бы на глазах темнеющей крови, протянулась от уголка рта по щеке, впитываясь в подушку.

___________________________________________________
Безопасность государства не имеет ничего общего со справедливостью.
Посмотреть профиль
Сообщение  Сб Мар 18 2017, 16:33
Гвенн Авенмор
Пылающая в тени
avatar
Репутация : 137
Очки : 223


Здоровье:
80/80  (80/80)

Судьба Фелана Авенмора была предрешена. Пожалуй, ей стоило понять это раньше, а может и вовсе сменить эгоистичное желание близости с мужем на большую к его состоянию внимательность. Как знать, обрати она внимание на эти хрипы, что вырывались из его груди недавно, вовремя, был бы Белый Дракон сейчас жив? Очень может быть. И осознание собственной ошибки, невнимательности, упрямой слепоты, жгло огнём. Клокотание крови, бурлящей в его груди, толчками выплескивавшейся из приоткрытого рта, звучало сейчас подобно грому в её ушах. Гвенн видела, распростертые над мужчиной, чёрные крылья смерти, но подспудно еще надеялась на приход Шандара Вайша.
Слезы жгли глаза графини, всем телом прижимавшейся к уже бившемуся в конвульсиях супругу, безмолвные проклятия к богам, собственной глупости, несправедливости происходившего в полутемных покоях четы Авенмор, срывались с её губ. Но едва ли они были слышны умиравшему в муках Дракону. Нет, он должен был слышать иное, если еще было не поздно и он мог услышать её слова.
- Фелан, - склонившись к уху супруга, всхлипнула прежде суровая старшая фрейлина, - прости меня. Прости, что недосмотрела, не уследила…
Голос предательски дрогнул, подводя, возникший в горле ком мешал говорить, и каждое последующее слово давалось с всё большей душевной болью.
- … за мою чёрствость, прости. Я…
Гвенн не чувствовала боли в запястье, зажатом словно в стальных тисках, не ощущала тяжести завладевавшей постепенно телом графа Карнарвон, делавшей его всё неподъемнее. Но, несмотря на тусклый, неверный свет, отбрасываемый затухающим постепенно пламенем, прежде бесновавшемся в камине, она с удивительной ясностью видела, как забирает мужа смерть. Видела потемневшие глаза, прежде льдисто-голубые, изначально пугавшие своей суровостью, но, со временем, ставшие удивительно родными. Проводила собственной, враз потяжелевшей рукой по его синеющим губам, волевому подбородку, безотчетно стирая уже не бьющую бурным потоком, но медленно сочащуюся кровь. С непонятной прежде жадностью всматривалась в искаженные болью черты его лица, силясь запомнить Фелана еще живым, урвать последние мгновения, отведенные им в этом мире.
В отдалении послышались, наконец, торопливые шаги. Помощь была уже на подходе, но, увы, совершенно теперь излишня. Гвенн ласково погладила мужа по щеке, коснулась губами его холодеющего, покрытого испариной лба…
- Прощай…
Она не слышала, как распахнулась с грохотом тяжелая дверь, не видела влетевшего в покои Вайша. Ей было уже всё равно. Фелан Авенмор, грозный Лорд-Слышащий, распростерся на кровати, отдав душу проклятым, не знавшим жалости Богам. Весь их брак, ровно половину собственной жизни следовавшая за ним неотступно, на сей раз, графиня остановилась, замерла у той тонкой грани, что отделяла два мира, живых и усопших. Её время ещё не пришло и горькое осознание подобной несправедливости острейшими когтями рвало женскую душу. Гвенн не чувствовала холода, неторопливо завладевавшего её телом, не замечала собственной наготы и кровавых подтеках на плече и руках. Боль туманила её сознание и, тем желаннее было безразличие, единственно способное уберечь от боли тяжелой потери. Устало смежив веки, она закрыла лицо руками, всхлипнув и, горько улыбнувшись.
- Прощай Дракон, - прошептала она.

За окном бесновалась буря, а вдали, в мрачном, туманном лесу, глухо прокаркал старый ворон, тенью скользнув на замшелый могильный камень. Жизнь, несмотря ни на что, шла своим чередом. Ведь именно так было заведено Богами.
Что-то кончается, что-то начинается…

Эпизод завершен
Посмотреть профиль
Сообщение  Пт Мар 24 2017, 15:51
 
30.09.1253. Что-то кончается, что-то начинается...
Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу 
colspan="2" Страница 1 из 1

Права доступа к этому форуму:Вы не можете отвечать на сообщения
Хроники Кэйранда :: Башня летописца :: Хроники былых времен-
Перейти:  

LYLЗефир, помощь ролевым White PR photoshop: Renaissance


Рейнс: Новая империя. Политика, войны, загадки прошлогоСолнце встанет, когда ты будешь чист разумом. РИ 1812: противостояние Borgia.:XVII siecle:.
Игра Престолов. С самого началаFrancophonie Разлом War & Peace: Witnesses to GloryАйлей
ВЕДЬМАК: Тень ПредназначенияSupernatural Бесконечное путешествие Белидес

Мы ВКонтакте

LYL